Эквилибрист[СИ]

Катюричев Михаил С.

– Назовите свой род, леди. – Голос Альвина звучит слегка неестественно. Взгляд не отрывается от Кристины.

– Н-но Трам.

– Младшая ветвь рода но-Тремен. – это не вопрос, это утверждение. Девушка кивает.

– Альвин, в чем дело? – теперь и Катарина вскакивает, чувствуя, что что-то неладно. Альвин пропускает вопрос мимо ушей.

– Альвин но-Рох к Вашим услугам, – изящный поклон. И уже Катарине, – наши семьи кровные враги.

Ого, тут еще и кровная месть существует! То-то я смотрю, такая буря эмоций в ауре!

Кристина бледнеет, судорожно прижимая риттону к груди. Даже в лучшей форме она Альвину не противник, а уж сейчас… Судя по тому, что даже сердобольная Катарина не вмешивается – но-Рох в своем праве. Буря эмоций чуть стихает, Альвин ловит мой взгляд. И что он от меня

хочет? Чтобы девчонку убил я? Или что? Вмешиваться не буду, даже не просите.

– Это твой враг и твоя месть, – произношу как можно более безразлично.

Еще минуту Альвин изображает из себя соляной столб, потом кулаки медленно разжимаются.

– Флягу дай, – поворачивается ко мне. Развожу руками.

– Держи, – флягу передает Гален. Не один я такой запасливый!

Альвин делает изрядный глоток.

– Я, Альвин но-Рох, обещаю не причинять Вам вреда и прошу разделить со мной огонь и пищу, – рыцарь протягивает флягу девушке. Похоже, убийства не будет! Кристина сначала нюхает, потом уже аккуратно глотает. Поза становится более расслабленной.

– Я, Кристина но-Трам, обещаю не причинять Вам вреда, Альвин но-Рох. – девушка передает флягу обратно.

Ритуал закончен, Альвин садится и снова прикладывается к горлышку. Жестом намекаю, что неплохо бы и поделиться.

– Альвин, как ты узнал, что она младшая ветвь кого-то там? – задаю мучающий меня вопрос.

– Двенадцать первых родов хранят фамильные умения со времен Империи.

– Как твоя способность парить? И почему двенадцать? Мне казалось, высших родов намного больше.

– Не высших, а первых. На повышение статуса может претендовать и рыцарский род в пятом поколении.

– И ты можешь достать так любой предмет? – теперь мое любопытство направлено на Кристину.

– Нет, на "нить" можно подвесить только один предмет.

– И ты выбрала риттону?! – интонацией выражаю все, что думаю о подобной непрактичности. Девушка слегка краснеет. Да, такое комнатное растение даже убивать стыдно.

– Она ведь пригодилась, – примирительно улыбается Катарина.

– Точно, Альвин, ты ж хотел сыграть! – Гален тоже успел приложиться к фляжке.

– Да, пожалуйста, – все, парень пропал. Катарине он точно не откажет.

Выжить и жить, взлететь, не пасть, Суметь удержаться на лезвии слова, Тропою эпохи сквозь тысячелетнюю грязь, Потом по стерне да по иглам сосновым…

Чего, спрашивается, говорил, что играть не умеет? И голос вполне неплохой.

…Идти – не дойти, и петь – не допеть На лютом ветру, на последнем пределе. Все лишнее прочь, ты обязан успеть Зажечь свой огонь в самом сердце метели. Ты легче, чем пух, ты прозрачен, как звук, Не знает никто, где сегодня ты бродишь, И голос струны оживает в тепле твоих рук, И поет бесконечные гимны свободе. Странники, эхо миров, Летящие в воздухе искры небесных костров…

Текст тоже очень неплох. Надо будет запомнить.

…Странники, в мире года, Мы пленники века, сказавшие вечности "да" [6]

– У вас отлично получается! – хлопает в ладоши Элеонора, – кто следующий?

– Я, если позволите. – Кристина смущена.

Пальцы перебирают струны, и я понимаю, что Альвин действительно играет весьма средненько.

Вся наша жизнь – отныне без остатка – Холодный блеск, стальное острие. Не отступить – мной брошена перчатка, Не

отступить – вы подняли ее. Не отступить – вы подняли ее. Не отступить – хоть правил я не знаю, Смертельный финт придержан до поры. Ах, ради Вас – хоть я и не играю, Я принимаю правила игры. И каждый день – без права на ошибку, И не прервать проклятую дуэль. Как Вы милы, как вежлива улыбка… Что ж, выпад точен – Вы попали в цель. Был выбор мой – безумье за отвагу, Был вызов мой – Вы приняли его. У Ваших ног – изломанная шпага, Несбывшейся победы торжество. Приходит час случайного прозренья, За краткий миг – высокая цена. Никто из нас не верит в отступленье, Но никому победа не нужна… [7]

6

Шмендра "Странники"

7

Йовин "Романс"

Аплодирую. Очень к месту. Или она только что ее сочинила? Ладно, уточнять не буду – девочка и так смущена нашим вниманием. Даже Альвина проняло, хотя по его лицу этого и не скажешь.

– Теперь ты, Катарина! – разошлась Элеонора.

– Ты чего раскомандовалась? – притворно хмурюсь, – сама спой.

– Я еще маленькая. Я не умею, – нахалка показывает мне язык.

Катарина улыбается и берет инструмент.

Он хотел быть героем далекой страны, А она – лишь поведать ему свои сны. Ее кудри как полночь густы и темны, Ее губы созревшего меда полны…

Играет она, может и похуже Кристины, но голос хорош.

…Он все дальше и дальше, На грани виденья, От сна к пробужденью, От ночи ко дню. Он вернется не раньше Последнего срока. Стирает дорога Подковы коню…

На секунду появляется ощущение недоброго внимания и угрозы. Уже стемнело и за кругом света видна лишь черная стена леса. Ночное зрение различает скользящие то тут, то там силуэты, но перейти защитный периметр они не решаются.

…Она верила твердо И лет не считала, Она ожидала И ночью и днем. Он объехал фиорды От края до края, Вот все, что я знаю О ней и о нем. [8]

Катарина получает свою порцию восторгов и одобрения.

– Теперь ты, Даркин, – мелкая окончательно взяла на себя роль конферансье.

– Я уже играл! – возмущаюсь я.

– Завершать ожерелье должен тот, кто его начал.

Тема постепенно скатилась в любовь. Вредность подбивает закончить чем-нибудь тяжелым, но шум леса, потрескивание костра и эхо только что отзвучавшего милого голоса настраивают на лирический лад. Интересно, как будет звучать двухголосая партия? Хотя, проблем быть не должно, я ведь не сам пою, а мысли транслирую.

8

Йовин "Он и Она"