Джаг
Шрифт:
— Выбрось из головы эту дурацкую идею, — посоветовал Джаг. — Долго мы в этом лагере не задержимся.
— Почему ты так решил?
— Перед тем как уснуть, я подслушал разговор… — начал Джаг. — И знаешь, слишком уж четко у них тут все организовано… — он замолчал, повернувшись в сторону колючей проволоки.
Разведчик немного остыв, подозрительно осмотрелся.
К ограде подошли несколько женщин. Некоторые из них сжимали в руках отвратительного вида хлысты со свинцовыми наконечниками, у других были плети с вплетенными в них крохотными
— А ну-ка потише! — вдруг рявкнула одна из женщин. — Приберегите силы для отбора кандидатов. Ваша энергия вам еще понадобится.
Джаг поморщился. Последняя фраза женщины подтвердила его наихудшие предположения. Похоже, пленникам был уготован какой-то сюрприз.
Пыль осела, и Джаг получил возможность получше рассмотреть товарищей по несчастью. Около двух дюжин мужчин были, как и он, облачены в жалкие лохмотья.
Судя по всему, все жертвы были захвачены одним и тем же способом. Подозрительно поглядывая друг на друга, многие еще до сих пор окончательно не пришли в себя и не осознали, что же с ними произошло.
Джаг сел на песок рядом с Кавендишем, думая о том, что происходящее вокруг не сулит им ничего хорошего. К ограждению из колючей проволоки подходили другие женщины. Разговаривая между собой, они курили цветные сигареты и периодически прикладывались к флягам.
Все женщины отличались атлетическим телосложением и были похожи друг на друга. Если бы не их груди и бедра, их вообще можно было бы принять за горилл.
Одна из них, с огненно-рыжими волосами, растолкав остальных, вплотную приблизилась к колючей проволоке. Она была вся увешана драгоценностями, а в мочках ушей болталось по полдюжине сверкающих колец.
— Испытание будет жестким! — бросила она своим подругам. — В последний раз мы отобрали слишком много слабаков, и мне потом пришлось оправдываться перед начальством базы. Я не хочу, чтобы это повторилось. Нам нужны лучшие, самые стойкие. И разговора быть не может, чтобы дать им время восстановиться. Они здесь не для того, чтобы нагуливать жирок. Начинайте сейчас же, не накормив и не напоив их. Тогда отбор будет наиболее верным!
Она повернулась, сделала несколько шагов и громко, чтобы расслышали пленники, приказала:
— Всех, кто начнет сдавать, прикончить!
Пленники оцепенели. Недоверие, а затем и ужас отразился на их лицах.
Джаг, стиснув зубы, гадал о том, какое будущее им уготовано. Кавендиш внимательно присматривался к вооружению новоявленных амазонок.
У всех женщин были, как минимум, револьвер на одном бедре и нож для метания на другом. Не бог весть какое вооружение, но в создавшейся ситуации его было вполне достаточно. Чтобы попытаться выбраться отсюда, затеяв драку, потребовалась бы группа хорошо подготовленных мужчин, не уступавших по силе Джагу. Кроме того, приходилось еще считаться с наблюдательной вышкой, охранница
Пленники встревоженно зароптали.
Полдюжины тюремщиц толкали ко входу в загон тележку, нагруженную каким-то металлическим хламом. Глядя на эту повозку, полную всевозможных доспехов, Кавендиш хмурил брови.
Там были латы, шлемы, каски, наплечники, налокотники, нагрудники, латные рукавицы — в общем, полный набор древней амуниции, съеденной ржавчиной.
Ворота загона отворились, тележка по инерции покатилась дальше и, завязнув колесами в песке, резко остановилась. Часть груза с грохотом свалилась на землю.
Сбитые с толку пленники, образовав круг, молча таращились на эту выставку антиквариата, о предназначении которого им оставалось только гадать.
Внезапно раздавшийся из динамика голос просвятил их.
— Внимание! — заревел "колокол", установленный на сторожевой вышке. — Сейчас вам предстоит продемонстрировать свою быстроту и находчивость. Мы переходим к испытанию, которое вы сможете выдержать, лишь предварительно защитив себя. Мы проявляем гуманность и даем вам десять минут на экипировку…
Эта скудная информация еще больше усилила смятение среди пленников, которые непонимающе смотрели друг на друга, пытаясь понять, что же здесь должно произойти.
Джаг и Кавендиш обменялись быстрыми взглядами. В этой куче искореженного металла было почти невозможно отыскать себе нормальное снаряжение. Однако именно в этом, видимо, и заключалась изюминка "игры".
— Начинайте! — скомандовал динамик. — Первые возьмут самое лучшее! Остальным достанется всякий хлам!
Общее оцепенение длилось всего секунду, а затем пленники, отпихивая друг друга, ринулись к тележке.
Джаг мгновенно бросился вперед, следом за ним — Кавендиш.
Менее расторопные яростно хватали за лохмотья тех, кто вырвался вперед, чтобы не дать им добраться до груды металлолома или, по меньшей мере, придержать их и таким образом уравнять шансы.
Чудовищная неразбериха перешла в жалкую драку, тем более несуразную, что никто точно не знал, из-за чего они дубасят друг друга.
Размахивая руками, ругаясь и вопя, пленники брали тележку с доспехами штурмом, тогда как охранницы покатывались со смеху.
Внезапно повозка накренилась и затем резко опрокинулась, с грохотом вывалив на землю весь металлический хлам.
Вообще безумие достигло своего апогея. Пленники решительно пустили в ход кулаки, оспаривая друг у друга ржавое железо.
Хватая первое, что попадалось под руку, они лишь бы как напяливали на себя доспехи, шатались, задевали друг друга, оглашая воздух лязгом металла.
Несколькими тычками Джаг расшвырял суетившихся вокруг него пленников. Совершенно не представляя, что именно им уготовано, он, тем не менее, не хватал все подряд, а старался выбрать из общей кучи что-нибудь более-менее подходящее.