Джонас

Рейн Анна

Миссис Твидор умело руководила своим маленьким обществом, так что Джонас и не заметил, как ушли его друзья.

— Вот мы и одни, — мурлыкнула миссис Твидор. Она подошла к Джонасу, прислонилась к нему всем телом и закинула руки ему на шею. Джонас обнял её в ответ и… почувствовал укол совести, вспомнив о Кейт. Джонас сильно удивился: он не давал Кейт никаких обещаний, она — так же, как и миссис Твидор — была случайной женщиной в его жизни, так откуда же эта внезапная вспышка совести?

Джулия настойчиво тянула к себе его голову, добиваясь поцелуя. Джонас взглянул на её пухлые приоткрытые губы,

сулящие массу наслаждений, улыбнулся и наконец поцеловал её. Они оба окунулись в знакомую стихию страсти, когда не надо думать ни о чем, когда знаешь, что всё, что ты делаешь, доставляет удовольствие другому. Когда точно знаешь, чего от тебя ждут и чего ты ждёшь от своего партнёра. Бездумное наслаждение — для тела.

Ни Джулия, ни Джонас не видели необходимости подниматься в спальню. Его руки жадно, страстно шарили по её телу, не боясь обидеть или ошеломить. Джулия стонала и выгибалась ему навстречу. Казалось, Джонас точно знал, где её коснуться, чтобы доставить наибольшее удовольствие. Ей будет приятно замужем за ним, очень приятно. Она протянула руку к его восставшей плоти и нежно погладила, стремясь доставить такое же удовольствие, как и он ей. Джонас на мгновение вздрогнул и отстранился. Очередной укол совести застал его врасплох.

— Я что-то сделала не так? — обеспокоенно спросила Джулия.

— Нет, всё нормально.

«К чёрту Кейт,» — подумал он ожесточенно, улыбнулся миссис Твидор и вновь завладел её губами. Джулия удовлетворенно вздохнула, с удвоенной страстью отвечая на его поцелуй. И вот одежда уже летит во все стороны, и любовники получают наслаждение от прикосновения их голых тел друг к другу. Ласки, поцелуи сливались в ураганный огонь, сметающий всё на своём пути.

«Пора,» — как-то отстраненно подумал Джонас, раздвигая ноги своей любовницы и устраиваясь между ними.

— О-о-о… — Джулия протянула к нему руки, нетерпеливо требуя, чтобы он взял её наконец! И Джонас овладел ею одним стремительным движением — так, как она и хотела. Джулия не стеснялась своих чувств, и когда её настиг оргазм, закричала так, что это наверняка слышали все слуги. Джонас кончил вместе с ней, серьёзно опасаясь, что сейчас в комнату ворвутся люди. Тогда ему, наверное, придется жениться на этой женщине.

Как ни странно, никто не прибежал на крик — может быть, слугам не привыкать слышать такие возгласы?..

Джонас не чувствовал себя удовлетворенным, просто выжатым и усталым. Он принялся одеваться.

— Спасибо, Джулия, это было чудесно, — сказал он на прощание. Миссис Твидор лучезарно улыбнулась в ответ.

Джонас написал брату, что вернулся и остановился в Лондоне, но в Дербери не поехал. Джонас называл себя трусом, но так и не поехал.

Он начал искать себе дом в Лондоне. Он не искал громадину вроде особняков на Мэйфер. Такие дома требуют огромного количества средств на их содержание. И каждый раз осматривая дом, Джонас вспоминал Кейт и думал, понравится ли ей здесь жить. Сначала удивлялся, потом перестал и даже стал представлять себе семейную жизнь с Кейт в каждом из этих домов, их детишек, их ссоры и — особенно — примирения. В конце концов Джонас был вынужден признать, что чем-то Кейт зацепила его. Он решил, что когда найдет подходящий

дом и обустроит его, поедет в Портсмут, найдёт Кейт и попробует поухаживать за ней. Она наверняка не будет против, убеждал он себя. А пока что не спеша искал подходящий дом.

Ответ от Теодора пришёл спустя только три недели после того, как Джонас отправил ему письмо. Барон выражал радость от того, что Джонас вернулся, и сообщал, что через неделю он и его жена прибудут в Лондон на малый сезон. Сердце Джонаса дрогнуло при этой новости. Он желал видеть брата — и боялся этого. Хотя чего ему бояться? Все долги он вернул, ничего предосудительного в последнее время не делал: не проигрывал огромные суммы в карты, не спал с женщинами, кроме тех двух случаев — один раз с Кейт, другой — с Джулией. И всё-таки Джонас опасался новой встречи с братом.

В конце сентября Джонас нашёл дом своей мечты. Два этажа, несколько спален, две гостиных, детская, кабинет — в общем, всё, что нужно для семейного счастья. Настало время ехать в Портсмут и искать мисс Донован. Но Джонас был вынужден задержаться в Лондоне на две недели, потому что вернулся его корабль и нужно было договориться о том, куда доставить груз с этого корабля, договориться о новом плавании, всё организовать. Джонас стремился уладить это дело как можно быстрее.

Вскоре приехал Теодор. Джонас ни разу не побывал в его доме, зато барон сам несколько раз навестил своего брата и даже передал приглашение на бал к леди Минтон. К тому времени Джонас надеялся устроить все свои дела.

Глава 4

Мэй была слишком опытной, чтобы ничего не заметить. Однажды вечером она пошла в комнату Кейт и с самого порога спросила:

— Ты беременна?

Кейт не стала отпираться, кивнула и закусила губу, чтобы не расплакаться. Она была в отчаянии и не знала, что делать.

— Но как? Я же дала тебе те губки. Ты их использовала?

Кейт отрицательно покачала головой.

— Я… не смогла.

Мэй поняла, что Кейт — добродетельная женщина — просто постеснялась что-то там вставлять в себя.

— Я подумала, что от одного раза ничего не случится, — продолжила Кейт свои объяснения.

— Какая глупость, — рассердилась Мэй.

— Не надо, Мэй… — заплакала Кейт.

— Ох, ну прости, лапонька, — бросилась Мэй к подруге и взяла её за руки.

— Что мне теперь делать, Мэй?

— Ну, наверное, ты должна сообщить о ребёнке мистеру Хоупли и потребовать, чтобы он женился о тебе.

— Женился?

— А что тебя так пугает? Он же сделал тебе ребёнка, так пусть женится. Ты же не какая-нибудь служанка, а дочь священника, настоящая леди, а дед у тебя был барон.

— Брат моего деда был барон, — поправила Кейт. Мэй на это лишь махнула рукой. — Я не хочу, чтобы мистер Хоупли думал, будто я его заманила в ловушку, — твёрдо добавила она.

— Ну позаботиться-то он о тебе и о ребёнке должен. Хотя… Мистер Хоупли хоть и красавец, и любовник хоть куда, но без царя в голове. К тому же он едва не попал в долговую тюрьму. Так что я даже не знаю, захочет ли он позаботиться о тебе.

Мэй вдруг стало стыдно, что она послала подругу к такому человеку, который не сможет позаботиться как следует о своей женщине вне постели.