Эффект Икара

Сваллоу Джеймс

«Беллтауэр». Мало того что американские налогоплательщики раскошеливались на охрану Скайлер во время ее визита в Вашингтон, она еще потратила немалые деньги на телохранителя из крупнейшей в мире частной военной компании.

На ходу сенатор твердым тоном говорила по мобильному телефону:

— Мне безразлично, чего хочет Фил Мид, Рути. Мне не нравится этот человек и не нравится его политика. Скажи губернатору, что он может отправляться искать поддержку к кому-нибудь другому.

Она с резким щелчком

захлопнула телефон, скупо улыбнулась Анне и забралась в машину.

Келсо села в лимузин последней, после Лейкера, дверца с глухим стуком закрылась, и автомобиль тронулся с места. Ей не нужно было смотреть на дорогу — она знала, что седан уже едет впереди, а внедорожник следует вплотную сзади.

Анна быстро осмотрела салон и встретилась взглядом со Скайлер. Сенатор напомнила школьную учительницу истории — она была плотно сложена, но без лишнего веса, с вытянутым лицом и ястребиным взглядом.

— Редко увидишь в Секретной службе агентов-женщин, — произнесла Скайлер, когда колонна пересекла Кью-стрит и повернула на запад.

— Да, нас немного, — согласилась Анна. — Однако теперь это не мужской клуб, как прежде, мэм.

— Как вас зовут?

— Агент Анна Келсо, сенатор.

Скайлер несколько покровительственно улыбнулась:

— Вас включили в мою команду потому, что я женщина, агент Келсо?

— Нет, мэм, — возразила Анна. — Меня включили в эту команду потому, что я, как и мои коллеги, очень хорошо делаю свою работу.

Ей показалось, что она услышала, как поморщился Райан в другой машине.

Оперативник из «Беллтауэра», который как раз наливал воду, быстро взглянул на нее.

— Очень рада, — ответила Скайлер, принимая у него стакан. — Вам наверняка приходится охранять множество людей, и я очень ценю ваш труд. — Она отпила глоток и наклонилась вперед. — Вы не возражаете, если я задам вам личный вопрос?

Слова женщины на миг выбили Анну из колеи, но она быстро взяла себя в руки:

— Думаю, нет.

Скайлер сделала жест в сторону ее лица:

— Могу я увидеть ваши глаза?

Лейкер взглянул на нее с загадочным выражением, но Анна исполнила просьбу сенатора — сняла очки и посмотрела ей прямо в глаза. На самом деле очки были ей не нужны — кибероптические импланты были полностью защищены от ультрафиолетового излучения и солнечного света, — но очки были такой же частью униформы Секретной службы, как черный пиджак и брюки.

Скайлер наклонилась, внимательно рассматривая Анну.

— Ваши глаза… Оптика фирмы «Каден», верно? Если не ошибаюсь, ваше агентство также требует имплантации некоторых киберсистем связи и увеличения физических возможностей?

Анна представления не имела, куда клонит сенатор.

— Да, мэм.

— И как вы к этому относитесь? — продолжала та. — У меня нет имплантов, и я не прошу своих сотрудников вживлять

их. Как вам нравится то, что правительство ставит подобные условия, принимая вас на работу?

— Не все агенты Секретной службы подвергаются модификации, — произнесла Анна. — Это было бы дискриминацией.

Скайлер откинулась на спинку сиденья:

— Правда? Скажите, скольких оперативных агентов без имплантов вы знаете?

Анна нахмурилась:

— Я не совсем понимаю, что вы хотите этим сказать, сенатор.

Но на самом деле она прекрасно понимала.

— Вы знаете, зачем я приехала, верно? — продолжала женщина. — Президент попросил меня председательствовать в сенатском подкомитете, объединенном с Национальным научным советом. Дело касается вовлечения Америки в научные разработки и производство технологий модификации человека. Именно из-за этого я стала мишенью некоторых преступных группировок.

Во время инструктажа им все это разъяснили. Скайлер занимала твердую пронаучную позицию по вопросу о контрабанде технологий; в Южной Калифорнии были проведены карательные операции против «жнецов», как пресса окрестила этот вид преступников. Это был современный эквивалент древних страшилок о людях, просыпавшихся утром в ванне со льдом без одной почки. Только сейчас жертвами становились злосчастные владельцы кибернетических имплантов для модификации; их убивали, устройства извлекали из тел. В США импланты стоили безумно дорого, и обычным людям они были не по карману; торговля так называемым вторичным кибероборудованием быстро становилась основным источником дохода триад и их соперников — сразу после торговли людьми и наркотиками. Родной штат Скайлер служил воротами в США для китайских контрабандистов из Пекина, Шанхая и Гонконга.

А что касается всего прочего… что ж, Анна смотрела передачи Си-эн-эн и «Пик уорлд вью», как и все остальные. Люди всегда искали причины для раздоров, и различие между «модифицированными» и «обычными» было аналогично разделению по расе, религии, полу…

Скайлер продолжала, и в голосе ее слышались менторские нотки:

— Моя работа заключается в том, чтобы определить, какую позицию следует занять Америке по отношению к модификации, и выяснить, принесет ли эта новая технология прибыль нашей экономике.

Машина замедлила ход — они приближались к мосту Буффало-Бридж.

— Вы хотите узнать мое мнение об этом, мэм? — спросила Анна.

Эти слова, казалось, позабавили сенатора.

— Нет, агент Келсо. Но дело в том, что человек, с которым я встречаюсь за ланчем, руководит компанией, наделившей вас этими прекрасными глазами. Гарретт Дански, исполнительный директор «Каден Глобал». Скажите, они хорошо поработали?

Анна подавила желание снова надеть темные очки.

— Мне кажется, да.