Его выбор

Носкова Екатерина

— Нет, мой дорогой сын, — сказал он присаживаясь обратно за стол, все еще посмеиваясь. — Скажи мне, Марк, какого цвета ты предпочитаешь свадебный смокинг? Мне кажется тебе подойдет темно-синий.

— Ты хочешь, чтобы я женился на дочке Архипова?

— Ну не мне же брать эту мелкую пигалицу в жены! — воскликнул отец. — К большому сожалению я уже женат на твоей матери.

— Ты наверно забыл, что у меня есть девушка.

— Разве есть? — уже не так весело усмехнулся отец. — Если я не ошибаюсь, вы расстались. Должен сказать, я тебя понимаю. Рано или поздно

нас тянет на экзотику, но это все развлечения. А брак с Архиповой увеличит наш капитал в разы. Да и девушка, вроде, воспитанная. Она будет отличным украшением тебя, когда ты сядешь в это кресло.

Я молча смотрел на отца и понимал, что хватит… Хватит позволять на себе ездить. Хватит позволять использовать себя. А сейчас он пытается использовать еще и дочь влиятельного человека.

— Я знаю, что ты разговаривал с Василисой.

— А это и не секрет, — усмехнулся отец. — Марк, ты должен понимать, что не по статусу тебе девушка. Я понимаю тебя, фигура у Василисы, что надо, но на этом все. Потрахались и разбежались. Ты в нормальное общество, а она пусть сидит с нищебродами.

С каждым словом произнесенным отцом я все больше злился. Стиснул кулаки, так что побелели костяшки. И впервые в жизни мне захотелось ударить родителя.

— Ты ей условия ставил, — постарался, чтобы голос звучал небрежно. — Или мы встречаемся или ты лишаешь меня квартиры, машины и банковских счетов.

— Да, а еще работы, — засмеялся отец. — И она повелась, представляешь! Я думал она не дура. Но видимо официантка это ее максимум в карьере.

Сука, как же я ненавидел в этот момент отца. И себя заодно, что всю жизнь пытался угодить и радовать родителя.

Я встал со стула и достал две связки ключей. Подошел к отцу и по очереди положил перед ним на стол.

— Это от квартиры. Это от машины.

Не говоря больше не слова развернулся и пошел на выход.

— Ах да! Вот еще, — достал кошелек и вытащил три банковские карты, на счетах которых была такая сумма, что можно купить остров. — Это тоже твое.

Когда карточки упали рядом с ключами отец отмер и начал шипеть не хуже гадюки.

— Решил отказаться от денег. И кем ты будешь? Дворником? Да ты ведь тупорылое ничтожество и ничего в этой жизни не сможешь самостоятельно добиться. Ты всю жизнь ел с золотой тарелки и ссал в золотые унитазы. Из-за какой-то телки собрался от семьи отказаться? Отлично! Но только запомни, предателей нигде не любят и не ждут. Выйдешь за дверь и считай себя сиротой.

Я смотрел на злого отца и не понимал зачем я всю жизнь его терпел.

— Неужели она так хорошо сосет, что решил все бабки просрать ради этой давалки?

Сжав руку в кулак я со всей силы ударил отцу в нос. Он упал с кресла, а кровь забрызгала его лицо и белую рубашку. Я не стал подавать ему руку. Хватит с меня.

— С*ка! — прорычал отец. — Если ты сейчас выйдешь за дверь, то можешь забыть о моем существовании.

— Разве до тебя еще не дошло, что свой выбор я уже сделал? — зло усмехнулся, глядя на отца.

Развернулся на пятках и под ругательства отца, уверенно вышел

из кабинета в новую жизнь.

Выйдя в коридор, первым делом направился в свой кабинет. Надо собрать вещи и валить скорее из этого гадюшника. Не хочу лишней секунды здесь оставаться.

Собственно, много собирать не пришлось. Все мое «добро» уместилось в коробку от офисной бумаги.

На такси добрался в квартиру. У консьержа был запасной ключ. И вновь процедура сбора вещей. Пока утрамбовывал свои пожитки, решил позвонить дяде.

Дядя Владислав — родной брат моего отца. Хотя из семьи он поддерживает общение только со мной, дедушкой и не много с матерью. С отцом Влад наотрез отказывается общаться, объясняя это тем, что у них слишком разные взгляды на жизнь. Я же с рождения был его любимым племянником и сейчас мы общаемся скорее, как друзья, чем родственники.

— Влад, привет, — дядя ответил после третьего гудка.

— О, Марк, здорово. Чем обязан? — на заднем фоне был слышен шум голосов и перезвон посуды.

— Слушай тут такое дело… У тебя не найдется местечка приютить бедного родственника?

— Это ты сейчас о ком? — усмехнулся дядя.

— О себе, Влад, о себе… — дядя что-то сказал, потом шум постепенно начал стихать и после хлопка двери наступила тишина.

— Что стряслось? — спросил он напряженно.

— С отцом поругался. Будь другом, пусти на время к себе пожить, а? Пока квартиру не найду.

— Все так серьезно? — тихо спросил дядя, но потом, словно встрепенулся. — Я сейчас на работе, приезжай за ключами. Займешь гостевую. Надеюсь сам вещи сможешь разложить? А вечером я приду с товарищем Джеком, и мы поговорим.

Особенность дяди была в том, что не все могли понять где он шутит, а где он оскорбляет. За это его не любили ровно на столько, сколько уважали.

— Нет, сегодня не смогу. Я вещи кину и мне уехать надо. Возможно на пару дней.

— О как! — усмехнулся Влад. — Ну валяй. Но я все равно требую зрелищ!

Попрощавшись с родственником, я продолжил собирать вещи. Все необходимое уместилось в два чемодана. Дорогие подарки отца не стал брать принципиально.

Отдав ключ, сел в такси и направился к дяде на работу. По дороге попросил Влада вынести мне ключ, не хотел терять время. Потом набрал секретаршу отца и попросил передать ему сообщение «вещи забрал, квартиру освободил, запасной ключ у консьержа». Не хочу с ним разговаривать. Хватит, наговорились уже.

Я всегда терпел, когда он оскорблял или унижал меня. Он всегда делал это так красиво, что только спустя час доходило, что тебя унизили. Когда он так поступал с мамой я вступался за нее. Меня корежило от такого обращения, но и она терпела. Но сегодня он перешел все границы. Я бы молча ушел, после того как говорил гадости в мою сторону, но, когда оскорблять начал Василису я не сдержался и впервые ударил отца. Зная его мстительную натуру, надеюсь, он не припомнит мне этого через годы. Нет, я справлюсь со всем. Но он бывает очень хитрым, и его обида может задеть дорогих мне людей.