Джереми Полдарк
Шрифт:
— Вернемся к корове, мэм.
— Ах, да. Её можно посмотреть, сэр Джон? Хотелось бы убедиться, что симптомы те же самые, что и у коровы пастора.
— Я сам вас сопровожу, если вам так угодно. Еще бокал портвейна, чтобы поддерживать вас?
Через несколько минут они пересекли мощеный двор позади дома и прошли в коровник, где лежала корова. Демельза отметила массивную каменную кладку надворных построек и пожелала, чтобы у нее были такие же. Корова молча лежала на боку с полными скорби добрыми карими глазами. С деревянного стульчика поднялся мужчина и почтительно
Демельза склонилась, осмотрела корову наметанным за семь лет проживания в Нампаре глазом, не говоря у же о детстве в Иллагане. Ноги животного парализовало, а половина хвоста выглядела странно безжизненной и не соединенной с оставшейся.
— Да. Симптомы те же. Мегги Доус называла это «кургузый хвост».
— И каково лечение?
— Это её лечение, не моё, понимаете?
— Да-да, понимаю.
Демельза провела кончиком языка по губам. — Она велела разрезать хвост вот здесь, в футе от конца, где размягчились позвонки, приложить хорошо посоленную луковицу, туго перебинтовать грубой тканью и оставить на неделю, прежде чем снять повязку. Корма давать немного — раз в день, и с настойкой, для которой в равных долях смешать розмарин, можжевельник и очищенные семена кардамона. Как сейчас помню — так она велела.
Демельза выжидающе взглянула на баронета — сэр Джон задумчиво прикусил нижнюю губу
— Что ж, — промолвил он, — никогда не слышал о подобном лечении, но и заболевание редкое. Вы, похоже, первая, кто с ним сталкивался ранее. Проклятье, думаю, что попробую. Что скажешь, Лайсон?
— Уж всяко лучше, чем просто смотреть, как животина страдает, сэр.
— Именно так и я думаю. Слышал, эти старухи творят чудеса, когда дело доходит до малоизвестных болезней. Вы не могли бы повторить указания моему слуге, миссис Полдарк?
— С удовольствием.Спустя минуту или две они пересекли двор и вошли в дом.
— Надеюсь, капитан Полдарк не сильно обеспокоен приближающимся судом.
Как только он это произнес, то пожалел о своей неосторожности. Чувствовалось, что гостья сознательно избегает этой темы, возложив на него бремя упоминания об этом, но не подхватила её с горячностью, которой сэр Джон опасался.
— Разумеется, радости нам это не приносит. Думаю, что беспокоюсь об этом больше него. — Скоро всё закончится, есть хороший шанс на оправдание.
— Вы действительно так полагаете, сэр Джон? Это сильно меня утешает. Вы будете в Бодмине во время выездной сессии?
— Хм, хм. Этого я не знаю. А почему вы спрашиваете?
— Я слышала, что в сентябре пройдут выборы в парламент, а поскольку суд назначен на шестое число, то вы, вероятно, будете в Бодмине.
— Вы имеете в виду, чтобы помочь моему брату? Он вполне в состоянии позаботиться о своем кресле, — баронет недоверчиво глянул на её спокойное лицо, когда они снова вошли в большую комнату, служившую ему кабинетом. Было нелегко догадаться, о чем она думает. — Даже если бы я и находился в городе, у меня слишком много дел, чтобы присутствовать на суде. Кроме того, со всем уважением, мэм, мне бы не хотелось видеть старого друга в беде. Желаю ему успехов,
— Мы слышали, что будет двое судей, — заявила Демельза.
— Нет-нет, не двое в одном деле. Двое разделят между собой все дела, полагаю, так. Уэнтворт Листер — недурной человек, хотя мы давно не виделись. Вы получите справедливое судебное разбирательство, можете быть уверенной: британское правосудие об этом позаботится.Датский дог подошел к нему, сэр Джон достал из ящика стола сладкое печенье и отдал собаке.
— Меня сильно удивляет, — сказала Демельза, — как человек, судья, может приехать из центра страны, рассматривать дела и разобраться в них за несколько часов. Это мне представляется невозможным. Разве он никогда не пытается заранее сам узнать правду до начала рассмотрения дела?
— Вы будете удивлены, — сэр Джон улыбнулся, — как быстро натренированный ум может разобраться в истине. И помните, не всё зависит от судьи, дело еще и в присяжных, а они корнуольцы, как и мы, так что взгляните на это с положительной стороны. Еще глоточек портвейна?
— Немного пьянит, я подозреваю, — отказалась Демельза, — но великолепный аромат. Когда всё это закончится, мы хотели бы, чтобы вы нас как-нибудь навестили, сэр. Росс просил меня это передать.
Сэр Джон ответил, что польщен. Собака разбросала крошки от печенья по всему полу. Демельза поднялась, чтобы уйти.
— Надеюсь, что ваше лечение Минте поможет, — добавил баронет.
Демельза тоже на это надеялась, хотя и скрывала свои сомнения.— Вы сообщите мне о ней?
— Разумеется, сообщу. И если вы будете проезжать мимо, я буду очень рад вашему визиту.
— Благодарю вас, сэр Джон. Иногда для здоровья я катаюсь вдоль побережья. Путь для лошади не самый легкий, но мне нравятся виды и бодрящий воздух.
Сэр Джон проводил её до двери и помог взобраться в седло, восхищаясь гибкой фигурой и великолепной осанкой. Когда она выезжала за ворота, в них въехал мужчина на серой кобыле.
— Кто это был? — спросил Анвин Тревонанс, бросив серые перчатки для верховой езды на пачку чеков. Младший брат сэра Джона всё делал обдуманно, придавая значение даже самым бессмысленным действиям. Высокий и властный, с лицом льва, в возрасте тридцати шести или тридцати семи лет он обладал гораздо более впечатляющей внешностью, чем баронет. Но всё же сэр Джон имел деньги, а Анвин — нет.
— Жена Росса Полдарка. Привлекательная юная особа. Прежде я с ней не встречался.
— Чего она хотела?
— Этого я пока не знаю, — ответил сэр Джон. — Непохоже, чтобы она в чем-то нуждалась.
На переносице Анвина пролегла глубокая складка, углубившаяся, когда он нахмурился.— А разве она не была его посудомойкой или что-то в этом роде?
— И до нее многие поднимались, даже обладая меньшими талантами, могу поклясться. А она уже определенно элегантна. Через несколько лет трудно станет отличить ее от женщины, получившей хорошее воспитание.
— И пришла просто так? Сомневаюсь. Как по мне, она выглядит опасной.