Экспресс 'Рудный шар'
Шрифт:
Вдруг Хутен все же побывал здесь до меня.
И открыл глаза! Ящик был набит купюрами, монетами, мерцающими золотыми слитками, желтыми запечатанными конвертами и разноцветными акциями.
Не тратя больше времени на созерцание, я принялся запихивать все это богатство в пакет компании "Эр Полинези", прихваченный в пути. Скоро ящик был опустошен, а молния на пакете застегнута.
Даже самый маленький золотой слиток весит гораздо больше, чем можно прикинуть на глазок. Я как раз корячился в дверях каморки, обхватив пакет двумя руками, когда в меня
– Уайт?! Что ты тут делаешь?
– Привет, Хутен.
– Уняв сердцебиение, я отвесил нелюбимому племяннику своего босса вежливый поклон и попытался протиснуться мимо него.
Его длинное лошадиное лицо оказалось прямо перед моим.
– Я спрашиваю, что ты тут делаешь?
– Навещаю свой сейф.
Решительно пустив в ход плечо, я отодвинул тощего Хутена в сторону и оказался в холле перед лифтом. Мой палец впился в кнопку.
У меня за спиной раздался приглушенный крик:
– Пусто!
Дверь лифта открылась, я вошел в кабину. Тут же ко мне потянулись две руки. Схватив меня за горло, они попытались вытащить меня из кабины.
– Ты украл их, Уайт, ты их...
Пальцы на моем горле разжались. Хутена скрутили двое мускулистых молодцов в скромных голубых костюмах.
– Прошу вас, Mein Herr, - обратился один из них к яростно отбивающемуся Хутену, обхватив его за худую шею.
– Этот господин находится под защитой "Банк Юнион де Вадуц".
– Он обернулся ко мне.
– Желаете сдать его властям, сэр?
Я бросил из лифта прощальный взгляд на Хутена.
– Не стоит. Просто задержите его, пока я не сяду в воздушное такси.
Двери лифта задвинулись под возмущенные выкрики Хутена.
– Итак, теперь ты несказанно, неслыханно богат!
– Изабель насмешливо скривила губы.
– Можешь исчезнуть вместе с миллионами судьи.
– Должен сознаться, такая мысль ненадолго посетила и меня.
– Я с улыбкой поднял глаза от столика "Кафе де Монд" и уставился на окно углового кабинета в штаб-квартире фирмы "Хартман, Бемис Чупетт", где Дейвис Александер до сих пор, должно быть, придумывал, под каким предлогом меня уволить.
– Однако жадность слишком дорого стоит. Поразмыслив, я решил, что куда безопаснее для нервной системы просто наведаться в "Фермерский Банк Лихтенштейна", что на противоположной стороне улицы, и доверить все тамошнему сейфу на предъявителя. Пускай судья Дейвис Александер опять беспокоится, как бы его очередной племянник не нашел кодовую карточку.
Обе дамы одновременно похлопали меня по руке.
– Весьма разумно, - одобрила мой выбор Джин Цей, ослепив своей улыбкой, от которой у меня, как водится, затряслись поджилки.
– Но ты все еще не рассказал, как тебе удалось не замерзнуть.
Я небрежно пожал плечами, словно, подобно Гудини, давно специализируюсь в нахождении лазеек из безвыходных ситуаций.
– Если разобраться, то все очень просто. Я засунул один лоскут от разодранной рубашки в канистру с ананасовкой так, чтобы это был крохотный фитилек, от которого
– А как же дым?
– поинтересовалась дотошная Изабель.
– На поясолетах очень эффективная система очистки воздуха, хотя обогрев оставляет желать лучшего.
Единственной моей задачей было следить, чтобы оставалась запасная материя на фитили, и не забывать менять выгоревшие канистры.
– Наверное, это было труднее всего, - едко вставила Джин Цей.
– Ведь ты пил эту дрянь так же бойко, как и жег.
Повалиться к ногам королевы! Воистину, Джонатан Уайт, тебе должно быть стыдно! Валять дурака на глазах у десяти миллиардов зрителей!
– Королева полагает иначе, - возразил я и отхлебнул кока-колы единственный напиток, который я заказывал в "Кафе де Монд" после возвращения с Земли.
– Ее сынишка, наследный принц, загремел в новозеландскую больницу с белой горячкой, потому и не смог сам приводниться у Порт-Помаре.
– Одно непонятно: как ты умудрился поджечь первый фитиль?
– не унималась Изабель.
– Кажется, ты говорил, что у тебя не было ни спичек, ни какого-либо иного средства развести огонь.
– Да, такая проблема действительно возникла. Но стоило мне ненадолго перестать слизывать с пальцев "Воду Жизни", как я припомнил, что едва не прожег их до кости, пытаясь подзарядить скафандр. Тогда я оторвал от провода пару метров, сунул один конец в розетку, а другой поднес к маленькому фитильку в канистре. Шикарный фейерверк - и мой фитиль запылал.
Изабель уперла в меня безжалостный взор.
– Интересно, дошел бы ты до подобного безумия, если бы продолжал оставаться трезвым?
Я долго молчал.
– Этого мы никогда не выясним, не правда ли?
– проговорил я наконец, пожимая плечами.
– К тому же в этом нельзя обвинять одного меня. Я говорил, что в поясолете отменная система очистки воздуха и удаления дыма. Но обнаружилось и упущение: никто не подумал, что придется бороться с парами от нескольких тысяч литров горящего мангового бренди. Так что, фильтруя дым, система подавала в кабину пары чистого спирта. Вот почему я провел девятнадцать с половиной дней пьяным в дым.
Джин Цей сильнее ухватила меня за руку.
– Браво, неустрашимый Джонатан Велбрук Уайт, пионер покорения космоса спьяну!
– Мне никогда не искупить этой вины, - согласился я, но тут же просиял.
– С другой стороны, демонстрационный полет рудного шара-экспресса достиг поставленной цели.
Второй этап размещения акций на 220 миллионов прошел на "ура", спрос превысил предложение. Сейчас "Орбекс Инкорпорейтед" готовится к полномасштабному производству рудных шаров, и первоначальное количество акций на руках у нас троих возросло вчетверо. Строго между нами, я теперь почетный гражданин этого полинезийского государства. То ли граф, то ли барон. Так что наши "тылы" обеспечены.