Джаг
Шрифт:
Вырез в кожаном комбинезоне обнажал ее живот почти до линии лобка. Высокие тугие груди торчали из двух других отверстий ее странного наряда. Однако вульгарное лицо с грубыми чертами и толстые губы производили отталкивающее впечатление.
— А ну тихо! — гаркнула она на стаю рычащих собак. — Забирайтесь внутрь и ложитесь спать!
Присмиревшие животные тут же послушной цепочкой потянулись в машину.
Женщина грациозно спрыгнула на песок и подошла к Джагу, который, закрыв глаза, симулировал бессознательное состояние.
— Эй!
Джаг осторожно приоткрыл веки. Через узкую щель он увидел, как к нему приближается еще одна женщина. Ее голова была обрита наголо и блестела, словно зеркало, на левой скуле виднелась татуировка. Она была облачена в такую же одежду, как и ее подруга. Существенная разница заключалась в том, что грудь ее была совсем миниатюрной.
На костлявом лице лысой мелькнула игривая улыбка. Опустившись на колени, она провела рукой вдоль бедра Джага, который с большим трудом сдержал дрожь.
Твердые и холодные, как змеи, пальцы женщины коснулись его мужского достоинства.
— Хотела бы я посмотреть на него в действии! — прошептала она. — У него член, как у быка! Как думаешь, у нас будет время отведать его?
— Вряд ли… У нас он долго не задержится…
— А если попользоваться им сейчас? Я сделаю все, чтобы он набрал силу!
Атлетка поморщилась.
— Ни к чему это. Как бы не истощить его. Эти здоровяки зачастую оказываются слабаками… И ты знаешь не хуже меня, что произойдет, если он окажется неспособным… его у нас не возьмут. Лучше доставить его в лагерь таким, какой он есть. Не стоит рисковать из-за минутного удовольствия.
Аргумент, должно быть, оказался веским, так как вопрос мгновенно перестал дискутироваться.
Джаг изо всех сил симулировал бессознательное состояние.
Тяжело дыша, охая и изрыгая проклятия, женщины дотащили Джага до замаскированной машины и с трудом втащили внутрь. Швырнув его, словно мешок, они ушли за Кавендишем.
К Джагу вернулась ясность ума и он понял, что лежит среди собак, обдаваемый жаром их прерывистого дыхания.
На металлическом полу вповалку лежали другие мужчины в таких же, как и он, лохмотьях, усыпленные тем же снотворным. Было очень темно, и собаки нервничая от жары, жажды и тесноты, рычали, обнажая свои клыки.
Кавендиша закинули на покрытый листовым железом пол, и его голова задела колено Джага. Послышался скрип. Раздвижная дверь закрылась. Машина на метр оторвалась от земли и почти бесшумно заскользила над пустыней. Джаг хотел было пошевелиться, но у него ничего не получилось. Он перестал ощущать свое тело. Неясное бормотание женских голосов доходило до него, словно через ватную перегородку. Джаг понял, что скоро провалится в небытие.
Он закрыл глаза и перестал бороться.
Глава 3
Он проснулся от
С трудом разомкнув тяжелые веки, он понял, что его только что сбросили с машины на площадку, окруженную колючей проволокой.
Поскольку Джаг весил больше всех, женщины выбросили его последним.
Едва он коснулся земли, как машина на воздушной подушке заскользила в направлении к ангарам, которые виднелись чуть дальше за колючей проволокой.
Превозмогая режущую боль в спине, Джаг осторожно поднялся на ноги. Его товарищи по несчастью вповалку лежали на земле. Издавая стоны, они подгребали под себя песок, словно пытались плыть.
Над площадкой, опоясанной колючей проволокой, возвышалась сторожевая вышка. Небрежно облокотившись на перила ограды, наверху стояла девушка, вооруженная автоматом.
Отпихнув человека, который, уцепившись за него, что-то неразборчиво лепетал, Джаг направился к Кавендишу.
Разведчик с трудом встал. От удара о землю на левом виске у него образовалась внушительных размеров гематома. Да и вообще выглядел он далеко не лучшим образом.
— С тобой все в порядке? — спросил Джаг.
— Не совсем, — поморщившись, ответил Кавендиш. — Где мы? Что это еще за концлагерь?
Джаг пожал плечами.
— Я знаю столько же, сколько и ты, — сказал он.
Лихорадочно обшарив себя, Кавендиш вдруг замер, растерянно уставившись на Джага.
— Они забрали у меня только оружие, — удивленно констатировал он, перекатывая пальцами бриллианты. — Здесь что-то не так!
— Они не торопятся, и это плохой признак, — сделал вывод Джаг.
— Почему?
— Мы целиком в их власти, и они не боятся, что мы можем удрать. Кроме того, когда они нас нашли, ты не выглядел богачом.
Разведчик осмотрелся по сторонам.
— Надо где-то закопать бриллианты. Потом я их заберу…
Джаг тяжело вздохнул. Алчный характер Кавендиша всегда ставил его в тупик.
Уловив настроение Джага, разведчик нахмурился.
— Что еще?
— Ты не создан для богатства, Кав. Это не в твоей натуре, чтобы бы ты ни говорил. Ты принадлежишь к расе бродяг, глотателей пыли и неисправимых хвастунов.
— Одно другому не мешает!
— Мешает! Посмотри на себя, ты весь извелся, пытаясь спасти трофеи, которые в данных обстоятельствах не стоят ни гроша. Ты расходуешь на это и время, и здоровье.
— Эти бриллианты достались мне без особого труда…
— Возможно, но они мешают тебе здраво мыслить. Мы оказались в дерьме по самую макушку, а у тебя всего лишь одна забота: где бы спрятать эти паршивые камни!
— Паршивые камни? Ты слишком легкомысленно об этом говоришь! Легко играть в бескорыстие, когда за душой ни черта нет!
— Моя жизнь — единственная моя ценность, и ее не так-то просто сберечь.
— Болтай, болтай… Я знаю, что надо делать, — проворчал Кавендиш, выискивая взглядом место для захоронения своих сокровищ.