Экспроприатор
Шрифт:
Его поцелуй между моих ключиц.
И срыв всех тормозов. Рванул блузку, зубами по кружеву лифа, оттягивая его, прижимаясь обжигающими губами к коже. Дрожащими руками обхватила его за голову, сорвав дыхание, когда почувствовала его язык на чувствительной коже. Ногами прижала плотнее его бедра и просто вслух изнывала от требовательной боли.
И медленно проезжающая мимо машина.
Порвало безумие, но не до конца. Сорвал с капота, но на себя, руками под ягодицы и языком раздвигая мои пересохшие губы. Мои ноги сжали намертво его торс. Я его руками за плечи и максимально тесно прижалась к его телу,
Лифт. Его удар вслепую по кнопке. Холодная стена и я снова между ним и ней. Слабый ненадежный упор моих ягодиц на поручень, только лишь для того, чтобы он мог отнять руку и сжать мне нижнюю челюсть, рывком дернув лицо на себя и целуя просто безумие. Безумием.
Коридор перед его дверью. У дверей поставил на слабые ноги, удерживая мое лицо за подбородок. Заматерился, когда не сразу ключом в скважину, и не так.
— Косорукий, блять… — это сказала не я. Это был хаос, в голове, сердце и теле, ненавидящий его за то, что тянет время.
Наказание сразу — в квартиру практически зашвырнул.
Налетела боком на какой неразличимый во мраке комод смела с него все, что было. Шелест страниц, баночки, склянки.
Рывок сзади, выставляя руки на холодную лакированную поверхность по обе стороны от снова бесполезно пытающейся воспротивиться меня, вцепившейся в его кисти. Прижался сзади бедрами жестко и бескомпромиссно. Заставив ноги едва не подогнуться от тяжести и жара свинца налившегося в зудящего в венах. Стряхнул мои руки, одной сжал грудь, вторую запустил мне в волосы и потянул за них вниз, медленно с наслаждением, вынуждая запрокинуть голову себе на плечо и поворачивая ее к себе лицом.
Губы к губам, но не касаясь. Только лишь учащенным горячим дыханием, смешивая его. Его рука с груди медленно и с нажимом вниз, до пуговицы на джинсах. Краткая заминка, шелест молнии. И несильный нажим пальцем по границе ткани нижнего белья.
Вздрогнула, задрожала, попыталась двинуться к его улыбающимся губам. Не дал. Вторая рука все еще в волосах и он слегка оттянул мою голову назад, не давая к себе прикоснуться.
— Не надо… — сорвано, когда снова пальцами по границе кожи и ткани и снова отстранился. — Не смей издеваться, сучня…
Сам склонился и… одновременно. Пальцем под ткань и внутрь, языком ударяя по языку. Взвилась от сметающей реальность волны, прошедшей по телу и ударившей в сосуды огнем.
Движения синхронны и меня убивает.
— Я так кончу… — отстранившись, почти со всхлипом, не чувствуя себя, но чувствуя натянувшие до предела нервы.
— О, боже мой! Да ну? — голос очень низкий, хриплый, горячий. И второй палец, сорвавший громкий стон уже просто от непереносимости происходящего.
Двинула ягодицами назад, прижалась тесно. Ну ты же тоже хочешь до умопомрачения, сукан… Я даже через джинсы чувствую, что все огнем горит. А в ответ нарастание амплитуды.
Почти на пределе, сцепив зубы, резко отбросила его руку. Повернулась на подкашивающихся ногах и неверными пальцами к пряжке ремня. Трясет и бьет, потому что необходим сейчас. Щелчок, ремень ослаблен и как же эта тварь упоительно вздрогнула и прикрыла глаза, когда я ладонью за ткань и сжала. Хороший нажим, движения вверх и вниз и мой тихий смех, когда его чуть не порвало
Открыл глаза и сжег взглядом. Резко отстранил мою руку, поворот меня и прижатие к прохладной лакированной поверхности. Сдернул джинсы и белье. Вошел медленно, заставляя тихо выть от чувства заполнения, от обжигающего кошмара выворачивающего тело. Пауза. Быстрое дыхание в унисон и снова ударом. За ударом. Взвилась, привстала на цыпочки, прогибаясь в спине и упираясь руками. Его руки на моей пояснице. Наращивает темп. Под кожей ток, сердце в неистовстве, легкое предупреждающее онемение внизу живота. И резко накрывает. Судорогами, не оставляющими ни одну мышцу без внимания, опаляет изнутри, рвет разум и разгоном бурлящего потока по звенящим нервам.
Нагнал почти тут же. Резко отстранился. Хочу видеть. Резкий полуоборот стирает остроту оргазма и продляет за счет его сорванного протяжного тяжелого и хриплого выдоха, а глаза чернее мрака и столько же в них пылающего жаром хаоса, что бьет наотмашь.
Стараюсь тверже встать на ноги. Он правой рукой упирается в столешницу, свешивает голову, прикрывая глаза. Дышит часто, тяжело. А меня просто ведет от вида тянущихся капель на его левой руке…
— Ванна? — мой голос слабый и дрожащий, как и все тело.
Краткий кивок дальше в полумрак коридора.
Вторая дверь. Шоколадная плитка, красивый золотой узор, в те же тона и цвет мозаика. Освящение не яркое, не тусклое. Такое, какое нужно. Душевая кабина в тон, пара красивых стеллажей, стиралка. Широкая стойка с интегрированной раковиной.
Тупо, знаю, но почему-то легче, что здесь никаких намеков на женский пол.
Тупо.
Неверными дрожащими руками оправляю одежду. Хочу умыться, но косметика осталась в клатче в коридоре. Просто включила холодную воду и протянула пальцы под струю. Прикусила губу до боли. Помогло мало. Тело еще слабое, неверное. Как и вся моя суть.
Мне нельзя с ним заниматься сексом. Нельзя. И я второй день это делаю. Меня ведет по нему, я знаю. Но я не знаю, как взять это под контроль. Он умен до чертиков, пугает до смерти, он смешно шутит и он охуенно трахается. Это, сука, проблема. Это твоя огромная Проблема, Полина. Вскидываю голову, смотрю в свое отражение в зеркале над раковиной и вижу не просто Проблему в своих глазах. Я вижу там Беду.
Скривилась и отвела взгляд, зло сплюнув в раковину. Выключила воду, так и не решившись, что же делать и как себя вести. Сработало оповещение телефона о входящем сообщении. Достала из переднего кармана джинсов и поняла, что лучше его читать сидя. Опустив крышку унитаза, села сверху и нажала «открыть»:
«Я не знаю, с кем именно ты там связалась сука, но если еще раз меня начнут теснить по бизнесу с предупреждением не лезть к тебе, квартиру светкину, за которую ты почти выплатила ипотеку я отмету сразу и ты потеряешь свои уплаченные два миллиона ясно тебе? На условия политгандона дать тебе еще месяц я согласен. Потом пеняй на себя — про квартиру я тебе сказал. Жду еще плюс месяц и ни днем больше»
Андрюша, какой же ты тупой, мать твою!
А Ерохин просто пиздец. Мальчик-пиздец. Старче-апокалипсис. Вот действительно. Я с трудом сглотнула, глядя на пришедшую от недобывшего смс. Очень быстро возвращаясь в реальность. Очень быстро.