Джаг
Шрифт:
— Такой подход заслуживает уважения, — согласился Кавендиш. — Пойди к Отису и сошлись на меня: он немедленно заплатит тебе все до последнего гроша. А теперь, если у тебя есть с кем попрощаться, не теряй времени: мы выходим завтра утром на рассвете.
Огнеметчик занялся своими делами, а Джаг взялся за Кавендиша.
— Мы выступаем завтра утром, а я ничего не знаю! — вспыхнул он.
— Не беда. От того, что ты чего-то не знаешь, хуже не станет.
— Что вы хотите этим сказать?
— Только то, что последние дни ты и так перегружен, поэтому вряд ли стоит забивать
— Но ведь это мой план!
— Согласен, но претворять его в жизнь поручено мне!
Слова Кавендиша моментально успокоили Джага. Обстоятельства заставили его забыть о реальной жизни, о роли привилегированного раба. Вот его и поставили на место.
— Ты идешь? — сказал Кавендиш, заметив, что его собеседник не торопится последовать за ним.
— Если это не приказ, я предпочитаю вернуться к себе: поезд вот-вот отправится.
Джаг хотел воспользоваться оставшимся временем, чтобы повидаться с Монидой. За весь день он так и не смог подойти к ее вагону, и это угнетало его.
Поезд остановился, как и планировалось, для заправки водой из озера, подпитываемого стекающими с гор ручьями.
Эту остановку использовали, как обычно, для приготовления пищи и убоя скота: свежее мясо на ближайшие дни решили заготовить заранее, так как горная болезнь поражала не только людей, но и животных, делая их мясо временно несъедобным.
Еду — по два черпака овощной похлебки и миске отвратительной каши из кукурузной муки — для экономии времени раздали по вагонам.
Одновременно команда бойцов скота забивала коров, бычков и овец, и тут же разделывала еще свежие туши на куски.
Увидев, что Джага воротит от этого зрелища, которое напоминало ему виденную и предстоящую резню, Кавендиш увел его на поиски людей для штурмового отряда.
Первым в их списке стоял огнеметчик Кертис.
И тут Джаг вдруг начал нервничать.
— Не переживай, поезд не уйдет без нас, — сказал разведчик, заметив его беспокойство. — А теперь пошли! Считай, что это приказ!
Загнанный в угол, Джаг подчинился, но, тем не менее, пробурчал себе под нос:
— Я вам не нужен, вы не желаете считаться со мной. Можете набирать кого хотите!.. Эй! Куда вы?
Приложив палец к губам, Кавендиш заставил его замолчать и поманил за собой.
Пребывая в полной растерянности, поскольку тот двинулся в сторону опушки хвойного леса, окаймленной густыми зарослями крапивы, Джаг последовал за Кавендишем. Зайдя в подлесок, они остановились и, по знаку разведчика, присели на корточки.
— Что это еще за фокусы? — прошептал юноша, совсем сбитый с толку.
— Потерпи, ждать осталось совсем недолго.
Темень в лесу была такая густая, что хоть глаз выколи. В трехстах метрах едва просматривалась длинная гусеница состава, тускло освещенного призрачным светом нескольких костров, у которых заканчивали разделывать забитый скот мясники.
Притаившись в засаде в ожидании неизвестно кого и чего, Джаг снова оказался наедине со своими проблемами. Дела шли из рук вон плохо. Он чувствовал тяжесть, угнетенность, стук в висках, мысли путались и ему приходилось напрягаться, чтобы сосредоточиться
— На твоем месте, я бы выбросил эту идею из головы, — прошептал Кавендиш, к великому изумлению Джага, который, погрузившись в свои мысли, даже не заметил, как задал этот вопрос вслух.
— А если я пригрожу Галаксиусу, что не пойду с группой коммандос?
— Галаксиусу не угрожают. И потом, будешь ты включен в группу или нет — это не столь важно! При необходимости он найдет, кем заменить тебя.
— И вы пойдете без меня?
— С тобой или без тебя, я пойду все равно. Ведь мне за это платят. Так я жил до твоего появления, так буду жить и дальше!
— Вы забываете, что я спас вам жизнь!
— Я подарил тебе свободу, но ты сам отказался от нее.
— Вы прекрасно знаете, почему.
— Когда ты спас мне жизнь, тебя не интересовало, что я собираюсь делать. Я предложил тебе свободу, остальное меня не касается.
Джаг замолчал, так как на слова разведчика ему нечем было возразить. На него снова нахлынули воспоминания, и он в который уже раз увидел себя на песчаном перроне станции Барага среди еще теплых трупов — сосредоточенного и возбужденного жестоким боем… Он вновь услышал предложение Кавендиша уйти подальше от этих мест до прибытия поезда… Память тут же услужливо напомнила о том, как срабатывают ошейники при определенных обстоятельствах. Их действие зависит от расстояния…
— Скажите, а если…
— Ты когда-нибудь научишься молчать или нет? — прошипел Кавендиш. — Ты провалишь мне все дело!
— Какое дело?
— Ну, что ты еще от меня хочешь?
— Во время рейда на Палисаду наши ошейники будут отключены?
— Я же тебе уже говорил: все зависит от расстояния до поезда!
— А что будет потом?
— До тех пор, пока ты будешь находиться вне радиуса действия генератора, твой ошейник будет не опаснее мраморной плиты. Самое главное — держаться подальше от поезда. Но если ты приблизишься к нему или он к тебе, то ты опять попадаешь в зону действия генератора, твой ошейник начнет сжиматься, и ты снова окажешься пленником.
Получив такую ценную информацию, Джаг призадумался. В принципе, это ничего не меняло в его судьбе. Он мог бы уйти, если бы ничто не связывало его с Империей на Колесах. И даже его тщательно продуманный план не оставлял ему свободы действий, потому что гигантские ворота должны быть подорваны не раньше подхода поезда.
С какой стороны ни подойти, он оказывался в тупике. Оставался только один выход.
— Я хочу попросить вас об одном одолжении, — неожиданно сказал Джаг.
Кавендиш бросил на него испепеляющий взгляд.