Эксперимент Не Удался

Игнатова Теодора

— Шампанское несите! — провозгласила.

Управляющий уставился на Артемьева, тот кивнул снисходительно. На что Алекса громко усмехнулась, сложив руки на груди развалилась на мягком стуле. Кого-то наша девочка, совсем не смутно напоминает.

— У нас праздник, важнейшее событие года. Шампанское должно литься рекой. Семья воссоединилась! — продолжала Алекса по сценарию плохого кино. — Да, папочка?

Смешок Уимберга перетащил взгляды на себя. Девчонка встретилась с ним глазами, подозрительно прищурившись. И что с тобой Андрюша происходит? Последние

дни сам на себя не похож, веселится по делу и без, только кажется ей, будто на самом деле истерит. Глаза поблёскивают не привычным расчётливым холодом, а самым настоящим пламенем, он горит в аду. Алекса отвернулась. Вот это нафантазировала.

Как только игристый напиток был разлит всем участникам ужина, девчонка залпом осушила. Чуть поморщилась и протянула бокал хамоватым жестом официанту, требуя добавки.

— Не особо, но сойдёт, раз ничего лучше нету.

Снующий вокруг стола управляющий, испуганно вскинулся, Артемьев не отреагировал.

Опрокинув в себя ещё одну порцию шампанского, Алекса осмотрела закуски.

— Скупенько…

Поковыряла вилкой в салате, что выбрали за неё, как обычно, ничего нового. Вообще-то, она не ест подобные горы с неизвестными соусами и листьями травы. Желудок на это дал о себе знать спазмом, напоминая, крошечки во рту не было за целый день. Улыбнулась. Наверное поэтому так быстро тепло разлетелось по телу от выпитого.

— А чего все молчим? — посмотрела на каждого по-очерёдно.

Наткнулась взглядом на тарелку Уимберга. Она показался по-привлекательнее, той, что перед ней. Утащила у него кусочек сыра и с наслаждением отправила в рот.

Екатерина буквально застыла в немом шоке. Андрей чему-то снова веселится, добродушно поменял свой салат, на её.

Атмосфера висела нерадостная, отбивая аппетит у родителей хулиганки.

— Мы с утра поговорили, когда ты сбежала, — начал Артемьев.

— Когда это я сбежала? — округлила наигранно глаза девчонка. — Дорогой, папочка, к вашему сведению я работаю, для того чтобы прожить и не голодать.

— Алекса, я всё понимаю, тебе многое пришлось пережить за последний месяц, но всё же это не повод себя так вести. Может хотя бы выслушаешь, мы хотим объясниться.

— Не-е, про хахаля, что меня заказал, я слушать не хочу. Про то, как ты не виноват, то же не хочу. Про Андрюшу расскажи.

Уимберг протестующе замотал головой.

— Не хочет. Ну тогда про свою жену и братца моего. Всегда мечтала о брате.

Вадим поперхнулся, быстро запил и странно посмотрел на дочь, долго так, пристально. Несмотря на вдаривший в голову алкоголь, девчонка заподозрила неладное, поставила мысленно галочку, запомнить.

— Не самая интересная тема, это отдельный разговор, — холодно выдал Артемьев.

— А, они не наша семья? Ну извиняйте, не знала. Я думала мы нашу семью обсуждать приехали.

— А я думал мы разговаривать приехали, как взрослые, — Артемьев заметно злился.

— Да какая ж я взрослая…

— Переигрываешь, — пихнул локтем Андрей.

Алекса хохотнула и влезла в тарелку соседа, почему-то

сегодня она аппетитнее выглядит.

— Алекса! Веди себя нормально, — рассвирепела Екатерина.

Девчонка только улыбнулась самодовольно, а мама-то возвращается к прежней, уже ругается и командовать хочется, по лицу заметно.

— Что такого? Мы так с Димкой всегда едим, и ничего, — снова утащила кусочек рыбы у Уимберга.

Артемьев закашлялся, хватая ртом воздух, не спуская глаз с дочери. Попытался поставить бокал, да уронил. С трудом справился, лицо покраснело, тяжело выдохнул. Покачал головой. Тут же забегались официанты, посуду заменили, стол привели в порядок.

Тут Андрей подхватил веселье, отпил из её бокала, и вскинув брови сказал:

— Твоё-то по-вкуснее будет.

Поменял местами.

— Не хочу я твою гадость, спиртяга и больше там ничего нет, — возмутилась Алекса.

Артемьев запросил ещё бутылку, пусть детки балуются. Екатерина наоборот, не намерена терпеть, отложила приборы, наблюдая за парочкой.

— Много шампанского пить вредно, голова болеть будет. Да и вообще столько алкоголя…

— Да, мама, я знаю, даже одна бутылка пива каждый день и ты уже алкоголик.

— Поэтому ты не пьёшь пиво? — улыбнулся Андрей.

Алекса ответила тем же.

— Они точно не родственики?

Вдруг спросила Екатерина у Вадима.

— Исключено, — замотал головой тот.

— Значит так, закончили цирк! — Родительница сделала большой глоток вина, видимо для храбрости. — Ты сама сегодня утром сказала, что нам надо поговорить как…

— Тебе! Просто тебе, надо было поговорить со мной с утра! — закричала Алекса, подаваясь к матери. — И всего… Да я бы и ночью могла, тогда меня ещё интересовало многое, а сейчас ничего, кроме этой бутылки, — схватила за горлышко и встала. — Всем хорошего вечера, я откланиваюсь.

Развернулась уходить, но Уимберг ухватил под локоть.

— Стоять.

— Пф… — выдернула из захвата конечность девчонка.

— Я с тобой, — залпом осушил бокал Андрей и уцепившись ей под ручку повёл к выходу.

За спинами послышался звон посуды, кто-то со злости видимо швырялся в стену. Да плевать, думалось ей, пусть хоть головой об стену бьются.

До гардероба Алекса послушно следовала заданному спутником маршруту, и только накинув куртку повернулась к Андрею.

— Что тебе надо, Уимберг? Переживаешь, как пьяная поеду домой? Так может я не домой.

— А куда? Пока Грановский в отъезде, рванёшь к бывшему? У него как раз сейчас девка к родителям уехала.

Внутри конечно у Алексы челюсть да об пол, но снаружи виду не подала. Хохотнула.

— Не удивишь больше своей осведомлённостью. А ты знаешь, что твои действия в отношении нас всех, незаконны?

— Девочка моя, да ты перепила, — засмеялся Уимберг.

И когда ещё увидишь подобное зрелище, было дело, совместный отдых показал его другим человеком. Прогулки ночные за руки, брысь рыкнула про себя, не вовремя вспоминать романтизм у океана, да ещё и с кем.