Эксперимент номер 225
Шрифт:
— Айзек… — тихо произнесла Аннали, проводив его взглядом до раковины. И всё же ей было грустно от осознания того, что Айзек был лишён в детстве таких, казалось бы, простых вещей…
Девушка доела ужин, метис помыл за обоих посуду и они отправились спать, так как завтра парню нужно было рано вставать, чтобы отправиться в местную деревню и, если хватит времени и сил, добраться до ещё одной.
*****
Наступило ранее утро и солнце только начало окрашивать небо в нежные розово-жёлтые тона. Айзек приоткрыл огненно-оранжевые
Несколько минут парень тепло смотрел на неё. Как бы он сейчас хотел обнять этот человеческий рулетик с приятным, нежным, телесным запахом, но ему уже было пора выдвигаться в путь.
Айзек тихо встал с кровати, накинул на своё полуобнажённое, покрытое множеством шрамов тело тёмную толстовку и спустился вниз по лестнице. На кухне он взял пару вёдер и отнёс их ко входу. В одно из них он положил вязаные игрушки Аннали, а в другое планировал положить остатки мяса убитого вчера на охоте оленя.
— Ты уже уходишь? — внезапно услышал он звонкий голос с лестницы.
— Да. Иначе не успею вернуться к наступлению темноты, — произнёс метис, даже не обернувшись, так как он обувался. — Мне и так волнительно оставлять тебя одну в доме посреди леса.
— Айзек… Всё хорошо. Если что-то случиться, я смогу более-менее за себя постоять. По крайней мере меня не убьют…
С этими словами Аннали подошла к нему, шлёпая босыми ногами по деревянному полу, который отапливался печью, и, к внезапному удивлению Айзека, вручила ему какой-то свёрток.
— Что это? — спросил он, принимая подарок.
— Это шарф… Я специально связала его для тебя. Начала ещё с лета, — призналась девушка, слегка смутившись.
Парень развернул свёрток и растерянно осмотрел длинный кусок вязаной тёмно-фиолетовой ткани в своих руках, просто не понимая, что с ним надо делать.
Аннали помогла Айзеку завязать шарф на его шее и сказала:
— На улице уже холодно… У нас пока нет денег, чтобы купить тёплую одежду. Но хоть так этот шарф тебя немного согреет, — слегка улыбнулась она.
— Могла бы не заморачиваться…
— Поверь, будет хуже, если ты заболеешь. Учитывая сколько времени ты провёл в изоляции, неизвестно, как твой организм отреагирует на попадание пусть даже обычного вируса.
— Да что со мной станется? Я же живучий, забыла? — с этими словами метис взял вёдра в руки и сказал: — Что ж, я пошёл. Постарайся никому не открывать, пока меня нет. Если попытаются выбить дверь, хватай нож на кухне и бей на поражение, если кому-то удасться проникнуть в дом. В случае если их окажется больше одного — беги на дорогу. Там я обязательно тебя встречу и тогда уже сам лично найду этих падонков, где бы они не были… — последнее предложение метис чуть ли не прорычал.
— Хорошо… —
Айзек вышел на улицу, заглянув в старый сарай, где вчера оставил части туши убитого оленя, затем положил остатки мяса в ведро и направился в сторону дороги, которая вела к местной деревне, до которой можно было добраться спустя час пешей хотьбы.
*****
Потратив немного больше времени, чем в предыдущий раз из-за грязи на дороге, метис наконец добрался до места.
— А, мистер Грин! Ты опять к нам пожаловал? — встретил его первым старик-косец.
— Зови меня просто Айзек, — одёрнул его метис. Парня слегка передёрнуло, когда он услышал фамилию своего «отца»…
— Ты опять что-то принёс на продажу? — спросил старик, бесцеремонно заглядывая в вёдра, чтобы посмотреть на предложенный товар. — Мясо и… игрушки? Разве ты не чисто охотничьим и рыболовным промыслом занимаешься?
— Это… Аннали связала.
— Твоя жена что ль? Ох, думаю моим внучатам понравятся вязанные лисички! Сколько стоят?
— 15$, — не задумываясь ответил Айзек. Он ценил труд Аннали и не собирался отдавать её работу за бесценок. Его не волновало дорого или не дорого стоят для этих людей её игрушки. Не будешь брать — скатертью дорога. Будь его воля, он бы оставил всех этих вязаных зверюшек себе и не расстался бы с ними не за какую сцену. Однако им нужно было на что-то жить…
— Дороговато стоит, не находишь, для нашей-то местности? Не отдашь две лисички за 20$? — спросил старик, хитро сощурив глаза.
— За две 30$, — твёрдо сказал Айзек. — Дед, если не будешь брать — иди куда шёл. Не трать моё время на пустые торги.
— Да ладно тебе! У моих внучат скоро день рождения! Близняшки они! В нашей деревне не то что игрушек, одежды нормальной не найти, если только не в город за ними шлёпать! Я уже стар, не доберусь туда быстро! Да и кто знает, что со мной может случиться по дороге! Прошу тебя, пожалей детей! Не губи им праздник! — громко начал разглагольствовать старик, явно давя на жалость.
В памяти Айзека сами собой начали всплывать воспоминания, когда он, будучи ещё подростком, слонялся по переулкам в поисках еды. Сколько раз он пытался просить денег у прохожих… Потом просто пытался просить дать ему немного еды, когда он был больше не в силах терпеть голод. Но единственое, что парень получал это презренные взгляды и насмешки с их стороны. Даже сейчас… Если бы он тогда встретил этого деда, дал бы он ему еды за то, что он ребёнок? Или эта смазливая улыбочка тут же сошла бы с его лица и он пошёл дальше своей дорогой?