Экспансия – III
Шрифт:
— Благодарю, вы очень любезны, — ответил Штирлиц, — но я не взял с собою документацию.
Десятки людей заходили в вестибюль, выходили из него; этот служащий не зафиксирует меня, слишком много народа посещает здание, подумал Штирлиц, но звонить надо из автомата.
— Скажите, а кто еще строит коттеджи по заказу иностранных фирм? — спросил, тем не менее, Штирлиц. — Я ткнулся в первое попавшееся объявление, может быть, в «Конструксьонес» занимаются лишь промышленным строительством?
— О, они занимаются всем, сеньор, очень престижная фирма.
— У вас, случаем, нет их проспекта?
— Нет, сеньор, к сожалению, нет! Проспекты печатают
Штирлиц перешел улицу; в одном блоке от «Конструксьонес» находился бар «Эль Форо», спустился в туалет, набрал номер Росарио, ответила сеньорита Бенитес-Ламарк:
— Добрый день, «Конструксьонес», чем могу вам помочь?
— Добрый день, — ответил Штирлиц, — вы можете помочь информацией…
— Я к вашим услугам, сеньор…
— Если у меня возникло желание построить себе дом в Патагонии, я могу прибегнуть к услугам вашей фирмы?
— О, конечно, сеньор! Мы это сделаем в кратчайший срок по самым последним проектам! У вас свой архитектор? Или вы намерены поручить нам проект тоже?
— У меня набросок. Но, конечно, я бы хотел поручить вам все.
— Простите, у вас испанский акцент… Вы испанец?
— Вообще-то моя матушка была испанкой, но родился я в Германии.
— Вы гражданин Аргентины?
— Нет.
— Простите, я не знаю вашего имени…
— Я Кастильо Аречага-и-Бернштрам.
— Очень приятно, дон Кастильо… Кто вам дал наш телефон?
— Мне никто не давал вашего телефона. Я был в нескольких фирмах… Условия, предложенные мне, не подошли по срокам… Тогда я начал звонить наугад… Я могу встретиться с вашим директором? Чтобы обсудить мое дело предметно?
— Пожалуйста, подождите у телефона, дон Кастильо…
Женщина не отключила аппарат, поэтому Штирлиц мог слышать ее разговор: «Дон Хосе, к нам обратился сеньор Аречага-и-Бернштрам, он намерен построить себе дом в Патагонии, когда вы сможете принять его? Так… Нет, на семнадцать тридцать у вас уже назначена встреча… В восемнадцать? Боюсь, что вы не успеете закончить переговоры с „Пуэнто лимитед“. Хорошо, я передам ваше предложение».
Женщина подняла со стола трубку (мембрана ударилась о что-то стеклянное, наверное, вазочку с цветами):
— Дон Кастильо, я…
— Простите, но я слышал ваш разговор с доном Хосе. Вечером я занят… Когда у дона Хосе время ланча? Возможно, мы бы встретились в это время? Я бы с радостью пригласил его…
— Простите, ваша профессия, дон Кастильо?
— Адвокат. Я консультирую фирмы, осуществляющие морские путешествия и нефтеперевозки.
— Вообще-то дон Хосе обедает с часу до трех тридцати, я могу передать ему ваше предложение… Какой день вы бы предпочли?
— Что у дона Хосе запланировано на завтра?
— Обед с его окулистом, он не сможет отменить эту встречу. Словом, если вы позвоните через полчаса, я дам вам ответ, — женщина добавила, улыбнувшись, — вариантный ответ, вполне удобный и для дона Хосе, и для вас, до свидания, спасибо, что вы обратились в нашу фирму…
…Штирлиц сразу понял, что человек, вышедший из здания, и есть Росарио: левый глаз был аккуратно заклеен легкой бинтовой повязкой; шофер, сидевший за рулем такси, выскочил из машины с военной выправкой, открыл заднюю дверь, помог Росарио поудобнее устроиться и, вернувшись на свое место, резко тронул с места новенький «плимут».
Ну, давай, сказал себе Штирлиц, вези дона Хосе домой, парень,
Машина Росарио спустилась вниз, к заливу, повернула налево, в направлении Аэрогара; у светофора, что позволял пересечь Авениду, чтобы попасть в район старого Палермо, самый дорогой баррио [26] столицы, сделала еще один поворот налево, проехала мимо испанского посольства и консульства, завернула в маленький переулок, усаженный платанами, и вкатила во двор коттеджа; двери — металлические, видимо, с глазком — плавно затворились: автоматика.
26
Район, часть города.
Штирлиц неторопливо проехал мимо, точно запомнив адрес, припарковал свой «форд» в трех блоках от дома Росарио, неторопливо прогулялся по району, дважды обошел дом, — высокий забор из металлических прутьев, не перелезть; такси стоит у подъезда; странное такси, видимо, на такой машине похитили Клаудиу; если бы это была вызывная машина, то шофер сидел бы за рулем, а его нет в «плимуте»; окна дома закрыты шикарными шелковыми шторами; ниспадают, как волны, ни одного открытого окна — ни на первом, ни на втором этаже.
Купив в киоске журналы, Штирлиц устроился на скамеечке так, чтобы видеть ворота; отчего-то зацепился за информацию о том, что аэроклубы Кордовы, Виллы Хенераль Бельграно и Эльдорадо проводят традиционный праздник авиаторов через две недели: высший пилотаж, парад асов, съезд ведущих авиаторов; не в этот ли день Геринг праздновал «день Люфтваффе»? Машинально запомнил номер машины, которая въехала туда минут через двадцать: ВА 7155.
Поднявшись со скамейки, он вернулся в свою машину, медленно проехал по переулкам тихого, тенистого баррио (а ведь в самом центре, как великолепно спланирован этот город; некий сплав Парижа, Рима, чуточку Мадрида, но при этом никакой эклектики, найден свой стиль!), высматривая какой-нибудь побитый автомобиль; заметил старинный немецкий «мерседес», подъехал к нему, легонько стукнул правым крылом, услышав тягучий скрежет металла, сразу же прибавил скорость и, выехав на центральную улицу, притормозил; выйдя из машины, удовлетворенно кивнул, царапина на крыле была впечатляющей; сел за руль, разложил карту города, нашел нужную улицу и отправился в отделение страховой фирмы; по документам, которые ему вручили в автомагазине, значилось, что его машину и жизнь страховал филиал лондонского «Ллойда».
Перед тем, как войти в шикарный оффис, он позвонил сеньорите Бенитес-Ламарк, извинился, сказал, что ему придется срочно вылететь в Рио — скандал с двумя танкерами Южно-Африканского Союза, которые ходят под флагом Греции, — и пообещал позвонить сразу же по возвращении. «Как жаль, дон Кастильо, сеньор Росарио согласился принять ваше приглашение на ланч на пятницу». — «Думаю, в пятницу я вернусь. В крайнем случае, я позвоню из Бразилии, пожалуйста, пока что не отменяйте встречу, послезавтра мне все станет ясно». — «Вы очень любезны, дон Кастильо, попробуем сохранить нашу тайну, до свидания и еще раз спасибо, что вы обратились именно к нам».