Дым

Саммер Катя

— О мой бог, — выдаю, приподнявшись на локтях. Федя стоит передо мной обнаженный. В полной боевой готовности. И даже про защиту не забыл.

— Значит, все-таки Бог. Ну ладно. — Очень смешно кривит лицо.

Я тут же пихаю его ногой в бедро, а он ловит за щиколотку и подтягивает к себе. Становится коленями на кровать, смотрит сверху вниз так пристально и наконец наклоняется, чтобы коротко поцеловать.

— Я тоже очень сильно хочу тебя, — говорит запредельно просто, и в этом весь он. С ним я чувствую, что все происходящее

правильно, что я нормальная, что все будет хорошо.

Всего одна искра мелькает в его взгляде, и наши руки-ноги переплетаются. Коротким движением Дым стягивает мои кружевные трусики, а я помогаю их сбросить. Еще парочка искр — и время перестает существовать. Мы выпадаем из реального мира в собственный, который нравится мне с первого взгляда. Здесь так хорошо!

Я замираю лишь на один короткий миг, когда он упирается между моих ног. Лишь на один короткий миг позволяю сомнениям одолеть меня, вспомнить о боли и страданиях, которые могут прийти после секса, и тут же бросаю думать. Мне нелегко сразу сдаться без боя, но я так стараюсь! Впиваюсь ногтями в плечи Дыма, стискиваю зубы.

— Дыши, — напоминает мягко и так же мягко проникает в меня. — Давай, малыш, нужно дышать.

Малыш — так называл меня папа.

Вспоминаю, где я и с кем. Сама тянусь к губам, забываюсь в поцелуе, чтобы сгореть. Дотла. Других слов подобрать не могу, потому что тело опаляет огнем то тут, то там, в груди самый настоящий пожар.

Все происходит так естественно, так сладко и обжигающе остро. Закидываю ноги ему на спину выше, тянусь ближе, двигаюсь вместе с ним ритмичнее. Федя потрясающий мужчина, который не обманывает ожиданий, он их только превосходит. Заполняя меня полностью и никуда не спеша, он доводит до исступления, ведет к самому краю.

Пульс срывается в одну секунду, дыхание становится рваным. Я выгибаюсь навстречу и больше не стыжусь — вторю хриплому голосу, который нашептывает всякие глупости. Ловлю языком каплю, стекающую по лицу Феди прямо к подбородку. Больше не сдерживаю себя.

Серые глаза темнеют, ноздри раздуваются. Залом между бровей проступает ярче.

С каждым толчком крепче сцепляю пальцы на его шее, целую отчаяннее. Я как струна — где коснется, там и играю. Почти задыхаюсь от ощущений, взрываюсь — это тепло внизу живота перетекает в жар между ног. Я воспламеняюсь. Дрожу, стону ему в рот, пока Фед ускоряется, отпускает себя, вколачивается агрессивно и бешено.

Я точно чувствую, когда он кончает. Почти сразу за мной.

Потрясающе.

Правда, все быстро меняется, когда приходит «после». Эйфория оставляет мое тело, свежий воздух, который бродит по комнате, остужает пыл. Я лежу без движения, но мысленно — будь проклята моя неуверенность! — уже прячусь в раковину, где не придется смотреть любимому мужчине в глаза и видеть, как он остывает.

Федя бьет пальцем по моему подбородку, чтобы глянула на него. Целует смачно и громко, а затем падает на бок

рядом со мной.

— Сладкая, — улыбается широко, как умеет.

— Ты же не любишь сладкое, — выставляю колючки, которые хочется выдернуть одну за другой собственными руками.

— С чего взяла?

Дым замечает, что со мной что-то происходит, хмурится, двигаясь ближе.

— Ты никогда не ешь кексы, которые покупаешь нам с Лисой. И с сахаром ничего не пьешь.

— Это не значит, что я сладкое не люблю. Я давно отказался от сахара, потому что он вызывает зависимость. Видишь? — Он кусает мое плечо. — Только попробовал, уже оторваться не могу.

Снова и снова Дым крадет у меня поцелуи. Он заставляет мои губы пылать, убеждает, что сказка может длиться долго — намного дольше, чем представляла извращенной фантазией.

Может, даже всю жизнь? — нашептывает до сих пор беспокойное сердце. Но я не разрешаю себе мечтать, потому что не знаю, как все изменится завтра. Я отвлекаюсь, чтобы жить сейчас, моментом и… отдаться Дыму еще раз. Загребущие руки уже дергают на себя и сажают сверху.

— Мы же только…

— Это проблема? — улыбается мне, сверкая щербинкой между зубов и изогнув правую бровь.

Он невероятно красив сейчас. Всегда красив, но сейчас особенно.

Я выдыхаю и наклоняюсь к нему, чтобы медленно и осторожно коснуться губ.

— Нет, — шепчу тихо, — никаких проблем.

Рядом с ним все проблемы перестают существовать.

Глава 22

Юна

Елка — Скучаю

Я просыпаюсь очень рано, за окном только начинает светать. Просыпаюсь от того, что мне жарко, и, пошевелившись, понимаю причину: Дым. Укрыв нас одеялом, он прижимается ко мне горячим телом и крепко обнимает рукой.

Боже.

Картинки ночной близости врываются в еще путанные после сна мысли — сменяют одна другую, возбуждают. Губы горят, между ног саднит, грудь опухла от укусов, но мне по-прежнему кажется, будто бы это случилось не со мной. Разве могу я быть такой счастливой? А я счастлива, никаких сомнений. Это чувство ни с одним другим не спутаешь.

Я смотрю за окно на утреннее небо, затаив дыхание, и эгоистично не хочу вставать, заниматься делами, возвращаться к обычной жизни. Можно хотя бы ненадолго остановить время?

В ответ на мой немой вопрос Дым ворочается в постели, прижимается к спине… оу, и вряд ли пультом от телевизора. Да, он трется об меня твердым членом, накрывает ладонью мою голую грудь. Мы вчера так и заснули — без сил и одежды, я едва трусики успела натянуть.

Федя утыкается носом мне в шею, ведет губами за ухо, слегка прикусывает мочку. Мурчит, как кот, да так громко!

— Утро… доброе… — растягивает слова, а у меня уже вся кожа в мурашках.

Он поворачивает мою голову за подбородок и наглым образом целует так мягко и так глубоко, что я уже дрожу.