Ее самое горячее лето

Блейк Элли

– Нет, – ответила она более сурово, чем хотела. Но Эйвери – это Шоу. А обладатели фамилии Шоу никогда не сдаются. Взять хоть ее мать! И Эйвери лишь улыбнулась. – У меня встреча. Сегодня вечером. Интересный междусобойчик. – Может, и правда наклюнется что-то занятное.

– Отлично. – Он улыбнулся. – Увидимся еще. – И он наклеил на лицо приветливую улыбку. Эйвери и бровью не повела. В ее душе правда ничего не шелохнулось.

Она позволила ему чмокнуть себя в щеку и неожиданно дружески похлопала по руке. После этого

он удалился, как всегда, деловитой походкой. В отличие от Джоны, вокруг которого, даже если он куда-то спешил, царила атмосфера неспешности и безалаберности.

Эйвери вздохнула, ей не хотелось забивать себе голову такими мыслями. Она огляделась и поймала взгляд юной Айсис за стойкой регистрации. Девушка вопросительно подняла брови.

Если бы она знала все! – подумалось Эйвери. Однако юная особа лишь зевнула. А Эйвери поднялась к себе в номер, легла в кровать и впервые с детских лет провалилась в сладкий безмятежный сон. После несостоявшегося свидания с одним мужчиной и остальных перипетий прошедшего дня силы ее иссякли. Однако ее губы помнили поцелуй другого мужчины.

Глава 6

Джона сидел в небольшом баре, в который редко заглядывали туристы, возможно, потому, что его не окружали пальмы и там не звучала музыка «Бич бойз». В Сиднее он неплохо выучился самобичеванию, а теперь ждал, что к нему присоединится Люк.

– Спасибо, что составил компанию Эйвери и пообедал с ней, – заметил Люк.

Джона не ответил и лишь отхлебнул пива.

С запотевшей бутылкой в руке, Люк добавил:

– Наткнулся на нее в холле отеля, после того как сбежал от Клаудии. Мы готовили презентацию, а она почему-то никак не подружится с «Пауэр Пойнт». – Он посмотрел на Джону. – Ну как обед?

– Стейки у них отличные, – прогудел Джона и выпил еще пива.

– Да, слышал.

В последнее время они встречались раз в два года.

Но после многих лет знакомства Джона видел Люка насквозь. Черт возьми.

Джона невозмутимо рассматривал бутылки на стеллаже бара. Люк повернулся в кресле, чтобы лучше увидеть приятеля. Одновременно он бегал большим пальцем по дисплею своего смартфона и наконец сказал:

– Вообще-то у нас есть план поужинать вместе. У меня и Эйвери.

Джона сжал свою бутылку и не мог сдержать саркастической усмешки. Он поймал взгляд Люка и махнул ему рукой:

– Собираешься с ней поужинать? Правда?

Люк отложил телефон в сторону, и его лицо расплылось в улыбке:

– А почему нет?

– Вроде однажды уже собирался.

Улыбка Люка погасла.

– Ничего подобного. Она сказала, что будет обедать в Панч-отеле. И если я вдруг буду где-то рядом, могу присоединиться.

– Ну, ты даешь, Люк. Не валяй дурака. Она полагала, что это свидание.

– Да какое свидание? С чего ты взял?

Когда только успел его старый друг превратиться из весельчака и проказника

в убогого трудоголика, с утра до вечера насилующего свой телефон? Наверное, после того, как от него ушла жена и оставила его с носом.

Люк несколько секунд взирал на Джону, а потом откинулся назад в своем кресле:

– А вечер был бы славный. У нее такие ножки!

И улыбка. А выговор? Он всегда меня с ума сводит.

Джона крепился изо всех сил, хотя внутри кипел от негодования. Судя по всему, Люк это заметил, потому что он вдруг по-актерски громко рассмеялся.

Направив бутылку с пивом на Джону, Люк сказал:

– Значит, ты и мисс Манхэттен, да?

– Никакой мисс Манхэттен, и ничего у меня с ней нет.

Люк оскалился как акула и передразнил его:

– Ну, ты даешь, Джона. Не валяй дурака.

Джона сжал пальцами бутылку с пивом и вперился взглядом в пузырьки.

– Насчет ножек вполне с тобой согласен. И улыбки. И выговора. – И глаз. Он не мог забыть эти ее глаза, когда их взгляды встречались. Они потемнели от удовольствия, когда он выпустил ее из своих объятий. – Но она – мой самый страшный кошмар.

Люк недоверчиво вскинул брови:

– По наблюдениям Клаудии, она не бедствует. Может, большие алименты.

– Не в этом дело. Она… – Великолепная, сексуальная. Горожанка, стреляная птица, но в чем-то наивная. Вполне могла бы свести его с ума, если бы захотела. – Берет за душу.

Люк призадумался:

– Ну вот, все эти ее ножки и денежки и дают результат.

Джона чокнулся бутылкой пива с Люком.

– Я разок уже обжегся, – продолжил Джона. – И не хочу повторять свои ошибки, когда что-то такое предчувствую.

– То есть когда попался на крючок?

– Да, но пока, мне кажется… нет.

– Значит, тебе повезло. Потому что если ей кто-то нужен, так это я.

При этих его словах Джона встрепенулся и вышел из задумчивости. Он откинулся в кресле и улыбнулся:

– Не настолько, насколько ей самой представляется.

– Думаешь, моего шарма может и не хватить?

– Просто она… сейчас меняется.

Люк расхохотался на весь бар. Подался вперед.

Делано прислушался. К счастью, смотрел без намека на ревность.

– Я не в курсе последних событий. Выходит, «отличный стейк» означает нечто большее, чем просто жаркое?

– Успокойся. Стейк – это стейк.

– Но что-то ведь произошло?

Джона не ответил, а Люк стукнул ладонью по столу так, что бутылки с пивом подскочили:

– Джона Норт – опора и гордость Лунной бухты – пообедал с девушкой, которая пришла на свидание со мной и которая является его самым страшным кошмаром. Ты нацелился на нее до или после того, как она предложила мне с ней пообедать?

Джона скривился, у него все поплыло перед глазами.