Джокер в колоде
Шрифт:
Терри Шилдс – дочь Германа!
Она представила девушку с рыжими волосами, решительным и волевым лицом, широким ртом и большими глазами. С первого момента их встречи Хельга отметила ее незаурядность. Она обладает характером, но она к тому же дочь Германа!..
Тут ей вспомнилась прибывшая на имя Хинкля каблограмма, холодные черствые слова: «В Нассау приехать не могу. Папочка выживет, как всегда». Неужели этот безмозглый шантажист действительно вообразил, что она поверит в его
– Ох, убирайтесь, в конце концов! Дочь мистера Рольфа в Париже. Это доказано.
– Каблограмма, присланная Хинклю? – Джексон покачал головой. – Это просто трюк. Она не хотела, чтобы кто-нибудь знал, что она здесь. Шейла попросила подругу послать от ее имени каблограмму. Я слышал их разговор с Джонсом. Уверяю вас, миссис Рольф, она ваша падчерица, Шейла Рольф. И она задумала вас уничтожить.
Хельга колебалась. Она не могла поверить в эту историю, но, глядя на Джексона, одновременно верила в нее. Тем более, как он узнал о каблограмме?
– Я проверю, – отрезала она, – но, если вы солгали, передам вас полиции. Я не шучу! Вы по-прежнему уверяете, что Терри Шилдс – Шейла Рольф?
Он кивнул:
– Клянусь. Погодите, если вы убедитесь в этом, то дадите мне пять тысяч долларов, чтобы я смог отсюда убраться?
– Если вы не лжете, – холодно сказала она, – я дам пятьсот долларов, которых хватит на дорогу.
– Господи! – Джексон ударил кулаком по столу. – При ваших-то деньгах! Мне нужно с чего-то начать на новом месте. Что для вас значат пять тысяч?
Хельга встала:
– Подождите здесь.
Она позвонила из гостиной на виллу в Парадиз-Сити. Прошло несколько минут, пока ее соединили, потом в трубке послышался сочный голос Хинкля:
– Резиденция мистера Рольфа.
– Хинкль! – С какой радостью и облегчением она слышала его. – Это миссис Рольф.
– Ах, мадам, я уже собирался звонить вам. Давно не имел от вас никаких вестей, – сказал он укоризненным тоном. – Я только что звонил в клинику. Никаких перемен, по-видимому, нет.
– Боюсь, что так. – Помедлив, она продолжала: – Простите, что не позвонила раньше, так как была очень занята.
– Рад слышать, мадам. Вы, наверное, чувствуете себя одинокой?
«Одинокой? – подумала Хельга. – Можете ли вы представить, как я одинока!»
– Как обстоят дела на вилле, Хинкль?
– Не совсем удовлетворительно, мадам. Я рад, что вернулся, и заверяю вас, к вашему приезду все будет сделано на совесть.
– Я в этом уверена. Вы получили каблограмму от Шейлы, которую я вам переслала?
– Получил, мадам. Она очень огорчила меня.
– Да, но молодежь такая беззаботная. Я уверена, она очень занята.
– Видимо, так, мадам. – Голос Хинкля звучал
– Я все думаю о мисс Шейле. Вы можете ее описать? Какая жалость, что мы с ней не познакомились. Когда думаешь о человеке, хочется иметь представление о его внешности.
– Описать ее, мадам?
– Какая она? – Хельга с трудом сдерживалась.
– Ну, мадам, я назвал бы ее особой с сильным характером. – Судя по голосу, разговор был Хинклю не по душе.
– Как она выглядит? Толстая, тоненькая, высокая, маленькая?
– У мисс Шейлы превосходная фигура, мадам. Она красит волосы в рыжий цвет. Он ей очень идет.
Хельгу словно ударило током.
– Интересно. – Она выдержала паузу и, умышленно меняя тему, спросила: – Какие у вас планы относительно кабинета мистера Рольфа?
– Я уже проконсультировался, мадам, со специалистами по интерьерам. Уверен, когда мистер Рольф вернется, он будет доволен.
– Чудесно. Ну, хорошо, Хинкль. Я сейчас еду играть в бридж. Мне так хотелось услышать вас…
– Вы очень добры, мадам.
– И сказать, что я так скучаю по вашим изумительным омлетам.
С этим заключительным комплиментом она положила трубку.
Значит, Джексон не солгал! Девушка, называющая себя Терри Шилдс, на самом деле дочь Германа.
«Они решили избавиться от вас с помощью „Вуду“, чтобы она смогла унаследовать деньги Рольфа»!
Что может быть нелепее?! Потом Хельга подумала о кукле с иголкой в голове и загадочной болезни Германа. Она едва совладала с охватившим ее на миг страхом.
Теперь нужно договориться с Гарри Джексоном. Ей понадобятся все сведения, даже если придется выложить крупную сумму денег.
Она вышла на террасу. Джексон сидел в кресле ссутулясь, в его пальцах тлела сигарета, лицо блестело от пота.
– Хорошо, Джексон, – садясь, сказала Хельга. – Допустим, девушка – Шейла Рольф. Теперь рассказывайте. Я хочу знать все. Как вы узнали, кто она такая? Она сама вам сказала?
– Послушайте, миссис Рольф, если я не выпью еще, я решительно рехнусь!
– Наливайте сами, бутылка в гостиной, – нетерпеливо сказала Хельга. – Не хотите ли вы сказать, что я должна вас обслуживать?
Джексон поспешно встал и через минуту вернулся с бутылкой бренди. Налив в бокал, он выпил одним махом и налил еще.
– Начинайте, Джексон!
– Что вы решили насчет денег? – Он наклонился вперед, охватывая ее взглядом. – Я больше ничего не скажу, если вы не пообещаете мне пять тысяч.
Хельга видела, что он опьянел, и его поведение вызывало у нее тревогу. Если он начнет буянить, она ничего не сможет с ним сделать. С ним нужно быть осторожной.