Эльфийская ночь

Дубчек Виктор Петрович

– Может статься...
– проговорил эльф, - но я всё же склонен полагать, что успех нашего бегства был неподдельным, обусловленным исключительно Вашей замечательной отвагой и воинским мастерством.

– Говоришь, умный он был?
– спросил капитан, игнорируя лесть.

– Он запомнился мне человеком благородным, осторожным в суждениях и решительным

в делах. К великому, сожалению, принц Содара не успел в полной мере проявить себя...

– А как ты его зарубил?
– влез в беседу эльфёнок.
– Говорят, он же первый мечник империи вообще.

– Не столь зарубил...
– снова ушёл от прямого ответа Кави-старший, приподнимая за ножны свой узкий меч.

Капитан успел заметить, что такие изящные клинки в Варте были не в ходу: и у гвардейцев, и у Содары мечи выглядели куда массивнее и тяжелее.

– А я свой ножик потерял, - огорчённо сообщил эльфёнок.

– Тот, отцовский?

– Ага...

– Жаль. Мне тогда удалось спрятать его в дупле.

– В друпаде, у ручья?

– Именно. А уже много позже, когда Севати...

– Товарищи, вечер воспоминаний предлагаю всё-таки пока отложить, - с сожалением прервал Немец эльфов.
– Дурта ждёт. Где, ты говоришь, его фазенда?

– Но и не лачуга. По вашим меркам - так и вовсе хорошо.

– И всё же я уверен, что всего разумней нам будет оставить коней здесь, - сказал принц.

– Что? А, ну в дом-то я их тащить и не предлагаю, - спохватился человек.

Кави-старший перехватил взгляд Кави-младшего и укоризненно покачал ушами: не дело смеяться над неведением, ежели сие неведение имеет под собою вескую причину. По крайней мере, сударь капитан, во многих вопросах излишне, может быть, склонный к принятию самостоятельных решений, не пытался спорить там, где сознавал собственную некомпетентность.

Кави никак не удавалось перенять на себя бразды правления их маленькой группой. В Земле, - так именовался родной мир Немца, - он признал главенство

человека из естественной вежливости гостя. Однако же и в Вишве, где, казалось бы, сами суры должны были отдать главенство принцу, капитан продолжал играть праму. И получалось это у него столь естественно и незатейливо, что Кави с некоторым удивлением ощущал известную даже комфортность подобного положения. Было ли это, действительно, следствием высокородности сударя капитана, либо же искусство управления в Земле достигло существенно больших высот - эльф не пытался и гадать.

– Чего гадать-то?
– донёсся до его слуха голос Немца.
– Визуально следов засады не наблюдаю. Пойдём да узнаем.

– Преимущество сего места заключается, помимо прочего, в его удивительной уединённости, - вслед за человеком успокоил Кави юного себя.
– За всё то время, что я скрывался у Дурты, никто не потревожил нашего спокойствия.

– Мало ли...
– неодобрительно пробормотал юный эльф.

Впрочем, принц вполне понимал его опасения; да и краткий обмен взглядами с человеком показал, что и Немец тако же предпочтёт перестраховаться.

– Значит, тощий, длинный, рыжий?

– Точно так, сударь капитан.

– Здесь побудьте. Проследите, чтоб зверюги не заржали.

И, ступая своей особенной, - с носка на пятку, - походкой, скрылся за деревьями.

Как всегда: принял решение - тут же исполнил.

Либо же наоборот, усмехнулся Кави: принял решение - а ты исполняешь.

– А чего это он тобой помыкает?
– спросил младший.
– Ты принц или не принц?

– Видишь ли, Кави...
– с улыбкой сказал принц, - не всякие отношения следует сводить к отношениям главенства и подчинения. Зачастую эльфы, - и люди, - связанные единой целью, не слишком нуждаются в точном распределении меж ними ролей.

– Чего?

– Не важно, в сколь высоком статусе пребывает бидалака, - со вздохом пояснил принц, - лишь бы пазил мушей.