Единство

Чопяк Алексей

Эту атаку на РОВ Громов задумал ещё весной. И готовил он её старательно. Малейшая оплошность могла обернуться не только гибелью «Гайдуков», но и непоправимым уроном для тех, кто ещё продолжал сражаться против наступающего Клуба Единства. Ведь «Гайдуки» сейчас были самой боеспособной организацией российского Сопротивления. Здесь полагались не только на верность освободительным идеям и на энтузиазм. Не меньшее значение придавали профессионализму членов организации. Костяк «Гайдуков»

составляли военные, умеющие и сражаться, и ложиться на дно, когда это необходимо. Таким вещам не научишь на собраниях или митингах «антишизов». И только такой подход – «нападай, прячься, держись в тени» – позволял «Гайдукам» выживать.

Но организация Сопротивления не может только прятаться. Она должна громить врагов и наводить на них страх. Та акция с микроавтобусом была довольно продуктивной. «Гайдуки» уничтожили сразу нескольких старших Восприимчивых, а из диверсионной группы, отправленной на задание, никто не был ни убит, ни ранен, ни захвачен в плен. Никто даже не попал под подозрение. Пришлось, правда, убрать одного из информаторов, который мог угодить в лапы врага. Но «Гайдуки» решили, что такая участь ненамного хуже той, что ожидала бы его в случае ареста. К тому же риск разоблачения был слишком велик.

И позже Казаков убедился в необходимости этой меры. Сразу после расправы с европейцами Скряга начал наводить порядок. Организаторов нападения искали умело и тщательно, без показухи. Потом был разгром Тимирязевского Клуба. Так, мало-помалу, дело дошло и до тридцатилетия МОВ. Казалось бы, прекрасный повод преподнести Клубу подарок. Но силы безопасности в тот момент свирепствовали так, что и носа нельзя было высунуть. Единственным серьёзным успехом за лето была ликвидация Шикунова.

И вот теперь, невзирая на большой риск, Громов решился на новую акцию, на сей раз куда более громкую. «Гайдуки» тщательно изучили подходы к месту её проведения, отыскали выгодные позиции, выяснили расположение камер вокруг этого места и убедились в отсутствии постоянного контроля за ним со стороны РОВ.

Этот район был довольно старым. Ни у Рахимова, ни у марионеток Клуба Единства так и не дошли руки до того, чтобы как следует оснастить его наблюдательными камерами. Даже на входе в Главный Ботанический Сад, которым всегда пользовались Восприимчивые, камеры отсутствовали. Это и позволило «гайдукам» незаметно снарядить урну накануне приезда «гостей». Действовать пришлось быстро, но делать это заранее и оставлять снаряженную ёмкость надолго было нельзя. Кто-нибудь из работников Сада мог случайно наткнуться на лежащий в ней «хлам». Но, что хуже, в Ботсад регулярно приезжали мусорщики и очищали урны. А вот одну ночь сосуд вполне мог простоять.

Непосредственным

исполнителем был Казаков. Он сам настоял на этом. Поначалу Громов не хотел рисковать своим заместителем по диверсионной части, но потом всё же согласился. Из всех бойцов офицер спецназа был самым опытным. Ему уже не раз приходилось проводить подрывы, и Громов не сомневался, что Казаков сделает это в наилучший момент. Да и потом, когда выполнение задания зависело от него, всё, как правило, удавалось на раз. Наверное, ему покровительствовал сам Перун.

От использования мини-роботов для наблюдения и передачи сигнала «Гайдуки» отказались с самого начала. Эти юркие и малозаметные роботы конструировались как раз для разведывательных и диверсионных операций, но на такой случай у Восприимчивых имелись мощные детекторы для их обнаружения. Кроме того, сразу после акции РОВ и РСБ должны были поднять в воздух летательные аппараты. А они также снабжены детекторами. Мини-робот невелик, и чтобы добраться до точки эвакуации ему требуется время. И если его засекут, то смогут выйти и на хозяев. Отправлять мини-робота «в один конец» Громов с Казаковым тоже не хотели – таких «девайсов» у них было не так уж и много. Да и ни к чему, чтобы в СБ РОВ знали об уровне технической оснащённости «Гайдуков».

Так что теперь Виталий Казаков, старший инструктор по рукопашному бою компании «Щит», находился у окна на техническом уровне одной ничем не примечательной многоэтажки. Отсюда был отчётливо виден вход в Главный Ботанический Сад. За оградой, наверное, ещё более старой, чем Российская Республика, высились стеклянные громады оранжерей, в которых росли экзотические кусты, вьющиеся лианы и даже деревья. Почему-то эти оранжереи стойко ассоциировались у капитана с кеодлонскими колониями, которые «шизы» упорно высаживают у своих объектов.

Впрочем, Казаков ненавидел не столько сам Феномен Восприятия, сколько Учение Единства, потому что оно затягивало всё больше и больше людей, превращая их в послушных кукол. А стояли за всем за этим раклэны. Сначала они обратили в Восприимчивых нужных им людей – политиков, силовиков, бизнесменов, а также их потомков. Что говорить, если сейчас практически в каждой семье толстосумов есть «шизы». С их-то помощью раклэны и развернулись. Десятилетиями проводили свои эксперименты и вот, пожалуйста. Рождаемость Восприимчивых увеличивается с каждым годом. И лишь немногие жертвы этого феномена могут побороть в себе желание воспользоваться Восприятием. Другие же толпами валят в школы Единства. Клуб прекрасно знает, на каких чувствах следует играть, как знали это и его предшественники, ещё до Всемирного Хаоса.

Конец ознакомительного фрагмента.