Джокер
Шрифт:
– Я знал на что иду.
Я почувствовала себя неловко, слишком откровенный взгляд. Нет, не наглый, а именно обнаженный, когда все эмоции, как на ладони – от восхищения, до странной грусти.
– Ты давно работаешь в нашем доме? Точнее у Ника?
Дэн устремил взгляд вдаль.
– С того момента, как меня обратили. Пять лет и три месяца.
Значит все это время я его просто не замечала. Что ж я вообще никого кроме мужа (бывшего мужа, одернула себя) не замечала.
– Вы особенная Марианна. Может я не древний вампир, да и в человеческой сущности прожил не так уж много лет, но я еще
Я смутилась, впервые перед другим мужчиной. Его комплименты звучали искренне, естественно и я покраснела. В этот момент он снял куртку и набросил мне на плечи.
– Таких как вы не бывает.
– Каких таких? – закуталась в куртку и посмотрела на парня.
– Красивых, верных и самоотверженных. Безумно красивых. На вас больно смотреть.
Я поморщилась и мгновенно сменила тему.
– Откуда ты родом?
– Из Лондона, там моя родина.
– Кто тебя обратил?
– Ищейки. Так они пополняют свои ряды. Я военный. Мы несли вахту на заброшенной базе с секретным оружием. Осматривали местность. Если вы читали тогда местные газеты, может вы помните, как исчезли без вести пятеро офицеров. Это были мы.
– Вас не должны были обращать такими способом! – я резко посмотрела на Дэна и увидела, как он усмехнулся, – Это незаконно!
– Вы правда думаете, что все в нашем Братстве законы соблюдают? Особенно когда Европейскому Братству не хватало ищеек?
Я отвернулась, нет я так не думала, но я никогда не вмешивалась в политику настолько. Я не хотела этого знать. Не хотела знать, что Ник нарушает закон, не хотела вообще знать, какими методами он добивается беспрекословного подчинения, хотя и догадывалась.
– А твоя семья? У тебя есть семья?
– Да, моя мама. Она живет в Лондоне и все еще ждет, когда найдут ее единственного без вести пропавшего сына.
Дэн стиснул челюсти, и я снова отвела взгляд.
– Значит ты работаешь на моего мужа уже давно и все это время ты был в нашем доме?
– Да…Все это время я был в вашем доме. Вначале охранял главные ворота.
– Зачем ты сделал это? Зачем помог мне сбежать?
Дэн вдруг резко повернулся ко мне.
– А вы не догадываетесь? Знаете, я помню, как увидел вас впервые. Вы приехали вместе с мужем, на вас было голубое платье и ваши волосы были заплетены в косу. Я тогда подумал, что ни разу в своей жизни не видел кого–то красивее вас. Потом, каждый день я смотрел на вас. Я запомнил ваше неизменное расписание и каждая моя вахта всегда совпадала по времени с вашей прогулкой с детьми. Вы играли в мяч, бросали его через ограду и удивлялись кто вам возвращает его, если там сзади никого нет. В тот день на вас было белое платье с красными маками и в волосах цветы, которые принес вам сын… По вечерам вы стояли на веранде и смотрели на небо, вы могли стоять там часами, а я мог часами смотреть на вас…
Я покраснела, это было признание. Неожиданное, откровенное и совершенно безумное. Наверное, он уверен, что не выживет, раз говорит мне все это. Только так можно объяснить эту смелость или дерзость, но самое странное я не почувствовала отторжения от его слов, какая–то часть меня ликовала. Слышать, что настолько нравишься мужчине, знать, что он готов рискнуть
– Я хочу, чтобы вы снова улыбались…я хочу, чтобы вы были счастливы. Я больше не смогу слышать, как вы плачете из–за него. Вы достойны чтобы вас любили. Вас одну. Вы достойны, быть единственной.
Его слова больно кольнули, значит все знают, что у Ника я никогда единственной не была. Какая же я жалкая. Я одна не видела очевидного. Закрыла лицо руками, потому что в горле застрял комок... Слепая, преданная, безумно влюбленная идиотка. Бесхребетная дура, которой помыкали много лет подряд и изменяли ей на каждом шагу – вот кто я. Вот почему со мной так обращаются, я тупое животное, которое можно пинать, бросать, изменять. Я же все прощу, все стерплю...за унизительную ласку...за лживые слова любви...за ночи в моей постели...После кого–то.
– Ты охранял только дом? Или сопровождал моего мужа тоже?
Дэн бросил взгляд на часы.
– Нам пора. Следующий привал только в гостинице. Вы отдохнули немного?
– Скажи мне Дэн, ты часто выезжал с ним? Или охранял только наш дом?
– Выезжал, – Дэн поднялся с бревна.
– Это были только деловые поездки?
– Идемте, нам пора.
– Ответь – только деловые?
Дэн посмотрел на меня и тут же отвел взгляд.
– Не только.
– Их было много да? Очень много? Всегда разные или одна и та же? Скажи мне, Дэн. Отвечай. Их было много?
Не знаю, что я хотела услышать, понимая, что меня взорвет от любого ответа, но я должна была это слышать сейчас. Сейчас это имело огромное значение для меня. Чтобы не сожалеть, чтобы стало так больно, до ломоты во всем теле, чтобы боль разъела сожаление и тоску, но он не ответил, а я зажмурилась, чувствуя, как кружится голова и меня начинает беспощадно тошнить. Этот парень…он не должен вот так рисковать и умереть от рук Ника, он заслуживает лучшей участи, чем быть растерзанным. Я должна дальше идти сама. Возможно, у меня даже получится, поднялась с бревна, потом вдруг посмотрела на него и сказала:
– Ты можешь оставить меня и идти дальше один. Он будет искать меня. Точнее, меня первую. У тебя будут все шансы спастись. Оставь мне пистолет и иди.
Дэн прищурился, слегка покусывая внутреннюю сторону щеки.
– Вы правда считаете меня трусом? Вы думаете, что я сбегу и брошу вас? После всего что я вам сказал?
Я отвела взгляд и тяжело вздохнула.
– А пистолет зачем?
Не ответила и пошла вперед, спрятав руки в карманы.
– Кого вы хотите убить из этого пистолета? Нас преследуют по меньшей мере около тридцати ищеек. В кого вы будете стрелять? Этот пистолет бесполезен, как любое другое оружие.
Я пошла быстрее, а потом побежала, услышала, как он бежит рядом.
– В себя, да? И вы правда считаете, что я вас оставлю?
Я резко повернула к нему голову.
– Ты обещал мне, что сделаешь это сам, помнишь?
Он болезненно поморщился.
– Нам не придется. У нас все получится. Видите, вдалеке огни? Мы уже близко. В отеле проведем день, а вечером снова в путь. Вы не знаете меня, Марианна. Вы даже понятия не имеете, что вы значите для меня. Я не позволю вам в себя стрелять я вообще не позволю, чтобы ОН вас догнал и вернул обратно.