Ее Валентинов день
Шрифт:
— Разве ты не можешь заставить ос замолчать?! — рявкнул он из спальни. — Я должен поспать! Знаешь ли, утром мне надо на работу!
– Сейчас-сейчас, одну минуточку!
— Кэрри, если ты не заставишь этого ребенка замолчать, я уйду. Я не могу так жить.
— Брайан, дай мне минуту...
Из спальни донесся грохот: Брайан запустил лампой в стену.
Кэрри отогнала от себя это воспоминание. Она взглянула в лицо Максу.
— Ты оставила его одного, —
Кэрри глубоко вздохнула и собралась с силами.
– Макс, послушай меня внимательно. Когда я пошла принять душ, ребенок спал. Он остался один всего на несколько минут.
Кэрри с серьезным видом смотрела ему в лицо. Наверняка он разумный человек и должен это понять.
Но, может быть, она ошибается и Макс такой же, как Брайан? У нее упало сердце. Что тогда делать, если так оно и есть?
– Макс, дети часто плачут. Конечно, их нельзя оставлять в одиночестве на протяжении нескольких часов, но иногда это происходит.
Она с облегчением видела, как его взгляд постепенно теплеет. Макс посмотрел на ребенка и, слегка смутившись, провел рукой по своим волосам, потом посмотрел на Кэрри.
– Извини, — отрывисто произнес он. — Конечно, ты права. Просто я вошел и услышал его плач, а тебя не было.
Охватившее ее чувство облегчения переросло в нежность. Ей захотелось прикоснуться к Максу, погладить его по щеке. Вместо этого она спросила:
– Почему тебя так сильно беспокоит детский плач?
Макс замер. Судя по всему, вопрос слегка ошарашил его.
– Наверное, из-за опасения: вдруг что-нибудь случится, а я не сумею это исправить, — наконец признался он.
Слава богу, что все ее опасения оказались напрасны. Он все-таки не похож на Брайана.
– Хороший ответ, — прошептала она. — То есть это не означает, что шум доводит тебя до безумия?
– Ну, я не могу сказать, что люблю шум, — усмехнулся он. — Но, по-моему, до безумия — это было бы уже чересчур.
– Хорошо.
Она в порыве радости обняла его одной рукой, прижимая другой к себе Джейми. А потом зашагала с малышом в гостиную. Макс пошел следом.
– Что там? — воскликнула она, обводя взглядом пакеты и коробки.
– Подарки для моей мамы. Подарки для слуг в доме моей мамы в Венеции. Подарки для всех, кто у меня работает. — Он покачал головой, в замешательстве глядя на нее. — Черт возьми, почему женщины так любят подарки?
Она пожала плечами и усмехнулась:
– Однако это ведь ты их покупаешь.
– Меня заставила Си Джей.
– Конечно. — Кэрри фыркнула. Он искоса бросил на нее взгляд.
–
– Спасибо, но это лишнее. Достаточно того, что я нахожусь здесь и забочусь о Джейми.
– Мне все время хотелось вернуться сюда, к тебе, — мягко произнес он.
Она закатила глаза:
– О да, ну конечно.
– Нет, действительно. Ты этому не веришь?
Кэрри снова посмотрела на него и почувствовала, что краснеет. Да, она этому и верила, и не верила. Но его искренний, открытый взгляд говорил, что это правда, и зажигал в ней радость жизни. Как и тот сегодняшний утренний поцелуй... При воспоминании об этом из ее груди вырвался тихий вздох. Судя по его глазам, Макс ищет повод, чтобы повторить это.
– Макс, мы должны поговорить.
– О том, чтобы мы не увлеклись друг другом?
– догадался он, словно только что думал об этом.
– Вот именно. — Кэрри покачала головой. — Особенно если ты собираешься жениться на Си Джей.
– Жениться на Си Джей... — Он тяжело опустился на диван и застонал, обхватив голову руками. — Это будет не так легко, как казалось раньше.
– Кажется, она не очень тебе нравится.
– Ты ведь это понимаешь, правда? — Он взглянул на Кэрри из-под прядей блестящих черных волос, падавших на глаза. Ей немедленно захотелось коснуться их рукой. — Было бы нечестно сказать, что она мне не нравится. С ней все в порядке. Любой мужчина от нее был бы без ума. — Внезапно он фыркнул от смеха. — Например, Рэнди.
Она с улыбкой кивнула.
– Кажется, он очень увлекся ею.
– О да. И не сводит с нее глаз.
– Тогда пусть он женится на ней! — Кэрри щелкнула пальцами, подытожив сказанное.
– Хорошая идея. Но есть одна проблема: тогда не будет ранчо.
Она уселась рядом с ним на диван и, положив ноги на низкий столик, посадил на колени Джейми. Ребенок засмеялся, глядя на Макса и Кэрри, и они с ним поиграли. Потом она повернулась к Максу:
– Ты всерьез подумываешь жениться на ней только ради этого ранчо?
— Да, всерьез.
Она не ожидала ощутить это: когда сердце словно пронзает ножом. Убежденность Кэрри в том, что для нее это ничего не значит, оказалась плохим щитом от непрошеных чувств.
— Почему?
Он посмотрел на нее ясными и полными решимости глазами.
— Ради моей мамы.
— Это она говорит тебе, на ком жениться?
— Нет. — Он покачал головой. — Ты не понимаешь.
Она пожала плечами.
— Вот именно.
– Хорошо. Я попытаюсь объяснить.