Эликсир вечности
Шрифт:
Скандальные подробности замяли, ведь клиентами Ларионова была все-таки элита. Хотя, конечно, уже не такая могущественная, как лет пятнадцать тому назад. Сейчас при власти и деньгах оказывается все больше молодых да ранних. Им таблетки пока что ни к чему. Да и сами средства для поднятия духа (и не только) теперь можно купить в любой аптеке. Причем побочных эффектов у них обычно не имеется, тем более, столь разрушительных.
По моим наблюдениям, клуб постепенно утрачивает свое влияние. Впрочем, всегда найдутся те, кто не захочет отказываться от второй молодости. Уж больно идея соблазнительная!
Однако, если честно, меня эти члены мало волновали. Пусть сами позаботятся о себе. Их девицы тоже должны понимать: подобные связи опасны.
Что действительно имело значение, так это здоровье Лены. Из-за меня человек угодил в реанимацию, а ее малышка не может дождаться маму. Это меня страшно угнетало. Не давало расслабиться и отметить мою победу.
Вечером после описанных событий мы с Юрой пили шампанское прямо в постели.
– Спасибо тебе, ты все сделал правильно, – искренне поблагодарила я своего парня.
– Ты же устроила черт знает что! – он не собирался отвечать мне тем же. – Куда тебя понесло? С кем ты вздумала тягаться? Ты понимаешь, как это было опасно? У дяди Паши могло и не наступить прояснения сознания. Он мог не суметь раздобыть скальпель. Он мог не пересечься в коридоре с генералом. И тогда бы тебе никто не помог!
– «А удача – награда за смелость», – пропела я. – Хорошо то, что хорошо кончается. Я, конечно, понимаю, что с великими сыщиками в быту нелегко. И Холмс, и мисс Марпл были, по сути, одинокими людьми. Но мы как-нибудь с этим справимся, правда, любимый?
– Если ты обещаешь мне быть более благоразумной. – Юра продолжил воспитательную беседу.
– Но тогда это буду уже не я!
На следующий день я пораньше сбежала с работы и отправилась в больницу к Лене Корской. Накупила соков, фруктов и йогуртов. Хотя понимала, что все это не возместит ущерб, нанесенный ее здоровью.
Однако в медучреждении меня ждал еще тот сюрприз. Жертвы бандитского нападения там не оказалось.
– Но как же так? – недоумевала я. – Посмотрите, может быть, ее в другое отделение перевели или в другую больницу?
– Не знаю, что с ней, – пожимала плечами дежурная медсестра. – У меня в журнале написано: выбыла. И все тут.
– Господи, куда же она выбыла? Неужели в морг?! – похолодела я.
– Нет, если бы умерла, так бы и написали, – сжалилась надо мной женщина в белом халате. – Выписали ее, наверное.
– Как же выписали, если пару дней назад ее всю изрешетили пулями?!
Да что же это такое? Неужели Ларионов так и не успокоился, не отозвал своих наемников? И те похитили раненую женщину из больницы, чтобы выпытать, где печатка?
Рано я расслабилась. Эта организация – как спрут! И если даже ей снесли голову, щупальца продолжают оставаться очень опасными.
20
Что же делать? Напроситься на очную ставку к Ларионову и выбить из него признание под пытками? Где дочь Корского? Что вы с ней сделали?.. Я решила пойти к Лене домой. Вдруг туда будут звонить и требовать
Предполагая, что мне никто не откроет или же это сделает соседка, сидевшая с ребенком Лены, я все-таки позвонила в дверь квартиры. И подскочила на месте, когда мне открыла Лена собственной персоной.
Не может быть! Где же капельница?! Где послеоперационный период? Неужели ее так быстро выписали? Или выгнали долечиваться домой? Некоторые больницы теперь напоминают магазины советских времен: лекарств нет, шприцы в дефиците, за капельницы нужно доплачивать отдельно. А вот современные магазины, напротив, превратились в больницы, где раньше было все: таблетки, процедуры, вполне квалифицированный персонал. Теперь же на всем экономят и стараются побыстрее выписать больного. Да и пациенты предпочитают домашнюю обстановку обшарпанным палатам и очередям в туалет.
Елена Корская должна была лежать вся забинтованная и ждать, когда к ней придет медсестра делать уколы. Но она не лежала, не стонала, не болела. Она стояла вполне самостоятельно в коридоре, и на ее круглом лице сияла улыбка.
– Ой, да я и сама не верю! – засмеялась она. – Да, я уже дома. Завтра уже на работу выхожу.
– Господи, на вас опробовали какой-то чудодейственный препарат? – недоумевала я. – Тот, что дают Ленину в мавзолее, чтобы он хорошо выглядел?
– Да нет же! Вы проходите. Давайте выпьем чаю, и я вам все расскажу.
Мы сидели в кухне. Хозяйка разлила по чашкам кипяток, достала конфеты. Когда она отвернулась за заваркой, маленькая Марианна стащила штук пять. Я не стала закладывать ребенка, просто понадеялась, что у нее нет диатеза.
– Ранения мои оказались не такими уж серьезными, – обрадовала меня дочь Корского. – Один раз этот стрелок вообще не попал. Второй выстрел оцарапал мне руку. Ну а третий пришелся в грудь. Пробил бы легкое и неизвестно, что еще. Но моя дочка имеет дурацкую привычку засовывать мне в одежду всякую всячину. То камни с улицы принесет и мне в сумку положит. Я хожу, мучаюсь, гадаю – что же там столько весит, кошелек-то вроде пустой? Однажды она затолкала мне в карман пальто сосиску. И я это обнаружила, лишь когда срок ее годности истек дважды.
– Ну, муся, это же дарки! – возмутилась девочка, уловив в голосе матери недовольство.
Она делает маме подарки, а ее не хвалят!
– Да, котенок, ты молодец! – Лена наклонилась и поцеловала дочку. – Так вот, в этот раз она засунула мне в верхнюю часть нижнего белья пятирублевую монету.
– Это тебе на жувачу! – пояснила девочка.
– Я чувствовала – что-то мешает, утром еще вытащить хотела, да как-то закрутилась, забыла. Да и мои объемы этот дискомфорт как-то сгладили, – она похлопала себя по пухлым бокам. – Короче, пуля попала ровнешенько в эту монету! Ударила больно, но внутрь не вошла. Монета мне в грудь впилась, все расцарапала, от этого и кровь потекла. А я вида крови переносить не могу. Да еще и эта боль от удара… Короче, хлопнулась я без чувств, хотя все внутренние органы были в порядке. В больнице, как только рану промыли и перевязали, почти сразу же и отпустили меня домой. Так что мой ребенок мне жизнь спас.