Джаггер
Шрифт:
– Так что он подождет немного, - сказала Элли.
Эми была признательна Элли, что она заговорила и не позволила ей закончить свою мысль. Всю оставшуюся дорогу до "Орлиного Гнезда" Элли без умолку говорила. Эми время от времени поддерживала разговор, но в основном молчала. Она догадалась, что Элли хочет знать больше о причинах, в результате которых она провела в тюрьме немногим более двадцати четырех часов. Но милая женщина больше ни о чем не спрашивала. Элли ни разу не упоминала о Джаггере.
Эми
Я бы узнала.
А может, и нет. Она была в тюрьме, поэтому не было возможности выяснить наверняка.
Марк сказал бы мне.
Он тех людей, что будут держать вас в курсе событий, несмотря на то, как вы с ним обошлись.
Не могу поверить, что я наговорила ему таких слов!
Она ударила его. Кричала как сумасшедшая.
От воспоминаний она вспотела. Она учуяла запах пота, исходящий от ее одежды, в которой она была одета почти два дня.
Хотя она хотела извиниться перед Марком за свое поведение, она чувствовала себя слишком виноватой, чтобы связаться с ним. Вот если бы он пришел к ней, или если бы она где-нибудь с ним столкнулась, тогда бы она ему все и объяснила.
Я не могу ему позвонить.
Может быть, завтра я отправлю ему сообщение с извинениями. Элли ехала на машине через "Орлиноe Гнездo". Трейлеры выглядели как длинные бледные блоки в ночи. Некоторые были освещены светом прожекторов, другие находились в темноте. В одних в окнах горел свет, в других фонари освещали террасу, как будто они ожидали гостей, третьи казались заброшенными.
Она посмотрела на трейлер Элли и увидела, что Джим оставил включенным свет для своей жены. Она представила, как он голый лежит в постели, ожидая возвращения Элли, и почувствовала приступ тошноты.
В трейлере Дженис было темно, но она заметила внутри тусклое мерцание телевизора.
Они подъехали к дому Эми. В доме и возле него было темно. Единственным источником света был прожектор на верхушке столба электропередачи на противоположной стороне двора. В гараже густая чернота.
Джипа Эми не было. Машины Терезы тоже не было.
Машина Терезы больше никогда не будет припаркована в гараже.
Она почувствовала, как сдавило ее горло. Интересно, когда ее родители начнут заниматься подготовкой к похоронам?
От мамы Терезы пока ничего не было слышно. Она решила, что скоро услышит. В конце концов, это собака Эми убила ее.
Надеюсь, она понимает, что я ни в чем не виновата. Ведь именно Тереза забрала Джаггера.
Если миссис Хокинг попытается обвинить Эми, она непременно напомнит ей кто виноват.
– Хочешь,
– спросила Элли, припарковав машину.
Эми проглотила образовавшийся комок в горле.
– Нет, спасибо, - сказала она.
– Джим ожидает вас.
Элли рассмеялась.
– Я знаю. Меня, наверное, ожидает долгая ночь.
– Вы сможете заехать за мной около девяти?
– Поедем за твоим "Джипом"?
Эми кивнула.
– Да. Я тоже хочу поехать, как можно раньше. Как-то странно, что твоей машины здесь нет.
– Я знаю. Ощущение, что ты в ловушке.
В ловушке.
Именно так Эми себя и чувствовала.
– У тебя есть ключи?
Эми посмотрела свою сумочку. Она увидела, что ключи находятся поверх бумажника.
– Да.
– Ну, тогда ступай.
Элли протянула руку и обняла Эми. На душе стало спокойно.
В объятиях не было ничего особенного, кроме искренней симпатии. Никакого скрытого смысла. Только материнские объятия, в которых Эми нуждалась и которым была очень рада.
А когда они прекратили обниматься, Эми почувствовала, что ей хочется еще.
– Постарайся хорошенько выспаться, - сказала Элли.
– Я буду стараться изо всех сил.
– Увидимся утром. Я принесу завтрак.
– Звучит неплохо.
В машине вспыхнул свет, когда Эми открыла дверь. Она выбралась наружу. Когда она направилась к задней двери, Элли начала сдавать задним ходом. К моменту, когда Эми дошла до террасы, Элли уже уехала.
Эми вошла в темный дом, который, казалось, душил ее своей пустотой.
* * *
Он спал, как вдруг его разбудил шум подъезжающей машины. Подняв голову, он уставился на трейлер. Свет фар освещал двор, слепя ему глаза. Он отвернулся.
Дверь машины с грохотом захлопнулась.
Послышались шаги, и он снова обратил свое внимание на трейлер. Он увидел, что женщина скрылась с другой стороны. Изнутри доносились различные звуки, вероятно, там находился мужчина.
Дверь открылась.
– Я дома, малыш Джимми!
Затем другая дверь с грохотом захлопнулась.
Из трейлера доносились приглушенные голоса, но он уже снова опустил голову и перестал обращать на них внимание. Желание напасть оставалось, но оно ослабло и угасло.
Он шел всю ночь и день, сторонясь дорог, избегая людей, хотя импульсы подсказывали ему, что нужно атаковать.
Он игнорировал приступы ярости и влечения. Жажда крови не раз вынуждала его выбираться из укрытия, предоставленного лесом.
Но он продолжал двигаться.
И двигаться.
Он шел непрерывным, медленным и равномерным шагом, направляясь в одном направлении.
Со временем необычные запахи, окружавшие его, сменились на уже знакомые, и он шел по ним, как по карте, указывающей ему путь к цели.