Эарелен

Фринбот Руслена

— А как её открыть? У меня нет ключа от моей. И как узнаешь, пора открывать или нет?

Оро смотрит пристально мне в глаза, помолчал нем ного и сказал тихо:

— Не пойму я… я тебя люблю и говорю об этом не первый раз. А ты всё отмалчиваешься…

Я начала краснеть от кончиков волос до самых, наверное, пяток. Что мне сказать ему? Что я, не смотря на все свои занятости, думаю о нём постоянно? Вспоминаю его голос, его руки, глаза… Гоню эти мысли, потому что я русалка и должна жить под водой со своими родными, а он… Я так и не

знаю этого толком, кроме того, что он мальчишка из нашей деревни. Не такой, как все её жители, совсем другой. Добрее, нежнее, сильнее, заботливее… Боги мои, он лучший, и я бы многое отдала, чтобы мы были вместе!

Опустила в смущении голову и просто уткнулась в его грудь лбом. Легко было сказать Лу:

— «Иди и скажи, что ты её любишь».

А самой открыть рот и произнести эти слова… ой, как трудно. Он поднял мою голову и, наклонившись, прикоснулся к моим губам своими. О, Энгеа! Я чуть сознание не потеряла! Ноги ослабли и, если бы он не подхватил меня, упала бы на свои «любимые» камни. Мы ещё долго сидели, обнявшись, и Оро то и дело целовал то мои волосы, то губы, то щёку, ближайшую к нему… Я на короткое время отключила мозг. Да… Но вдруг вспомнила своих родителей, деда, Лу. Вскочила в смятении:

— Наверное, это неправильно. Мне надо спросить у родных. А если мне не разрешат? Ты пойдёшь за мной туда, в море?

Но он уже смотрел не на меня, а куда-то вниз. Я проследила взглядом и открыла рот. Наши шкатулки воссоединились, если можно так сказать Как, непонятно, но они лежали рядышком, замочек в замочек, и были открыты настежь! Я когда-нибудь привыкну к чудесам??? Грот наполнился нежной музыкой. Мы, затаив дыхание, нагнулись над ними. Там лежали два колечка. Я взяла своё, он вытащил своё.

Но моё было мне велико! Даже на большом пальце оно болталось. Взглянув на Оро, увидела что он улыбается на мои попытки надеть кольцо. Своё он и не пытался надеть, оно было для него катастрофически мало.

— Взгляни, что написано внутри твоего кольца, — кивнул головой на кольцо. Я заглянула на внутреннюю сторону и прочитала там его имя! Нэрйорам. Вернее — для Нерйорама. Я невольно протянула кольцо ему, а он протянул своё мне:

— Там твоё имя… — и надел мне его на палец.

Я проделала то же самое с его кольцом.

— Это означает, что мы теперь обручены, — сказал Оро.

Я снова покраснела и прижалась к нему. Потом спросила:

— И что теперь делать со всем этим? Как я скажу родителям, что нашла жениха на земле, а не в морском царстве?

— Они наверняка знают. Ведь имя-то на шкатулке и кольце русалочье, а не земное.

Я кивнула и задумчиво произнесла:

— Как всё запутано… Ну, ладно, я поплыву к родным, расскажу, что произошло, а потом встретимся и расскажу, что они мне скажут.

— Я буду ждать тебя, моя принцесса! — Оро снова прикоснулся к моим губам своими и я прыгнула в волны.

Лу поджидал меня неподалёку.

— «По-моему, ты всё знал!» — сказала я.

Он

весело закивал головой:

— «Я только не знал, кто он. А что сверху — знал. Нечаянно подслушал, как об этом говорила тётушка Лингез».

— «Почему молчал?» — я нахмурила брови.

— «Не велено было. Я и так проговорился сегодня», — и он засвистел и и затрещал, явно довольный собой.

Я с обидой ткнула его в бок:

— «Мог бы и сказать.»

— «Не мог. Всему своё время. Оно настало сегодня. Вас можно поздравить? Когда свадьба?» — он лукаво скосил глаза на колечко на пальце.

Я от смущения заплыла за его спину и хотела спрятаться там. Но от Лу не спрячешься. Он крутанулся на одном месте и снова оказался со мной лицом к лицу.

— «Теперь и ваша свадьба подоспела,» — явно довольный собой, сказал он мне.

— «Я не уверена… я ни в чём не уверена!»

— «Почему?» — удивился дельфин.

— «Всё так неожиданно и быстро…»

— «Хаха! Вспомните меня, принцесса Эарэлен! Для меня тоже всё было очень неожиданно!»

При воспоминании о том, как на него набросилась Фаннэар после нашего возвращения из Ундумэ, мы оба расхохотались. Это как-то привело меня к равновесию и я, несколько успокоившаяся, поплыла во дворец. По прибытии во дворец, в первую очередь отправилась к маме. Она лежала в красивой кровати, похожей на огромную ракушку. Здесь у многих такие кровати. Но мамина была сделана по-особому — она была инкрустирована множеством драгоценных камней, которые перемежались с перламутром и жемчугом. И была хитрая пружинка — нажал и поднимается спинка, снова нажал — кровать уплывает в нишу. Но сейчас мама лежала, откинувшись на подушки. При виде меня она радостно улыбнулась.

— «Как дела, моя дорогая?»

Я подплыла к ней и показала шкатулки.

— «О, вы их нашли? Или ты нашла?»

— «Ему ещё отец отдал, а я нашла на развалинах нашего дома,» — не стала уточнять, что там бегали ребятишки и швырялись нашими вещами.

— «И как? Вы…» — она быстро глянула на руку. Я протянула её, чтобы мама могла полюбоваться колечком.

— «Как я счастлива! Эарэлен, девочка моя, дай я тебя обниму!»

Я прильнула к ней. Какая она худенькая… Зашедший отец так и застал нас, обнимающихся. Увидев его, мама радостно воскликнула:

— «Формаитэ, наша Эарэлен обручилась с Нэрйорамом! Ты мне много о нём рассказывал».

Отец очень обрадовался. Тоже стиснул меня в объятиях и сказал, отстранив немного и заглянув в глаза:

— «Поздравляю! Надеюсь, ты будешь с ним счастлива.»

— «Отец, мама, я как раз хотела поговорить об этом. Я его очень люблю, но не знаю, захочет ли он жить здесь. И, раз уж мы обручены, то, наверное, надо сыграть свадьбу… Как всё это будет происходить? Где? Здесь, там?»

— «Не беспокойся, дочка, всё будет очень и очень красиво!» — весело сказал отец и, чмокнув меня в щёку, уплыл. Видимо, готовиться к свадьбе.