Единственный

Вернон Меган

— Я ничего о тебе не думаю.

— Пожалуйста, я не дурак. Просмотр моих тату, демонстрация кольца в пупке, и даже этот сексуальный наряд. Все сводилось к тому, что мы пообжимались на диване.

У меня отвисла челюсть, рот широко раскрылся.

— Я не собиралась приглашать тебя сюда, чтобы мы могли пошалить. Как ты мог подумать такое обо мне? — Ладно, может, я и ожидала, что если он придет, то будет целоваться, но я не всегда училась с парнями только для того, чтобы целоваться. Я училась со многими парнями. Ладно, может, только с несколькими. Но Джону не

нужно было этого знать.

Он положил руки мне на поясницу.

— Это здорово, что ты не можешь устоять передо мной. На самом деле это чертовски круто, но я не хочу постоянно залезать к тебе в штаны.

— Тогда чего же ты хочешь? — Я наклонила голову.

Он пожал плечами.

— Даже не знаю. Когда я увидел тебя в классе на днях, я просто подумал, что хочу поболтать с тобой. Хочу проводить с тобой больше времени.

— И почему же? — Я давила. Я не была уверена, что хочу знать ответ, но мое любопытство победило.

— Как бы мне ни хотелось отнести тебя на эту красивую кровать или прижать к этой прекрасной книжной полке, я знаю, что Моника и Трей оторвут мне яйца, если я сделаю что-нибудь, что причинить тебе боль.

— Может быть, Моника и Трей не знают меня так хорошо, как они думают. Может, я просто пригласила тебя сюда для секса.

Он очень целомудренно поцеловал меня в подбородок.

— Девушка, которая смогла узнать тату «Дары Смерти» не из тех, кто нервничает и унывает. — Он взглянул на часы, висевшие над моим телевизором. — И мне, наверное, пора идти, если мы собираемся продолжать в том же духе.

— Что? — Я не смогла сдержать шок в своем голосе.

Джон схватил свою футболку с пола, и я медленно соскользнула с него, пока он натягивал ее через голову.

— Как бы мне ни хотелось остаться и посмотреть, к чему это приведет, думаю, будет лучше, если я уйду.

Я был ошеломлена. Я даже не могла придумать, что сказать. Я не ожидала, что он действительно останется и поможет мне учиться, но я не думала, что он просто встанет и уйдет.

Он встал, поправляя одежду.

— Тебе лучше заняться статьей. — Он наклонился и быстро поцеловал меня в щеку. — Увидимся завтра на занятиях.

С этими словами он сделал несколько шагов к моей входной двери и вышел. Оставив меня с открытым ртом и непониманием происходящего.

Глава 5

В конечном итоге, я вернулась к работе над статьей. Точнее пыталась. Каждый раз, когда я пыталась что-то напечатать, я набирала одно слово, которое заставляло меня думать о Джоне. Вероятно, потому что ребят, которые знали о Меннонитах было не так много, а Джон был одним из них. Я не могла представить себе, как какой-то парень пересек Миссури на лошади и в коляске, когда Джон, с которым я только что была, зажег меня, как фейерверк на четвертое июля.

На следующий день в классе я не сделала ни одной заметки, потому что просто смотрела на то место, где была татуировка Джона «Дары Смерти». Мне было очень трудно сосредоточиться, когда за двенадцать часов

до этого парень был подо мной, и я полностью видела все эти татуировки. Он тоже не упоминал ничего из того, что произошло накануне вечером. Он был безразличен ко всему этому, что не было похоже на парня, с которым я разговаривала всего неделю назад, который извергал сексуальные намеки направо и налево. Внезапно он стал уважительным. Сдерживал себя. Я его выключила или он что-то имел в виду, когда сказал, что я не из тех девушек, которых трахают и бросают?

Я хотела поговорить с кем-нибудь об этом, но у меня никого не было. Я могла бы позвонить Монике, но она, похоже, не слишком радовалась, что я вообще разговаривала с ним на той вечеринке. Кто знает, что она подумает, на мое приглашение к себе домой.

Утро в кафе всегда было лучшим временем для работы. Обычно оно было мертвое, и я могла работать над домашним заданием. Технически я не должна была этого делать, но глава столовой кампуса сказал, что пока я не выкладываю свою домашку на прилавок и это не мешает работе, все в порядке. Я стояла у задней стойки, читая учебник испанского, когда чья-то рука шлепнула по стойке. Я ахнула, отскочив назад и оказавшись лицом к лицу с хихикающей Моникой.

— Мне очень жаль. Это было совершенно не круто с моей стороны. — Конечно, она сказала это, все еще смеясь, так что это было не очень убедительно.

— Да, конечно. — Я махнула рукой, как будто ничего особенного не произошло.

— Я пришла, чтобы позвать тебя на обед после работы.

— Эм, да, спасибо, но я уезжаю. — Я моргнула, надеясь, что не выдала ничего о Джоне своим лицом.

— Отлично. Ты хочешь в «Хуперс»? Я могу подождать там до полудня и поработать над домашним заданием или позависать в Facebook.

— Да. — Я кивнула. — Это было бы здорово.

— Ладно, скоро увидимся.

***

«Хуперс» был гастрономом рядом с кофейней в студенческом центре. Он был украшен в цветах колледжа, красного и черного с баскетбольными памятными вещами, украшающими каждое доступное пространство стены. Кассиры были одеты в судейские рубашки, и даже пол был спроектирован под баскетбольную площадку. Тут было не очень, но у них были одни из лучших сэндвичей в кампусе.

Я сделала заказ на стойке, взяла свой номер и обнаружила Монику, сидящую в кабинке, в углу, под гигантской фреской какой-то команды чемпионата 1928 года. Как только я села, она закрыла ноутбук и сделала большой глоток чая со льдом.

— Значит, ты и Джон Бой, да?

Я широко раскрыла глаза. Я действительно не думала, что об этом можно что-то сказать, кроме нескольких поцелуев и разговоров в классе, но я задавалась вопросом, что еще он мог сказать Трею.

— Эм, что?

Моника закатила глаза.

— Серьезно, не прикидывайся дурочкой. Я точно видела, как вы целовались на вечеринке и что вы теперь друзья на Facebook.

Я пожала плечами.

— Мы тусовались несколько раз. Ничего такого.