Элементарно, Васин! (сборник)
Шрифт:
— Это ведь был какой-то бандит, правда, Лизонька? — приговаривал он, подводя потрясенную женщину к стулу. — Не волнуйся, он уже далеко. Теперь все будет хорошо, все будет просто отлично…
Дом был оцеплен, неподалеку группками стояли люди. Толик и Денис постарались слиться с толпой. Они вполне могли сойти за зевак, из тех, которые непременно останавливают машину на обочине, если видят подозрительное скопление народа. Кроме Димы и Вики, разговор которых Толик подслушал, сидя в своем укрытии, здесь были и другие соседи — супруги Куприны, пожилая
Дверь в дом была распахнута, тело уже увезли. На месте преступления работали эксперты. Окаменевшая Лиза стояла возле клумбы с анютиными глазками. Судя по всему, оперативникам так и не удалось добиться от нее объяснений. Зато соседи говорили довольно охотно.
— Мы с Викой смотрели старый фильм с Михаилом Жаровым, — рассказывал Дима. — И тут вдруг услышали выстрел. Я тут же выскочил на крыльцо и увидел, что какой-то мужчина убегает прочь от дома. Он бежал вот так, прямо по газону.
— Как он бежал? — уточнил оперативник.
— Он бежал огромными прыжками. И сам он был огромный, ну просто великан. Метра два ростом, не меньше.
Лиза вскинула глаза и изумленно посмотрела на разливавшегося соловьем соседа. В ту же секунду тот поймал на себе внимательный взгляд Макса Гордеева, однако упрямо наклонил голову, продолжая живописать преступника:
— Мне показалось, что руки у него длинные, как у гориллы.
— А лицо? — напористо спрашивал оперативник. — Ведь он должен был пробежать вон там, прямо под фонарем.
— Так и было, — подтвердил Дима, энергично кивнув. — Он пробежал. Но лицо я не очень хорошо разглядел. Далеко все-таки.
— Какие у него волосы? — настаивал оперативник.
— Совсем короткие. Мне так показалось.
— Он был обрит наголо, — неожиданно вмешался Макс Гордеев, стряхивая пепел со своей сигареты в пустую пачку. — Я в это время вышел покурить, — объяснил он оперативнику. — И тут раздался выстрел. Я увидел мужика, который явно убегал из дома Фокиных. Дима очень точно его описал. Только я был ближе и успел рассмотреть его физиономию.
— Вы узнаете его, если увидите?
— Без сомнения! — уверенно заявил Макс. — Я ведь фотограф. У меня профессиональная память на лица. Он был такой… страшный. Маленькие глазки, густые брови, небритый. В общем, типичный уголовник.
— Во что он был одет?
— В мятые коричневые брюки и зеленую куртку, — немного подумав, сказал Макс. — Хотя я могу и ошибаться.
Лиза стеклянными глазами смотрела в одну точку. Оперативник схватился за телефон — решил узнать, не сбежал ли из тюрьмы заключенный или, на крайний случай, какой-нибудь псих из лечебницы. Сделав несколько звонков, он повернулся к супругам Куприным.
— Что вы можете добавить к сказанному?
— Мы уже спали, — растерянно сказала Арина Никодимовна и замерла, сообразив, что соседи сверлят ее взглядами.
— Но
— Но, Серафим! — прошептала жена. Он толкнул ее локтем и продолжал: — Я увидел, что дверь дома Фокиных открыта и изнутри доносятся голоса. Потом я узнал голос Алекса Фокина. Он крикнул: «Руки вверх!», послышался шум борьбы, а потом — выстрел.
— Если верить вашим соседям, громила должен был пробежать вот здесь. Это совсем рядом с вашим окном.
— Так и было.
— Вы разглядели его лицо?
— О, да! Оно будет сниться мне в страшных снах.
— А поконкретнее?
— У этого типа огромный нос, величиной со сливу. А лоб такой узенький, в два ваших пальца. И еще у него «заячья» губа. Такое лицо трудно забыть, поверьте!
— Вероятнее всего, дело было так, — подвел первые итоги оперативник, обращаясь к своим товарищам, подтянувшимся к крыльцу. — Какой-то громила постучал в дверь, и хозяйка дома открыла ему. Он напал на нее и ударил. Тут из спальни с пистолетом в руке выскочил ее муж. Бандит бросился на него. Завязалась драка. Громила, — а судя по показаниям свидетелей, это человек здоровый и сильный, — отобрал у Фокина пистолет и выстрелил ему в сердце.
— Оружие проверили?
— Да, пистолет принадлежит убитому. На нем искали отпечатки пальцев, но зря. Видимо, нападавший — дока в таких делах.
Когда Валерий Худяков пришел в себя, медсестра подарила ему ослепительную улыбку:
— С возвращением, док! С вами все будет в порядке.
— Я… Кажется, я попал под машину, — пробормотал тот, проверяя, двигаются ли у него руки и ноги.
— Сотрясение мозга, ушибы, синяки, но ни одного перелома! — задорно сказала девушка, поправляя его подушку. — Ну и шок, конечно.
— Выходит, я цел?
— Целы, не беспокойтесь.
Худяков сразу же вспомнил о событиях, которые предшествовали несчастному случаю. Тень легла на его лицо. Он огляделся по сторонам. Возле постели на тумбочке стоял роскошный букет цветов.
— От кого это? — прохрипел он.
— От девушки, которая была за рулем. Она просидела тут целые сутки.
— А больше никто не приходил?
— Никто.
— А милиция?
— Сначала вам нужно прийти в себя, — строго сказала медсестра. — Никуда не денется ваша милиция.
Худяков беспокойно зашевелился.
— Сколько времени я тут нахожусь?
Медсестра заметила, что пациент с каждой минутой становится все мрачнее.
— Всего сутки. Сегодня четверг. Утро четверга, — уточнила она.
— Включите, пожалуйста, телевизор. Я хочу посмотреть десятичасовые новости, — пациент сел в постели.
— Хорошо, хорошо. Только не нужно делать резких движений. — Сестра оправила халатик и протянула ему пульт дистанционного управления. — Скоро придет ваш лечащий врач, и вы все с ним обсудите подробно.