Джастис
Шрифт:
— Одну ночь с тобой. — Частично это ложь, я хочу больше, чем одну ночь, но я знаю правила Джастиса, и если одна ночь — это все, что я у меня будет, пусть так.
Не отрывая от меня взгляд, он делает еще один большой глоток пива, от тишины воздух сгущается. Он ставит бутылку и обходит меня сзади, прижимаясь грудью к моей спине.
— Только со мной? — его дыхание щекочет кожу, губы касаются моего уха.
— Д-да, — закрываю глаза и стискиваю зубы до скрипа от того, что заикаюсь в ответ.
— Уверена? — он обнимает меня за талию,
Мое дыхание учащается, кожа под платьем пылает.
— Я знаю, чего хочу. Знаю, о чем прошу, — говорю, удивляясь, что могу вымолвить хоть слово.
— Не уверен, что знаешь, Райан. — Свободной рукой он спускается по моей ноге, пальцы скользят вверх по голому бедру, проникая под платье и касаясь центра влажных трусиков.
У меня кружится голова, огненное прикосновение почти сбивает с ног.
— Ты хоть представляешь, что бы мои братья сделали сейчас с тобой, если бы были здесь с нами?
При этой мысли я напрягаюсь, сердце колотится, как стальной барабан.
— Представляешь? — снова спрашивает он, на этот раз чуть тверже.
Я качаю головой, слишком напуганная, чтобы думать об эротическом акте, не говоря уже о том, чтобы произнести это вслух.
Его рука с моего живота движется вверх, накрывает грудь и мнет ноющую плоть.
— Брэкс начал бы с этих прелестных сисечек, — говорит он, сильно щипая чувствительный сосок через тонкую ткань платья. — Он наслаждался бы ими до тех пор, пока ты не стала бы извиваться и умолять о большем.
С моих губ срывается пламенный стон, колени вот-вот подогнуться.
Он крепче обнимает меня, не давая рухнуть на пол.
— А Нокс съел бы эту сладкую маленькую киску. — Он просовывает пальцы мне под трусики, погружаясь во влажный жар. — Языком он проделывает с клитором такое, что ты и представить себе не можешь. — Он ласкает комочек нервов, о котором говорит, заставляя мои глаза практически закатиться к затылку.
От нарисованного им эротического образа, по телу распространяется пожар, ревущее пламя грозит сжечь меня заживо.
— Пока каждый из них занимался бы своим делом, я бы трахал тебя сзади, сильно и глубоко всаживая в тебя свой член. — Он подкрепляет порочные слова действиями, вставляя палец внутрь меня.
— О боже! — я откидываю голову ему на плечо, восхитительное вторжение опустошает мое тело.
— Что ты об этом думаешь, Райан? Ты хочешь этого?
Я отрицательно мотаю головой.
— Правда? Потому что то, как твоя киска сейчас истекает соками по моим пальцам, говорит, что ты лжешь.
— Нет, — кричу я, наконец-то находя нужные слова. — Я не хочу никого, кроме тебя.
Это чистая правда, как бы ни интриговали меня слухи, я не хочу никого, кроме Джастиса. Только его.
Повернув ко мне лицо, он оставляет губами влажный след на моей щеке.
— Хорошо. Потому что эта девственная киска — моя, поняла? Никто, кроме меня, ее не получит. Даже мои гребаные братья.
Страх,
Я задыхаюсь, потрясенная, но невероятно возбужденная, дерзким поступком.
Развернув меня, он прижимает к своему твердому телу и захватывает рот в пылком поцелуе. Требовательном, доминирующем, — и я полностью отдаюсь ему, утопая в запретном желании.
— Чистая гребаная невинность. — Сжав в кулак мои волосы, он наклоняет мою голову, проникая языком глубже, его вкус целиком и полностью опьяняет меня.
Пытаясь дышать сквозь дикую страсть, возникшую между нами, воздух из легких врывается в его рот короткими, прерывистыми толчками. Он расстегивает молнию на платье, бретельки спадают с плеч, и ткань лужицей растекается у моих ног. Я остаюсь голой, если не считать крошечных шелковых трусиков розового цвета.
Он обхватывает мой зад, приподнимая меня. Я обвиваю ногами его бедра, а руками шею, ткань его футболки царапает чувствительные соски. Он несет меня в свою комнату и кладет поперек кровати так, чтобы видеть.
«Он смотрит».
Его гипнотизирующий, горячий взгляд скользит по моему телу, отчего кожу покалывает. Он снимает футболку через голову, открывая захватывающее дух зрелище. Если до этого он не казался достаточно устрашающим, то точеные мускулы и черные татуировки, переплетающие его тело, решают дело.
От предвкушения рот наполняется слюной, но я не двигаюсь, потому что, по правде говоря, хоть и хочу этого больше всего на свете, здесь я не в своей лиге.
— Я чертовски долго ждал этого, Райан. — От его признания сердце в груди замирает. Я не единственная, кто это чувствовал.
Связь, которую я не могу объяснить, потребность, от которой не убежать.
Он тоже это чувствует, но я не глупая. Я всем сердцем увязла в этом, а он — нет. Влечение и чувства — две совершенно разные вещи, и я это знаю, поэтому не жду ничего, кроме единственной ночи с ним. Только молюсь, чтобы сердце ее пережило.
Он подтаскивает меня к краю кровати и опускается передо мной на колени. С колотящимся сердцем наблюдаю между слегка раздвинутых ног, как он медленно стягивает мои трусики. Широко разведя мне колени, он не отрывает взгляда от моего самого интимного местечка.
Пальцами раздвигает складочки и скользит по набухшему клитору, устраивая адскую бурю за секунды до того, как вводит один палец в мой укромный вход.
Стискиваю в кулаке простыни, из горла вырывается стон, тело выгибается.
— Я постараюсь быть осторожным, Райан, но, закончив с тобой, эта нетронутая киска будет принадлежать мне. Сегодня я, бл*дь, овладею тобой, и твоя девственная кровь будет моя.