Джаггер
Шрифт:
Эми.
Он жалел ее. Но он понимал, что, как только он ощутит на себе последствия ее буйного поведения, чувство жалости исчезнет.
Глава 30
Эми находилась одна в камере содержания, когда пришел охранник и сообщил ей, что она отправляется домой.
Элли получила мое сообщение!
Она оставила сообщение сегодня утром на автоответчике Элли после своего единственного телефонного
Она умоляла ее приехать и внести за нее залог, обещала объяснить все позже и вернуть деньги. Но день тянулся, и она уже начала думать, что Элли не приедет.
Сегодня все было не так плохо, как вчера вечером.
Ей пришлось сидеть в одной камере с латиноамериканкой, у которой на одной стороне головы были черные волосы длиной до плеч, а другая сторона была обрита налысо.
На открытых участках кожи были вытатуированы слова на испанском языке.
Эми опасалась, что латиноамериканка будет болтать или приставать к ней.
Но женщина молчала всю ночь, и Эми даже захотелось, чтобы она что-нибудь сказала. Что угодно.
Тишина казалась ей гораздо хуже, чем если бы женщина безудержно рыдала. Эми не могла прочесть ее мысли, поэтому она так и не узнала, что скрывается за ее холодными хмурыми глазами.
Сегодня утром, к счастью, немую латиноамериканку выпустили из камеры.
Пока Эми шла по коридору в сопровождении офицера, который, скорее всего, был чьим-то дедушкой, она гадала, который сейчас час. Она три раза ела в камере, ожидая прихода Элли. Сейчас наверняка поздний вечер, но сколько времени?
Впрочем, сейчас уже неважно. Я возвращаюсь домой.
На оформление и выдачу сумочки понадобилось еще несколько минут, но наконец ей разрешили уйти.
Когда Эми отпустили, Элли сидела на скамейке в коридоре и читала книгу Дина Кунца в мягкой обложке. Она подняла глаза и улыбнулась, увидев приближающуюся Эми.
Она закрыла книгу.
– А вот и ты, - сказала Элли.
Эми вздохнула.
Она чувствовала себя измотанной, ей казалось, что пока она дошла до места, где сидела Элли, из нее выжали все жизненные силы.
Элли наклонилась, сунула книгу в свою большую сумку и поднялась.
– Все в порядке?
Эми покачала головой.
– Не совсем. Нет ничего хуже ночи в тюрьме, тем более, когда ты понимаешь, как круто облажалась, прежде чем попасть туда.
Элли обняла ее за плечи.
– Еще бы. Пойдем отсюда.
Сев в машину Элли, Эми уставилась в окно. За окном было темно, но рестораны освещали улицу галереей неоновых лучей. Она разглядела магазин пончиков, и у нее заурчало в животе. Для буднего вечера народу было много, за расставленными на улице столиками в основном сидели подростки.
Она услышала щелчок зажигалки и повернувшись, увидела, что Элли подносит пламя к кончику сигареты.
– Ты ведь не против?
–
Эми покачала головой.
– Это ваша машина. Ваши правила.
– Не переживай, - сказала Элли, открывая окно.
– Утром я подвезу тебя, чтоб ты забрала свою машину со штрафстоянки.
Эми рассчитывала сегодня вечером забрать машину, но стоянка закрывалась в шесть.
Она улыбнулась.
– Спасибо. Вы и так много для меня сделали. И не беспокойтесь, я расплачусь с вами завтра.
Элли махнула рукой.
– Не переживай. Может, ты предоставишь нам несколько месяцев бесплатной аренды участка, и мы будем в расчете?
– Как насчет года?
Элли подняла глаза над сигаретой.
– Так даже лучше.
Эми готова была предоставить ей пожизненную бесплатную аренду участка за то, что она сегодня вечером пришла ей на помощь.
– Должна честно признаться, - сказала Элли.
– Я была очень удивлена, когда мы с Джимом сегодня вечером вернулись домой и прослушали твое сообщение.
Эми заерзала на сиденье.
Она чувствовала себя сейчас точно так же, как когда-то, когда ее мама обнаружила, что Эми провинилась.
– Я сама не рада, что пришлось позвонить, - сказала Эми.
– Не хочешь мне рассказать, что случилось?
Эми не хотела рассказывать о случившемся. Она понимала, что будет еще хуже, когда она услышит свой голос, рассказывающий о случившемся.
– Мы можем поговорить позже?
– спросила Эми.
– Я не хочу сейчас вдаваться в подробности. Я очень устала.
– Все в порядке, - сказала Элли.
– Твой любимый помощник шерифа навещал тебя в камере?
Марк.
При воспоминании о том, как она ударила его, о том, что она ему сказала, у нее внутри защемило и заныло.
– О, Боже...
– пробормотала она.
Краем глаза она заметила, что Элли смотрит на нее. Хотя она больше ничего не сказала о Марке, Эми поняла, что Элли хотела поговорить о нем.
Спустя несколько продолжительных минут молчания Эми наконец заговорила.
– Большой Джим не был против, что вы внесли за меня залог?
Элли затянулась сигаретой.
– Нет. Мне кажется, он расстроился, что я должна была уехать сегодня вечером.
– Ой, - сказала Эми.
– Как мило.
– Не совсем. Сегодня наша ночь, когда... ну, ты понимаешь...
Фу. Но они такие взрослые...
Эми подавила отвращение и сказала:
– А, понятно.
– А я даже рада, что отсрочила нашу...
Элли рассмеялась.
Эми тоже засмеялась. Конечно, высмеивать Джима было подло, но ей хотелось смеяться. Потом она вспомнила, как Джим подглядывал за ней из-за деревьев, и смех прервался.
Интересно, думает ли он обо мне, когда они...