Дыхание сердца
Шрифт:
– Стой!
Он не знал, что происходило, но желание понять боролось внутри него со страхом.
Дайчи испугался. Он попятился назад, всё также неотрывно выглядывая таинственный свет, но споткнулся о свою же ногу, падая на бок, ругаясь сквозь зубы и болезненно и протяжно воя на мокром песке, скорее, по привычке, ведь адреналин блокировал боль. Он стал отползать назад, но, когда рукой нащупал камни – его отступление прекратилось. Он покрепче ухватил один потяжелее в руку, готовый в любой момент отбиваться. От страха сердце было готово выпрыгнуть из груди, ведь это точно был не человек. Даже если Дайчи забил на биологию, он был уверен, что такого в природе нет, но это, определённо, было что-то живое.
– Ты кто? – дрожащим голосом тихо проговорил Дайчи, но эхо вновь разнесло его
Ответа не последовало. Русалка лишь прижималась спиной к камню, не в силах вновь взглянуть на парня. Марис даже не чувствовала боли, а её раны уже начали затягиваться. Она так сильно испугалась того, как встретилась с ним взглядом, что сейчас даже руки подрагивали. Но помимо страха было ещё и любопытство – этот гремучий коктейль просто не давал ей спокойно мыслить. А ещё Марис было до безумия интересно наконец услышать его голос – не крики о помощи там, на пляже, а его голос.
– Кто ты?! – повторил Дайчи, но уже более громко.
Девушка прильнула к холодному камню, обдумывая, что делать. Но если она ответит, то ничего страшного же не случится, верно?
– Марис… – тихо ответила она, но этого хватило, чтобы Фукуда опустил камень и замер, понимая, что этот голос пел ему песни.
«Марис…»
Это слово раз за разом прокручивалось в голове Дайчи. Он не знал, что это – так называется это существо, или же это имя, но этот голос был таким приятным и мелодичным. Если это оно напевало ему ту мелодию, а не убило – а, может, даже и спасло, – то это нечто может быть и не чудовищем. Он всё смаковал одно единственное слово, как вдруг звук падающих камней заставил его очнуться от размышлений.
– Эй! Парень! Ты здесь?! Отзовись! – громко кричала явно девушка. – Твою ж мать…
– Тут я, – неожиданно хрипло отозвался Дайчи и повторил ритуал вставания на ноги. И только сейчас он заметил, что пещера – а именно ею являлось то место, где он находился – начала освещаться какими-то странными камнями-факелами прямо в стенах – мягкий голубо-фиолетовый свет разгорался в более насыщенный, где-то отдавая зелёным и белым, волнами расходился к потолку. Смутно, но Фукуда успел разглядеть обстановку: столы из камня – именно их он трогал, обходя пещеру, поэтому они и такие правильные, книжные полки прямо в стенах среди цветов, кресла, на одном из которых лежал сложенный вдвое старый матрас, а в углу стоял облезлый диван. Он ничерта не понимал, что тут происходит, и с глупым выражением лица осматривался, даже не обращая внимания на девушку, что стояла совсем недалеко от него.
– Я тебе говорю! Пойдём отсюда, я отвезу тебя! – она кричала на него, пытаясь отвлечь внимание, но Дайчи отчётливо слышал тихие всплески воды. – Алло! Приём!
Парень машинально отмахнулся от неё, заходя в воду по колено и заглядывая за тот самый камень, где и было то самое свечение. Он был уверен, что это не цветы, то было нечто иное, живое – но теперь там никого. Дайчи медленно перевёл ошарашенный взгляд на девушку, будто она знала, что он должен был там найти, но та лишь закатила глаза, отбрасывая локон ярко-рыжих волос назад. Ей откровенно надоело это всё, она грубо схватила парня за руку и потащила через всю пещеру. Он не сопротивлялся, лишь пару раз попытался обернуться, чтобы взглянуть на тот самый камень, где было это что-то, это странное «Марис».
И он увидел. Увидел её. Это была девушка, настолько красивая, что сердце невольно пропустило пару ударов. Она смущенно высовывалась из-за камня и глядела прямо на него. Он никогда не видел чего-то прекраснее: эти белокурые волосы, что обрамляли лицо, пухлые губы и невероятные глаза, которые буквально светились голубым огнём – тем самым, ярким, волшебным, особенным.
