Её ангел-хранитель
Шрифт:
— Как бы то ни было, — пробормотала она, — от неё не исходят злые вибрации. Но интересно узнать, что она скрывает.
Деклан не употребил бы слово «интересно», скорее «тревожно», но не важно. Не было никакого смысла переживать из-за этого. Пока что. Для этого будет завтра.
Сегодня он утешиться Сюзанной. И необязательно заниматься сексом. Да, ему очень хотелось, но он был бы счастлив просто лежать с ней. Проснуться рядом и обниматься, целоваться и ласкать друг друга, как любовники. Всё это для него в новинку. Ни секс, ни факт, что Сюзанна ангел. Хотя
Дек уложил Сюзанну на кровать, но прежде чем лечь рядом, извинился и ушёл почистить зубы. Вернувшись в спальню, он едва не проглотил язык. Сюзанна полулежала на одеяле в коротенькой, прозрачной голубой ночнушке, которая почти не оставляла места воображению.
— Пока ты был в ванной, я сбегала в свою комнату, почистила зубы и переоделась. — Она играла с кружевным вырезом, гладя пальцами кремовую кожу над грудью. Грудь, которую он собирался облизать примерно через две секунды. — О, и тебе, возможно, будет интересно узнать, что Мемитимы не плодовиты, пока не Вознесутся. — Озорная улыбка приподняла уголки ей губ. — Значит, презервативы нам не нужны.
Да, чёрт возьми.
Он разделся за рекордный срок, мужское эго наслаждалось тем, как Сюзанна наблюдала за ним с голодом в глазах цвета мокко. Когда он забрался на кровать, она застенчиво ему улыбнулась и раскинула руки в приглашении — идеальный образ ангела и искусительницы.
— Уверена? — Он замер, нависая над её ногами и не желая двигаться дальше, если ей нужно время.
— Мне три четверти века, Деклан. Кажется, я уже знаю, чего хочу.
Он скользнул рукой вверх по её бедру, прерывисто дыша.
— Действительно?
На этот раз она заговорила уже не так уверенно и с большим придыханием.
— Конечно.
— Тогда, скажи. Я сделаю всё, что пожелаешь.
Она скептично выгнула бровь.
— Всё, что угодно?
— Всё, что вообразишь, Сюзанна.
Дек рассчитывал, что у неё будет не слишком богатое воображение в сексе, отчасти потому, что планировал добавить образов к воображению, а отчасти потому, что существовали границы, которые он не хотел пересекать. Но к граням подойти мог.
Она округлила глаза и покраснела. Он так и думал, но не был готов отпустить это. Если она хочет узнать о сексе, должна научиться произносить желания. Сейчас Сюзанна котёнок, но мужской инстинкт подсказывал, что она станет тигрицей, как только обретёт голос. Он хотел эту тигрицу и услышал, как зарычал, скользя рукой вверх по бедру, пока кончики пальцев не коснулись трусиков.
— Ну? — подначивал он. — Может, ты хочешь, чтобы я подразнил твои соски? Подвинувшись, он обхватил через ткань её грудь и обвёл сосок большим пальцем. Сюзанна охнула через слегка приоткрытые губы, и это подстегнуло Дека. Ей нравились грязные разговоры и поддразнивания. Хорошо, потому что ему тоже. — Хочешь, чтобы я втянул его в рот?
— Да, — прохрипела она
— Попроси.
Она шокировала его, подавшись вперёд и смело сказав:
— Я хочу, чтобы ты прижался губами к моей груди. — Затем чертовка исчезла с тихим
Ладно, они поработают над тем, как быть тигрицей. Позже.
Он нетерпеливо наклонился к её груди и сжал сосок зубами, заставляя Сюзанну поёжиться, а затем облизал, смачивая материал, натянутый на ареолу. Ему хотелось прогрызть ночнушку насквозь и глубоко втянуть сосок в рот, но это на другой раз.
Ещё так много нужно показать Сюзанне.
— О, Деклан, — выдохнула она, выгибаясь и поглаживая его плечи и спину. Она нащупала линии татуировки, и мгновенные вспышки удовольствия пронзили пах. Чёрт бы побрал этот эротический эффект. Вероятно, Дек действительно сможет кончить от её прикосновения.
— Как приятно, — прошептал он у её груди.
— М-м-м. И это тоже.
Он нежно подул на влажную ткань, наслаждаясь тем, как от контраста температур её пик сжался. Он смотрел на лицо Сюзанны, перекатывая бугорок между пальцами, и удивление в её глазах сводило с ума. Было ясно, что она не очень хорошо знает своё тело и как оно реагирует на чужие прикосновения. Деклан так хотел, чтобы именно он показывал ей это. Каждый дюйм её тела будет знать лишь его ласку.
— Что дальше, ангел? Хочешь, чтобы я тебя поцеловал? Проложил дорожку поцелуев по животу?
Она кивнула.
— Да, пожалуйста.
Дек чуть не рассмеялся. Она такая вежливая, хотя он собирался сделать с ней далеко не вежливо. Задрав ночнушку, чтобы обнажить идеальный плоский живот, он процеловал дорожку от груди до пупка. Сюзанна задрожала, когда он провёл языком, и его яйца поджались, отяжелели и заболели. Если Дек не войдёт в неё в ближайшее время, начнёт болеть всё.
Он опустился ниже, раздвигая ноги.
Внезапно, она резко выпрямилась.
— Подожди.
— В чём дело?
— Ни в чём. Просто я хочу… сделать это с тобой.
Он был чертовски возбуждён, а она схватила его за плечи и потянула на себя так, что он оседлал её, упёршись коленями ей подмышки, а его длина оказалась у рта. Деклан ожидал, что Сюзанна будет стесняться, но нет, его ангел без колебаний взяла его в рот до основания.
— Твою мать, — выдавил он, когда она начала втягивать его в горячий, влажный и идеальный рот. Задевая зубами, она не давала скользнуть в горло. Идеально.
Языком она обвела головку, а затем лизнула весь ствол, а когда рукой сжала яички, Деклан рефлекторно дёрнулся, а она стала ласкать активнее. Тогда-то он и решил, что Сюзанна не ангел, а жестокий суккуб, который собирался заставить его кончить ещё до начала самого акта.
— Так, — сказал он, вырываясь из горячих глубин её рта. — Теперь твоя очередь. — Он снова опустился по её телу, целуя распухшие губы. — Хочешь, чтобы я прижался ртом к твоей сердцевине. А языком проникнуть глубоко внутрь твоего лона, слизывая каждую каплю возбуждения? — Он раздвинул складки и вошёл в неё одним пальцем. — Или этого? — Он водил пальцем туда-сюда, размазывая сок по ногам. Она готова к нему. Передвинувшись, он убрал палец и заменил его головкой члена. — Или вот это?