Его невеста
Шрифт:
Раньше Стражей было намного больше. Сейчас насчитывалось порядка двух десятков. Они иногда собирались вместе, тренировались, делились новостями. Многие вступали в армию, потому что мирная жизнь для воинов в какой-то момент становилась пресной, неинтересной. Тянуло на ненужные подвиги. На войне дурь вышибалась отлично.
— Я всё же хочу с Наташей…
Федор замолчал. Вторая его сущность активировалась, зверь поднял морду, прислушался.
Алан тоже подался вперед, нахмурившись.
— Что это?.. Прорыв?..
Шли
— Нет, на Прорыв не похоже…
Последние Прорывы были характерны тем, что в данный мир пытались прорваться низшие демоны. Обезличенные, злые, агрессивные, лишенные способности здраво мыслить, главными инстинктами которых были убийства, желание размножаться и потребность пожрать. А ещё — всё крушить на своем пути. Их стихия — это разрушение и кровь. Ими ловко манипулировали.
Низшие демоны подразделялись на виды. Были и другие твари, что оказывались не в том месте и не в то время.
— Тогда что?..
Мужчины поднялись одновременно, спеша к выходу.
Неважно, что это было! Почти не имело значения, кто потревожил Грань! Важно другое — они должны оказаться на месте прорыва.
Алан споткнулся первый. Остановился, словно натолкнулся на невидимую стену.
— Федор… Колебания где-то в твоем районе.
Он уже и сам понял. И следующая мысль опалила грудь: Ната! Она сейчас в квартире! Одна… Без него. Беззащитная. Ранимая.
События трехлетней давности накатили на Федора. Он первым обнаружил Арину. Те, кто охотился на него, постарались.
Его откинуло в прошлое. Тело любимой… поломанное. Мертвое. И сам он почти такой же мертвый. Нет!
Дежавю не случится!
Он не допустит… И волос не упадет с его истинной!
Пришли за ним. Не за кем больше.
Федор запрыгнул в машину и с юзом газанул, едва не задев стоящий рядом автомобиль. В заднее зеркало увидел, как Алан рванул за ним и послал мысленно импульс с благодарностью. От помощи он не откажется!
Он не помнил, как мчался по трассе, нарушая все видимые и невидимые правила. Как подрезал других водителей. Те матерились и сигналили ему вслед. Похеру! Федор должен успеть! Должен!
Уже подъезжая к ЖК, он набрал блокпост и потребовал, чтобы ворота открыли. Охранники не посмели ослушаться, поэтому он пролетел сразу до подъезда. Кости ломало, зверь рвался наружу. И он его выпустит. Обязательно!
Перед глазами мужчины стояла кровавая пелена. Если кто-то хоть пальцем тронет Наташу… Он выпустит зверя. Не волка. Демона.
Высшего.
Одного из пяти сильнейших, что существовали за последнее тысячелетие.
Он его выпускал единожды. И едва смог тогда загнать его назад, подчинить своей воле.
Высший демон сильнее любого другого существа. Вампира, оборотня, некроманта. Кто-то говорит, что они когда-то были десницами богов. Если, конечно,
Тихо…
Федор уперся ладонью в стену лифта.
Что-то в происходящем не вписывалось в его понимание Прорыва.
Тишина.
Да. Она самая.
Было колыхание тонкой грани, разделяющей миры и всё.
Больше никаких телодвижений.
Стражи могли определить радиус, где произошел разрыв. Километры. Клуб, в котором они находились, находился в зоне расположения его дома.
Логично, что пришли к Федору.
Уже в лифте он прислушался в очередной раз.
Новых двуликих не наблюдалось в здании. Демонов тоже не было.
Тогда что?..
Чем выше он поднимался, тем острее тонкой нитью врывалось в его сознание другое.
Боль Наташи.
Настолько сильная, что его девочку корежило и выворачивало наизнанку. Страх, непонимание, обида.
Внутри рвануло, когти вырвались наружу и вспороли стальную обивку лифта. Какого черта он двигается так медленно? Федор рванулся к дверям, ударил по ним. Лифт качнулся. Сила удара была такова, что едва не сорвало тросы.
Ещё… быстрее…
Федор постарался соединиться с Натой. Послать свои эмоции к ней, чтобы она знала: он рядом. Он почти уже с ней! Он поможет… он успеет… он жизнь за неё отдаст! Заберет всю боль себе, излечит её раны, зацелует, вольет свою энергию! Лишь бы успеть… лишь бы ей не причинили ран, не соразмеряемых с жизнью.
Но кто… посмел?!
КТО?
Его разрывало от мысли, что он не сберег Нату. Не сделал всё возможное и невозможное, что огородить её от тех, кто не желал успокаиваться. Напрямую у Домаровского не осталось врагов. Он их всех уничтожил три года назад. К корпорации тоже не имеет претензий, готов передать управление. Тогда кто?.. Всех убьет. Всех порвет.
Сердце заходилось в адовой тревоге. Подослали камикадзе? Но почему он его не чует? Вообще ничего не чует!
Лишь боль Наташи.
Рвущую ту на части, на молекулы.
А ещё… он натолкнулся на невидимую преграду. На барьер, не позволяющий ему соединиться с эмоциями Наты, перетянуть боль на себя.
Как только дверцы начали разъединяться, Федор помог руками. Выскочил и к двери.
Выбил её ногой, перекидываясь на лету.
Ему хватило пары секунд, чтобы оценить ситуацию.
Он замер в воздухе, приземляясь на лапы, пряча одновременно когти и клыки.
— И чего ты тут устроил, демон-волк?
Федор знал себя. Знал свои способности. Он сотни раз воевал в прошлом. В недавнем настоящем тоже приходилось показывать силу. Таков закон двуликих. И людей, кстати, тоже. Многие понимают только силу, убеждения для них пустые звуки. Слова — ничто. Федор привык драться не только зубами и ментальной силой.