Дядька... с небеси
Шрифт:
— Ты, парень, меня не перебивай, бывают. Так вот, они связали мне руки и стали меня пытать, но я им ничего не сказал, а злой узкоглазый хотел отрубить мне голову, да Бог отвел его удар в сторону, и он отрубил мне только вверх шапки, и даже немного волос. Бог меня спас и поэтому я и прилетел сюда с завязанными руками, точно свалился с неба. А теперь вы освободите меня, а потом все расскажете.
— А чего они от тебя хотели, дядька, эти узкоглазые люди? — спросил тот же, заинтересовавшийся мальчик.
— Они хотели, чтобы
— Ну, вот еще! — отозвался мальчик в сапогах, — даже не подумаю, нашел дурачка.
— А ему, дядька с небеси, не по чину, — прокомментировал паренек, которого Николай уже приметил.
— Это почему же?
— А он сын князя, делает только то, что сам захочет, или что его тятя прикажет, а чужие указания выполнять не будет.
— Тогда ты развяжи! Как тебя зовут?
— Мамка называет Фрол, а тятя говорит Хрол.
— Значит, Фрол. Давай-ка, Фрол, постарайся!
Мальчик подошел, присел за спиной Николая и попытался растянуть узлы сначала пальцами, а потом зубами. — Нет, дядька с небеси, не получается, очень сильно затянуто.
— Ну, тогда нужно разрезать.
— У меня, дядька, нечем разрезать.
— У меня, Фрол, есть ножичек в кармане брюк, в правом. Доставай!
— Какой, дядька, крюк, я не понял!?
— Да не крюк, а брюк, в кармане портков, давай, доставай смелее!
Мальчик засунул руку в карман брюк. — Дядька, здесь какой-то кругляш и маленькая штучка, а ножика нет.
— Ты кругляш-то не трогай, а эту штучку доставай, это ножик.
— Да какой же это ножик, дядька! — удивился мальчик, — это просто какая-то железячка.
— Это ножик, маленький. Там сбоку есть небольшая выемка, ты ее ногтем зацепи и потяни.
— Ну и ножик! — удивился мальчуган, раскрыв складешок, — да им разве что мышей колоть.
— Ну, наверное, можно и мышей, но и разрезать подойдет, он острый. Давай, режь, только мне руки не порежь!
— А ты, дядька с небеси, не будешь драться, когда я порежу?
— Не буду, не волнуйся, я не затем сюда прибыл.
Николай с трудом развел затекшие руки, и стал массировать пальцы, по которым побежали мурашки. — Спасибо, Фрол, ты теперь мой друг! А теперь, парни, расскажите, что тут у вас произошло, связанное с водой, да так, что меня сюда послали разбираться. Ты, Василий, не посчитаешь за труд рассказать?
— Не, не посчитаю, только я не понял о чем рассказать?
— Ну, как о чем, — подсказал Фрол, — о побоище с петровскими, об убиенных.
— А, понятно! — обрадовался Василий, — конечно расскажу. Слушай! Знамо дело… эти намедни пошли, говорят что надо, ну и начали, вон оттуда… потом тятя пришел, заругался и сказал, что надо оттедова… да они не шибко и хотели… тятя приказал и пошли… а те тоже… тятя говорит гоните их в кулачки…
— «Да, очень все понятно!» — подумал Николай, но критиковать мальчишку не стал, исходя из того, что тот может обидеться, а ему, Николаю, еще предстоит разбираться с князем. — Спасибо, Василий! — сказал он, — все понятно, хорошо рассказал. Так, а ты, Фрол, можешь что-нибудь дополнить?
— Да, могу, — отозвался мальчик.
— Ну, тогда давай, дополни, да поподробнее.
— Тут у нас заливной луг, дядька с небеси, — начал Фрол, — огроменный, вот такой, — и мальчишка развел руки в стороны. — Намедни мужики посмотрели и решили, что пока косить, пока вёдро стоит, и петровские подошли и решили начинать со своих краев, сколько выкосят, ну и начали. А потом подошел князюшко, заругался и велел начинать с середки, да забрать побольше. Мужики стали отговариваться, что с петровскими так не договаривались. Но князюшко сказал, что их дело холопское, и чтобы шли с середки. Ну, они пошли, а князюшко кричит, чтобы дальше заходили.
Мальчишка перевел дух и продолжил: — Тут пришли петровские, зашумели, а князюшко велел, чтоб гнали их взашей. Наши начали гнать, да понарошку, а князюшко закричал, чтоб по правде. Ну, они и стали, а петровские стали отбиваться. Прохору нос разбили до крови, он рассвирепел и начал бить по-настоящему, ну и пошла драка, потом притащили батоги и на них бились. Наших двоих насмерть убили, и троих петровских, да многих поранили. Вчерась хоронили и поминали, так сегодня никто не работает, кто с похмелья, а кто раны лечит. Вот и все, дядька. А погода хорошая, — рассудительно завершил рассказ мальчик, — самое время косить.
— Спасибо, Фрол! — отозвался Николай. — Все понятно, обычная междоусобица. Ладно, пора мне с князем пообщаться. Вы меня проводите, ребята?
— Проводим, проводим! — послышались нестройные голоса.
Николай снял свой полушубок, в котором уже запарился, положил в карман ополовиненную шапку и, заметив, длинные ремешки, которыми были связаны его руки, засунул и их в карман полушубка.
Любознательный Фрол пристроился сбоку, и сразу начал задавать свои вопросы: — А чего это ты, дядька, в шубе, ведь лето же?
— Там, откуда меня послали, сейчас стоит зима, вот потому я и в шубе.
— А ты не врешь, дядька с небеси? — усомнился Василий. — Как же такое может быть? Раз лето, то оно и лето, а вовсе даже не зима.
— Вы, мальцы, мало чего знаете про окружающую вас природу, — ответил Николай. — Наш мир огромен, и когда в одном месте стоит лето, то в другом — зима, а потом будет наоборот. Если будет время, я вам много чего могу рассказать про окружающий нас мир, про моря-океаны, высокие горы, необычных зверей, да много чего есть интересного.