Единороги будут!
Шрифт:
— Точно! Подкатываем мы такие на загнанных ящерах, уставшие и запыханные, а там засада, — Ярим, наконец-то, решил почтить дебаты своим участием. — Однорогий падает и делает вид, что он не с нами, чтобы карму не портить. Рогатый подхватывает мамулю и в небо. А у нас, не то что сражаться, послать всех по цветастее сил нет!
— С последним, думаю, ты в любом состоянии справишься, — успокоила я гнома. — Но в целом идею поддерживаю.
На том и порешили — ехать спокойно, никуда не торопясь, по сторонам поглядывая.
Кстати,
Лимгарды. Пограничники Подземья. В основном, они честные и неподкупные, но и среди них бывают любители легкой наживы. А так как я привлекла к себе их внимание, то и мои спутники — тоже. И надеяться, что маг-тролль не успел передать своим соратникам на поверхности сведения о составе нашего маленького отряда, было бы слишком наивно. А среди нас наивных не было.
Уже почти засыпая между двумя своими мужчинами, краем уха я прислушивалась и удивлялась, что в этот раз Ярим и Джиди лежат как-то подозрительно спокойно, не пререкаясь, не перешучиваясь… Плащ не делят. Да и во время ужина они вели себя как-то непривычно — вроде бы и рядом сидели, только как будто палки проглотили, каждый — свою. Неужели одна маленькая яркая ленточка может испортить… изменить… повлиять на прекрасные отношения между двумя подростками?!
И тут Джиди подскочила и попыталась выскочить из шалаша. Яркие слепящие лучи уже взошедшего солнца на пару секунд ослепили и бедную троллиху, и всех нас. Я почти сразу оказалась рядом, приобняла горько всхлипывающую девочку, начала гладить ее по спине, одновременно, показывая кулак крутящемуся рядом с виноватой рожей Яриму.
— Да я чо?.. Я же просто…
— Не-е-ет, — всхлипывала в мою грудь Джиди, воинственно крутя хвостом, как пропеллером. — Ты почему-то теперь со мной и-и-иначе себя ве-е-едешь!
Продолжая гладить хрупкую вздрагивающую спинку, я вопросительно уставилась на гнома, ожидая от него внятных пояснений.
— Так я… это…
— Он мне ве-е-есь пла-а-ащ отдал! Ка-а-ак будто я не-е-емощь какая-то! — возмущенно проплакала мне в грудь Джиди.
— Так я… — опять забубнил Ярим, поглядывая на меня недоумевающе. — Это…
— А у вас не принято за девушками ухаживать? — поинтересовалась я у троллихи. — Угощать лучшими кусками мяса там, цветы дарить, украшения…
— Так он же не укра-а-ашения… он плащ! Все время пополам делили, а тут взял и отдал. А сам ме-е-ерзнет… Приду-у-урок!
Шалаш вздрогнул от дружного громкого мужского ржача.
Передав почти успокоившуюся троллиху Яриму, я, похрюкивая от смеха, направилась к своим мужчинам.
— Позвольте, я вас накрою, госпожа, — сверкая в темноте белозубой улыбкой, Бхинатар накрыл меня плащом и тут же, переглянувшись с Рикиши, не выдержал и прыснул от смеха.
— Девушки — они очень странные, — с легкой усмешкой в голосе выдал Шакрасис. — Как не пытайся извернуться, все равно найдут, к чему придраться. Так что делай просто так, как считаешь нужным.
— Эй! Научишь мне сейчас Ярима плохому… — рыкнула я в шутку. —
— Так, а я разве спорю? Как раз, наоборот, советую пользоваться моментом…
— Нам нельзя! — не выдержал Ярим. — От нас тогда кентавророг шарахаться будет!
Все снова заржали, даже лежащий недалеко от нас Клим рассмеялся:
— Шарахаться не стану, а вот покататься на мне уже не получится.
— Ну так, порожняком будешь за зря скакать, жалко же… Не, я уж лучше без плаща посплю!
— Придурок! Все вы… придурки! — снова распалилась Джиди под дружный мужской гогот, в котором, при желании, можно было расслышать сочувствующие нотки.
— Народ, давайте спать, а? — предложила я, когда все немного успокоились.
Правда, прежде чем уснуть, нам пришлось прослушать новую версию пререканий в гномье-троллевой паре. Ключевыми фразами были: «Лапы убери!» и «Да не ерзай ты…». Но, в конце концов, эти двое очевидно вспомнили те позиции, в которых они умудрялись засыпать в предыдущие ночи и успокоились.
Несмотря на решение никуда не торопиться, все равно мы подскочили буквально с закатом, быстро позавтракали и поскакали, сломя голову… И только где-то через час снизили темп, успокоились, выдохнули, виновато переглянулись и поехали спокойно, поглядывая по сторонам и любуясь окрестными пейзажами.
Болтовня с Яримом не мешала мне обдумывать уже давно занимающее меня наблюдение. Судя по тому, что жрецы изначально принадлежали разным расам, раньше они все жили в мире и дружбе. А если и ругались, то перед тем, как обратиться за помощью к драконам, обязаны были объединиться и помириться. И, мне кажется, проблема предпоследней команды была именно в том, что они так и остались каждый сам по себе и каждый сам за себя.
— Мамуль! А вон тот странный зверь с рогами, от которых нашего демона должно скрючить от зависти, он как называется?
— Олень, — рассмеялась я, любуясь величественным красавцем. И тут благородное животное насторожилось, прислушалось… Я тоже замерла, просигналив остальным телепатически. Оба дроу тут же спрыгнули с ящеров и растворились среди деревьев. Шакрасис обвился вокруг нас всех, сбившихся в кучу, создав из змеиной половины своего тела ощутимое препятствие. Нибрас чуть приподнялся над деревьями, Ярим и Джиди замерли, обвешанные кучей ножиков — моей добычей, захваченной во время бегства из тюрьмы.
Клим, вновь обернувшись в человека, нахмурившись, все время посматривал куда-то влево. Туда же поглядывал Рикиши, правда, не кидаясь спасать меня, а, значит, не чувствуя сильной угрозы.
Нибрас тоже опустился, кивнул в сторону тех же несчастных кустов и как-то странно улыбнулся, показав три пальца.
Да, именно трех маленьких напуганных человечков выпинали из-за кустов Чхар и Бхинатар. Ростом даже ниже нашей Джиди, с детскими, почти кукольными личиками, они с ужасом поглядывали на нашу компанию, явно не очень точно понимая, кого именно надо бояться больше всего.