Электрик
Шрифт:
Молодые такие, однако, хорошо заслуженные в криминальном мире.
Почему-то за убитых людей Система больше баллов выдает, чем за тех же Чертей. Наверно, побольше они зла людям сотворили в своей жизни по сравнению со зверолюдами.
Итого у меня целых сорок восемь баллов пришло, теперь уже шестьдесят пять в итоге от двести шестнадцати по СИЛЕ. Почти треть уровня я набрал до следующего, прогресс как-то быстро пошел в новой стране, хотя, я в этом смысле больше на степь с нелюдями рассчитывал.
И на ВНУШЕНИЕ хорошо
Впрочем, фактически Хобом, его помощником и одним молодым бандитом я и не управлял вовсе, просто бил ментально по открытому мне сознанию. За это МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА сразу поднялась до двух двести шестнадцатых — что меня просто поразило.
Сразу выросла на единицу, без всяких там отдельных уровней.
Все остальные умения в Системе тоже не остались стоять на месте, поднялись на единицу сразу.
Теперь сама Система в голове выглядит так:
МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА — 2/216
ВНУШЕНИЕ — 1/216
Уровень 10/216
ЭНЕРГИЯ — 2/216
СИЛА — 1/216
Уровень 65/216
РЕГЕНЕРАЦИЯ — 2/216
ПОЗНАНИЕ — 2/216
То есть, четыре умения сами перескочили выше, а ВНУШЕНИЕ и СИЛА остались с прежним значением, только под ними есть ссылки на то, на столько именно они прокачаны.
Похоже, что с ВНУШЕНИЕМ мне придется больше всего работать и оно будет медленнее всего качаться.
Правда, и использовать его я буду чаще и больше всех остальных.
В проспектах и справочниках бункера не нашлось никакой информации о том, как умения будут расти, поэтому все изменения для меня — удивительное открытие на самом деле.
Когда прошло время ожидания, и капитан городской стражи все же появился перед воротами, началась серьезная суета.
Меня тщательно обыскали, забыв сделать это раньше и, конечно, ничего не нашли, только ножик вытащили.
Откуда что-то может появиться у бедного крестьянина, который только вчера пришел в королевство?
Хорошо, хоть жизнь еще с ним осталась, это уже большая удача. С ним и его выдуманной дочкой.
Потом старший наряда рассказал начальству о том, как я появился здесь, не забыв приписать себе побольше всяких заслуг. Однако, утверждать, что я собирался проехать мимо города не стал, понимая, что это будет звучать совсем глупо.
— Он понимает по-нашему? — небрежно кивнул на меня Капитан стражи, высокий, крепкий мужик в парадном камзоле с шитьем на рукавах и щегольских кожаных сапогах.
— Понимаю, ваша милость! Языки похожи! — радостно ору ему я, переводя внимание на себя.
Посредники больше мне не нужны, и я начинаю легкими мазками формировать доверие к моим словам в сознании главного над стражей, Капитана Смолетта.
Дальше следует подробный расспрос,
Он подробно выспрашивает про то, как я оказался в королевстве, на что мне не трудно ответить с совсем честным лицом. Даже упоминаю крепость Теронил, около которой и было расположено мое поселение, а еще мифическое поле с огородом, полным сладкой репы.
Капитан мог бы легко утопить меня вопросами про мои посадочные культуры или еще чего-то такого подобного из сельского хозяйства, однако, ему не до этого уже. Да и не знает сам про такое, наверно.
Доверие к моим словам создано у него в сознании, теперь он относится ко мне все лучше и лучше.
Тем более, кроме покойников на подводе за моей спиной я выдаю все более интересную информацию о тех воинах, кто меня послал в Жофер.
— Видел двоих, оба пораненые, руки перевязаны у обоих. Еще в шалашах кто-то стонет, бабы туда постоянно ведра воды таскают и ткань полоскают.
— А кто покойников на телегу сложил?
— Не видел сам, ваша милость, — пугаюсь я потешно, размахивая руками, что не могу точно ответить на этот вопрос, — Так там таких мужиков, как я, пятеро еще есть, которые местные. Ну, кого видел, ваша милость!
— Значит, видел двоих раненых, еще в шалашах кто-то стонет и пятеро простых мужиков?
— Так, ваша милость! А, еще бабы две из наших, деревенских, к раненым бегают, вот и все.
— Оружие какое у тех бандитов? — еще наводящий вопрос.
— У одного шар такой с шипами, только, он его поднять попробовал и бросил с руганью. Видно, что раны не дают. А второй какие-то ножи за спиной носит длинные, этот при мне больше ничего не доставал.
— Понятно, Грипзиш и Шнолль это, ваша милость, — перебивает меня старший над воротами.
— Да, это их оружие, больше таких я не знаю. Сколько ехать туда, до лагеря?
— Это, три часа до поворота к лесу, еще три часа вдоль до места, где телега была спрятана. Так мне эти пораненые сказали. И так идти с час до лагеря, — неуверенно отвечаю я, — Не очень я в вашем времени разбираюсь, ваша милость, это мне те воины говорили. Да, от опушки леса столько и шли, все время прямо, никуда не сворачивая.
— А место, где в лес заходить, помнишь?
— Да, ваша милость. Дерево там еще высокое стоит, — радостно говорю я, стараясь услужить важному господину.
— Вот ведь дурак какой! — не выдерживает капитан стражи, — В лесу много деревьев высоких!
— Так это, ваша милость, оно особенно высокое и еще я внизу пару веток сломал, чтобы мимо потом не пройти.
— А к стоянке помнишь дорогу?
— Там и помнить нечего, ваша милость. Все прямо, потом холм высокий, под ним ручей бежит и за ним уже эти шалаши стоят.