Единороги будут!
Шрифт:
— Бхинатар, а что с телами?.. — не сдержалась, поинтересовалась телепатически. Решив для себя, что заставлять их хоронить все равно не буду, тем более тут и негде.
— Я их сжег, госпожа, — обрадовал меня муж. — Никто не должен осквернять тело, принесенное в жертву богине, так что его следует уничтожить.
— Да-да, конечно, — рассеянно кивнула я, вспомнив о третьем, умершем не на алтаре, а возле него. — Все три тела сжег?
— Да, госпожа. Тело труса мы сожгли отдельно — о том, что такая мерзость существовала, не должно остаться даже воспоминания.
Вот, вроде правильно все, а внутри —
Короче, надеюсь, на какое-то время мы с богинями в расчете. И в дальнейшем следует быть более продуманными и осторожными, чтобы не влезть в новые долги. Что, мы сами не справимся? Тем более не только на пантеоне дроу тьма со светом клином сошлись, вот, наг же сам на нас вышел, ему драконица явилась… Что, кстати, может означать только одно, — не так уж крепко спят эти драконы, раз могут себе позволить по чужим снам путешествовать. А драконы — они же сильнее богов, вроде, если я ничего не путаю. Хотя, может, эти чешуйчатые сони запросят за помощь еще больше жертв, чем Ллос.
— Клим, устраивайся сзади, — похлопала я по своему ящеру.
— Нет, спасибо, я сам, — благодарно улыбнувшись, парень начал постепенно преображаться, не так медленно, как в фильмах ужасов, но и не мгновенно, сразу раз — и… Лошадь… То есть конь… То есть белый единорог!
Мамочки!
Глава 3
Мы успели проскакать до рассвета пару часов, углубиться в гущу леса, построить огромный шалаш из веток, скрепить его магически, засыпать землей и листьями, загнать туда ящеров и забиться сами. Слепящий глаза восход солнца встретили Нибрас, Шакрасис и Клим. Остальные устроились вповалку в тенечке, вместе с ящерами.
Я уснула под тихое переругивание делящих один плащ на двоих Ярима и Джиди, между напряженным, как струна, Бхинатаром и осторожно обнимающим меня Рикиши. Но еще в полудреме я слышала, как в шалаш влез кто-то из троих сторожей. Судя по бухтению гнома о том, что рога надо у дверей оставлять, а не цеплять ими за ветки, делая дырки в потолке, это был Нибрас. Помню, что хотела приподнять голову и спросить, случилось ли что-то, или просто устал, услышала в голове: «Все в порядке, леди Мируан, спите»… и все.
Следующий раз я вынырнула в реальность только ближе к вечеру, когда народ начал активно шевелиться, переговариваться и обсуждать планы на ужин, вернее, в нашем случае — на завтрак.
Состояние у меня было странное — вроде бы и выспалась, но виски стянуло как обручем, и перед глазами все еще мелькали воспоминания о мучивших меня во сне кошмарах. Ожидаемо, мне снились двое мужчин на алтаре… и когда я наклонялась над ними, с ножом в руках, каждый из них чернел кожей, становился стройнее и смотрел на меня светлыми, почти прозрачными, серовато-голубыми глазами Чхара. «Знаешь, как приятно держать в руках еще бьющееся, теплое сердце?!» — заходилась безумным смехом Киарансали. «Хочу его как первую жертву на древнем алтаре дроу в Истейлии!» — требовала Ллос. «Разбуди нас, разбуди нас…» — твердили на разные голоса еще какие-то незаконные обитатели моего подсознания…
— Позвольте,
— Спасибо! — я погладила мужа по плечу и провела кончиками пальцев у него по виску. — Прошло? — спросила, давая понять, что не просто оценила помощь, но и знаю, какой ценой ее мне оказали.
— Вы очень плохо спали, госпожа, — принялся оправдываться за содеянное Бхинатар, но, наткнувшись на мой суровый взгляд, улыбнулся и кивнул: — Да, все прошло. Я же — дроу.
— Я об этом всегда помню, — буркнула я, подразумевая, что осознаю свою человеческую никчемность по сравнению с прекрасными властными темными эльфийками.
— Вас отпугивает цвет моей кожи, госпожа? — с чего-то вдруг немного смущенно, поинтересовался муж. — Вы даже на нага спокойнее реагируете.
— В смысле «спокойнее»? — непонимающе переспросила я и тут же услышала за спиной шуршание, и просто физически ощутила, как пара желтых глаз пробежалась сначала по мне, потом по Бхинатару.
— Вы на проходе специально все встали или по недомыслию? — поинтересовался Ярим, протискиваясь между нами тремя на свежий воздух. Вслед за ним выскользнул тролль. Эти двое хоть и ругались все время, а держались друг за друга, как ниточка за иголочку. Причем ниточкой, по-моему, был Джиди.
— Так в каком смысле? — переспросила я, молча отойдя с прохода за стенку шалаша и оттащив за собой мужа. Наг за нами не пополз — или хватило тактичности или не хватило наглости.
— Возможно, мне так просто показалось, госпожа. Простите, — Бхинатар старательно пытался увернуться от ответа, а меня просто скручивало от мучительного любопытства.
— Так что же тебе показалось?! — как-то совершенно непроизвольно в моем голосе зазвучали властные нотки. Расслышав их, муж тут же опустился на колени и замер, склонив голову. Молча.
Нет, ну так мы не договаривались! Самое печальное, что Бхинатар не играл в покорность, как Рикиши, не манипулировал мной и не пытался отвлечь. Он, действительно, искренне переживал, что разозлил меня, именно меня, как личность. При этом осуждал себя за то, что не испытывает страх перед моим гневом, как Матери Дома, признанной сразу двумя богинями.
Это были очень яркие чувства, просто витающие на поверхности его сознания. Я так и не стала для него равна женщинам-дроу. Не испытывал он ко мне должного почтения, хотя старался соблюдать все внешние признаки. И, одновременно, я стала важна для него как человек…
А вот почему оба этих факта так его расстраивали, понять было невозможно. Да, наша телепатическая связь давно уже расширилась до астральной, когда я ощущала эмоциональную наполненность мужа, а он — мою. Но даже с Рикиши, хотя у нас была прочная ментальная связь на трех уровнях (мысли, эмоции и энергия), мне все равно не выскакивало пояснения, почему он чувствует именно так, а не иначе. Хотя я бы не отказалась — сразу стало бы гораздо удобнее и понятнее.