– Топай давай! – зло рыкнула Уилл и слегка дернула Дайчи за руку, призывая к тому, чтобы он поторапливался. Ох, как она была зла! Мало того, что Марис чуть было не погибла, бросаясь на эти скалы, так ещё и притащила этот шкаф в глубокой депрессии в их, на секунду, тайное место. Как только этот дебил прыгнул – она поспешила подъехать к обрыву и увидела, как её подруга ударилась о камни и поплыла по направлению к убежищу, и Уилл хотелось уже за одно
Дайчи всё ещё пребывал в шоке: он даже не вырывал руки из хватки этой странной девушки. Мгновение – и вот он уже шёл по берегу. В ноги противно впивались мелкие камни, отчего парень морщился. Фукуда попытался вновь оглянуться, чтобы увидеть её, чтобы увидеть Марис, но позади были только обрыв и бушующий океан, никакой пещеры, лишь пустошь. Незнакомка опять дёрнула его за руку и чуть ускорилась, что-то злобно бубня себе под нос. Дайчи шёл и глядел себе под ноги, он пытался хоть что-то сформулировать в своей голове, хоть как-то упорядочить сегодняшний безумный день. День, когда он должен был умереть. Но теперь столько всего свалилось на него, что просто невозможно было что-то вразумительное придумать: неудавшийся суицид, эта странная пещера, эта рыжая незнакомка, эта Марис…
– Слушай. Для твоего же блага лучше забыть всё, что сегодня произошло, – девушка резко обернулась и, не успев остановиться, Дайчи чуть было не врезался в неё, но вовремя удержался.
– А что вообще сегодня произошло? – как-то отрешённо пробормотал Фукуда.
– Вот. Именно вот так и думай. Что сегодня ничего не произошло, – она подняла с земли свой брошенный скутер и завела его лишь с четвёртой попытки. – Садись давай, я отвезу тебя к машине.
Дайчи молча сел позади девушки и рефлекторно обнял её за талию. Отчего она вздрогнула, но возмущаться не стала, а лишь умело поддала газу и вскоре выехала на асфальтированную дорогу. Ей побыстрее хотелось завершить этот безумный день, сесть на любимый подоконник и выпить чего-нибудь крепкого, чтобы хоть немного успокоиться. Слишком сумасшедшим был сегодняшний день, а с Марис она поговорит завтра. Всё завтра, на сегодня уже не хватало сил. Уилл оставила Дайчи у его машины, и хотела как можно быстрее уехать отсюда, чтобы наконец-то успокоиться.
– Чтоб тебя, ходишь тут целый месяц, скулишь, срываешь наши встречи, а теперь ещё и прыгаешь на чёртовы скалы, – Уилл взорвалась, когда увидела, что парень открыл рот, чтобы спросить, поблагодарить, сказать что-то – неважно, что. – Забудь всё, что сегодня произошло, иначе я собственноручно придушу тебя во сне. Ты же так хотел умереть, да?
И она ушла. Босой, весь в ссадинах и порезах, парень остался один в темноте и глядел на свет маяка, который будто убаюкивал и успокаивал – такой теплый, ненавязчивый, и ему вспомнились глаза той девушки. Они были похожи на этот самый маяк. То, что не давало морякам погибнуть, и Дайчи ощущал себя этим самым моряком. Он бросил взгляд на очертания обрыва – на место, где он должен был умереть. Второй раз он не сможет решиться на это. К тому же, слабый огонёк заинтересованности стал трепыхаться на дне его остывшей души. После ухода из его жизни баскетбола он не хотел и не желал ничего, но сейчас же его впервые заинтересовало что-то или кто-то помимо игр.
Парень поспешил сесть в машину и, сдав назад, резко вывернул руль влево, рывком выезжая на дорогу. Ему нужно домой, нужно понять, что произошло, нужно извиниться перед родителями, нужно найти Марис. Он выжал педаль газа до упора, отчего покрышки противно заскрипели, разбрасывая камни в разные стороны, царапая некогда идеальный кузов.
***
– Кто же ты такая?.. – Дайчи уже лежал на своей кровати и подкидывал вверх мяч-талисман – с ним в руках ему лучше думалось, и он мог сосредоточиться, но вопросов всё равно было куда больше, чем ответов. Он пытался разложить весь день по полкам, хоть и выходило слишком абстрактно. Он проснулся, умылся, поел, написал бредовое письмо – которое, кстати, порвал и выбросил в мусорное ведро – поиграл на площадке – хотя игрой это было сложно назвать – поехал кататься вдоль берега, притормозил у того места, где всё это время пытался перебороть себя. От воспоминаний того заброшенного участка дороги Дайчи невольно поморщился и даже перестал подкидывать мяч, вглядываясь в пустоту.