Ее демон
Шрифт:
И это не могло не остаться незамеченным для самого объекта эмоционального игнорирования: Кассиан был слишком внимателен, слишком проницателен и умен, чтобы не заметить изменения в отношении к нему принцессы уже после второй встречи на следующий день. Вежливая улыбка и доброжелательный взгляд не могли его обмануть, и он почувствовал тот холодок, которым Анна пыталась окутать свое сердечко. И он даже догадывался о причинах, потому быстро избавился от некоторой растерянности и непонимания по этому поводу. Но вопрос что с этим делать, оставался открытым: сам принц не желал держать себя в узде и как-то контролировать то, что просыпалось в нем рядом с невестой. Уже с первой встречи с ней, тогда, на Улице Роз, когда он поймал
– Что ты задумал? – провожая взглядом на пару с другом выходящую из столовой Анну, спросил Данис.
– А то ты не знаешь, что значит этот взгляд, - хмыкнул понимающе Хишам, закатив свои розовые глаза. – Наш принц вышел на охоту.
– Она и так твоя, незачем ее добиваться. Ты можешь просто взять, - хмыкнул Джай.
– Не ее, - покачал головой Кассиан, возвращая свое внимание друзьям, когда за Анной и ее друзьями закрылась дверь. – Я не могу обращаться с ней так же, как с прочими. Она особенная. И не только потому, что принцесса, леди и моя невеста.
– Ты слишком увлекся, - хмыкнул Раф, качая головой и насмешливо глядя на друга. – Не боишься влюбиться?
– Вряд ли, - покачал головой Кассиан.
Так же как и брат, он полагал, что едва ли станет одной из тех единиц демонов, что познают любовь. Да и не желал он подобной слабости: пример отца многое ему показал и дал понять. Кассиан мог быть нежным, заботливым и внимательным, и он будет таким к своей нареченной, и не будет даже стараться – Анна будила к себе в нем именно такие эмоции и желания. Но любить – юноша очень сомневался, что сможет и тем более захочет. Да и зачем ему любовь? Что она ему даст? Ничего. Лишь заберет – его волю, его силу, его непреклонность и рассудительность. Он знал тех, кто любил, и как по нему – так это жалкое зрелище: подобострастие в глазах, мягкотелость, вечно мечтательный взгляд и глупая улыбка на губах. Кассиан не желал пробовать все это. Он любил наслаждаться иным: страстью, огнем, желанием. Нежность была ему присуща, ласковость так же, но очень редко.
– Что будешь делать? – спросил Данис.
– Ничего, - хмыкнул спокойно Кассиан. – Пока ничего, - и его взгляд красноречиво и вызывающе вперился в темные глаза девушки чуть в стороне. – За меня все сделают другие.
Лиа с радостью ответила на его взгляд, которым принц одарил ее, совершенно не скрываясь и не стесняясь. На ее губах расцвела довольная улыбка, вызывающая и гордая, полная превосходства. Собственная мнимая значимость затмила банальное внимание: не смотрел принц так же, как прежде, не было огня в его глазах, всего лишь желание воспользоваться ею в своих целях, которое она приняла за простое желание.
– Едва ли «Леди Анна» опустится до ревности, - фыркнул Хишам.
– Мне не нужна ее ревность, - хитро хмыкнул Кассиан.
Он нисколько не собирался играть на чувствах Анны, не собирался на ней оттачивать свои приемы и навыки обольщения. Но
***
В некоторой растерянности Анна замерла посреди двора, так же как и ее друзья рядом. Лео нахмуренно смотрел на картину перед собой, Анна растерянно, а вот Хитана как-то задумчиво и подозрительно.
На виду, не скрываясь от сотен взглядов, на крыльце Академии стояли Кассиан и Лиа. Мило улыбаясь, брюнетка касалась рук и плеч принца, кокетливо заглядывая ему в глаза. Так и вилась вокруг него. На губах самого демон был намек на улыбку. Он едва ли пытался прекратить эти прикосновения, едва ли собирался уходить, спокойно беседуя с одной из своих пассий. Как ни в чем ни бывало слушал ее и смеялся вместе с ней.
Краем глаза Лиа увидела застывшую невдалеке Анну, которая растерянно смотрела на них. Победным блеском сверкнули ее глаза, и она в очередной раз вылила на принца все свое обаяние и кокетство. И нагло, не скрываясь и не прячась, потянулась к его губам, вставая на носочки. На мгновение Анна встретилась с синими глазами, когда Кассиан повернул голову в ее сторону. И столько там было злости и гнева, столько ярости, что на миг перехватило дыхание. А в следующую минуту Анна бросилась в их сторону, в панике выронив свою сумку и учебники, что держала, когда рука принца безжалостно сжалась на тонком горле тянущейся к нему в поцелуе Лии.
Непонимание зажглось в глазах всех тех, кто наблюдал эту картину. И лишь Анна, Кассиан и Лиа, которой принц угрожающе что-то шептал на ухо, пока она задыхалась в его руках, отчаянно царапая его запястье, понимали причину этого гнева и ярости.
– Кассиан! – вскрикнула Анна, оказавшись за спиной демона, впервые невольно назвав его по имени. – Отпусти ее! Прошу тебя!! – голос был полон отчаяния, и она умоляюще смотрела в глаза жениха.
– Нет, - спокойно ответил юноша ледяным тоном, бросив на нее короткий взгляд и снова возвращая всю его безжалостность уже покрасневшему лицу бывшей своей фаворитки. – Она ответит за то, что пыталась сделать с тобой. За то, что намеревалась причинить тебе вред и боль.
– Кассиан, прошу тебя, не нужно! – продолжала умолять Анна, мягко коснувшись его руки, пытаясь привлечь к себе внимание, отвлечь его от той злобы, что плескалась в алых глазах. – Я не хочу этого!
– Хочу я. Этого довольно, - сильнее сжимая руку, вырывая хрипы из горла своей жертвы, которая уже теряла сознание, ответил принц.
Вокруг слышался удивленный и пораженный шепот и крики, но едва ли кто-то посмел вмешаться и что-то сделать: никто не желал злить принца еще больше, ведь каждый знал, каков он в ярости, что его невозможно остановить и уговорить, образумить. И лишь Анна продолжала попытки остановить ярость жениха. В ней не было злости к Лие, не было желания отплатить ей за то, что та сделала и на что толкнула ее.
– Кассиан! – в отчаянии шептала принцесса. – Ради меня – отпусти ее! – ее глаза, полные слез, со страхом смотрели в синие, с мольбой и просьбой.
– Она разве стоит твоих слез? – прищурившись, спросил Кассиан. – Разве достойна твоего прощения?
– Мне все равно! Отпусти ее, - прошептала Анна, все еще отчаянно цепляясь за его руку, которой он держал Лию.
– Я отпущу, - вдруг жестко хмыкнул принц. – Но что взамен?
Девушка в полной растерянности смотрела на него, не понимая, что он просит и о чем говорит. Все, что ею сейчас владело, это паника и ужас, страх того, что Кассиан сделает с той, что посмела покуситься на честь и жизнь его невесты. И она готова была пообещать все, что он попросит, лишь бы прекратить этот ужас.