Эгоист
Шрифт:
— О чем вы говорили?
Лицо матери было таким серьезным, что ей стало не по себе. Харриет закрыла дверь малой гостиной, в которой скрылась Шарлотта, подошла к дивану, но не присела, внимательно глядя на дочь.
— Ты позволила ему поцеловать себя?
Шарлотта застыла, ощутив, как щеки начинают предательски гореть. От стыда ей действительно захотелось провалиться сквозь землю. Еще и потому, что даже сейчас, глядя на мать, она не ощущала сожаления о том, что сделала, что поцеловала Уильяма, хотя должна была остановить его.
Сглотнув, Шарлотта опустила голову и заставила себя произнести…
— Это… это вышло случайно.
— Ты поскользнулась и оказалась в его объятиях?
Иногда мать могла быть очень жестокой, горько подумал Шарлотта.
— Нет, но…
— Но когда это произошло, ты не остановила его.
Шарлотте казалось, что с каждым словом ее ударяют обжигающей плетью, которая оставляла на ее душе багровые следы.
Она никогда в жизни не поступала так опрометчиво. Тем более не целовала кавалеров, никого, кто приходил бы к ним домой.
С трудом взяв себя в руки, Шарлотта попыталась заговорить снова.
— Это вышло случайно…
Харриет сделала еще один шаг в ее сторону.
— И если бы Джонатан вас не заметил, вы бы… не остановились.
Шарлотта хотелось провалиться сквозь землю немедленно!
— Мама… — прошептала она, задыхаясь от раскаяния и острой боли.
— Боже, Шарлотта! Я ведь ожидаю гостей! Ты хоть на минуту представляешь, что было бы, если бы вас заметил кто-то посторонний!
Боже, почему земля не могла разверзнуться прямо сейчас?
— Мама… — снова прошептала она, ощущая в глазах жгучую влагу.
Харриет растерянно прижала ладонь ко лбу. Жест, который унаследовала сама Шарлотта.
— Этому есть только одно решение.
Набравшись мужества, Шарлотта подняла голову и посмотрела на мать.
— Забыть и жить дальше?
Забыть, посыпать пеплом и никогда больше не думать об этом. О том, какие у него божественные, горячие, колдовские губы, от прикосновений которых она едва не лишилась разума. Нет, лишилась, если наступили такие печальные последствия.
Харриет резко обернулась к дочери.
— Он заявил, что хочет жениться на тебе.
Шарлотта перестала дышать, потому что даже в страшном сне ей не приснилось бы такое.
— Что? — потрясенно прошептала она, ощутив, как кровь отливает от лица.
Взгляд матери был серьезным и твердым, потому что Шарлотта выглядела так, словно подобное ей даже в голову не приходило.
— Он хочет жениться на тебе, — любезно повторила Харриет.
Голова ее пошла кругом от… Шарлотта даже не знала, что точно испытывает. Облегчение? Радость? Нет, ужас, полнейший и всепоглощающий.
— Он хочет жениться на мне
Глаза матери потемнели.
— Так ты не отрицаешь того, что он целовал тебя?
Это было уже неважно. Господи, это уже не важно, потому что собиралась произойти настоящая катастрофа! Это… это…
— И что ты ответила ему? — спросила Шарлотта, не чувствуя землю под ногами.
Не чувствуя даже сердца, которое минуту назад скакало, как резвое, а сейчас собиралось омертветь.
Харриет нахмурилась.
— Он поступил так, как полагается джентльмену.
Шарлоту охватил беспредельный страх. Она не хотела, чтобы он поступил так, как полагается джентльмену! Будь всё проклято, но Шарлотта не хотела, чтобы он поступил так лишь из соображения совести. Или благородства души. Ей это было совершенно не нужно!
Господи!
— Я не выйду за него! — заявила она побелевшими губами, попятившись назад, будто шарахалась от страшного монстра.
Харриет забеспокоилась, увидев как искажается лицо дочери.
— Это единственный способ спасти твою репутацию.
Шарлотта с трудом сдержала нервный смех.
— Но какая репутация? Меня никто не видел!
— Видел Джонатан, он кричал, а это означает, что все слуги должно быть знают о произошедшем.
— К черту слуг!
— Шарлотта!
Шарлотта снова попятилась, ощущая ужасную головную боль.
О Господи, действительно происходила катастрофа, которую она не могла предотвратить.
— Наше слово против слов слуг! — попыталась она снова. — Никто ничего не докажет.
— Когда по городу расползутся слухи, о доказательствах уже никто не подумает. Или ты будешь ходить от двери до двери и попытаешься объяснить, что это чистая случайность?
О Боже…
Шарлотта отвернулась от матери и спрятала лицо в холодных ладонях, в которых некоторое время назад держала лицо Уильяма, но не могла спрятаться от той реальности, в которую обернула свою жизнь.
— Мама, ведь ничего не было…
Был просто один простой поцелуй… Не простой, услужливо подсказало ей сердце, которое билось почти так же, как в тот момент, когда Уильям обнял ее и коснулся своими губами ее губ. Поцеловал так горячо и неистово, что у нее едва не выпрыгнуло сердце из груди. Так, как она даже не смела представить себе. Так, что она не позабыла собственное имя, мечтая только раствориться в нем.
— И всё же, он приходил к нам домой. Многие это видели. Почти все слышали крики Джонатана. И никто не поверит в то, что ничего не произошло. Боже, Шарлотта, в нашем доме! У тебя еще две сестры, которых нужно выдать замуж. Как думаешь, после произошедшего, кто-то захочет знаться с ними? Захочет знаться с нами, если мы с твоим отцом позволяем в нашем доме такие вольности? От нас не просто отвернутся люди, нас просто забудут…
Шарлотте было так плохо, что она боялась упасть и сломаться.