Двойня
Шрифт:
Ефим помолчал, раздумывая. Вроде все логично говорит малец.
– Тогда что ты предлагаешь?
– Я предлагаю тебе выкупить доли в моей компании.
– Ты с ума сошел?! Зачем мне доли в убыточной компании?! – вскипел Ефим.
– Да неубыточная она! Успокойся! Просто накопились долги. Я предлагаю тебе инвестировать в нее, в твою по сути компанию. Ты получишь больше, чем просто мое состояние. Я даю тебе 50 %-ную долю.
– Погоди... Ты отдаешь 50% от своего имущества сейчас - Анфисе, 50%-ную долю в компании – мне? Какая тебе самому
– Ефим. Мы уже не первый год знакомы. У меня нет и не было цели обманывать тебя. Всё же логично. Я сейчас по уши в дерьме. Даже ниже. Торчит одна макушка. Когда инициировано дело о банкротстве, ни один банк не даст мне кредит, ни один инвестор не будет сотрудничать. Ты же понимаешь это. Поэтому я иду к тебе, как к лучшему партнеру. Мы долгое время знаем уже друг друга. Я предлагаю тебе закрыть наши долги, взамен на это ты получаешь 50%-ную долю в компании. Фирма перестает быть убыточной, мы закрываем дело о банкротстве и спокойно развиваемся дальше, преумножая наш совместный бизнес. Разве не идеальная схема? Согласен, что Анфиса за мое неправильное по отношению к ней поведение должна получить 50% от моего имущества сейчас. Пусть забирает. Думаю, на оставшиеся 25% мы как-нибудь проживем.
– 25? – переспросил Ефим.
Макс резко замолчал. Он не хотел раскрывать партнеру про свой договор с Петей и про то, что прошляпился и в нем, поэтому на ходу начал придумывать оправдание:
– Ну, я имею в виду... На тот случай... Если родится именно сын... То я же лишусь 25 %... Тогда останется всего 25.... В общем, Ефим, времени на раздумья нет. Буквально через неделю у нас уже суд по банкротству. Надо что-то успеть предпринять.
– Ох и ушлый тип ты, Макс! Хорошо. По рукам. Всё, что с моей стороны, я сделаю, но за Анфису не ручаюсь. Если ты не сможешь сейчас найти к ней подход, то ваши с ней отношения больше не в моей компетенции, и она имеет право в любой момент забрать все 75%. При этом по поводу доли в компании – всё в силе.
– Я понял тебя, Ефим. Это резонно, ты не можешь отвечать за действия дочери, и я полностью с тобой согласен.
Макс повесил трубку. Он понимал, что сейчас всё зависит только от него.
Попросил узнать у «своих людей», где находится Анфиса. Надел костюм, купил ее любимые духи, огромное ожерелье, полностью состоящее из изумрудов, букет самых дорогих роз с изящными бутонами кремового оттенка и тёмной каймой и отправился к бывшей жене. По счастливой случайности, в тот момент она была в его доме.
Открыл дверь ключом.
– Дорогая... Ты тут? – зашел, стараясь не шуметь.
Ответа не послышалось.
Прошел в одну комнату, затем в другую. Анфиса была наверху. В пеньюаре лежала в кровати и пялилась в телефон. Ничего не изменилось. Живота ещё не было видно. Может, она и не беременна вовсе? На секунду засомневался Макс, и тут же решил, что чуть позже даст «своим людям» задание узнать это. Анфиса не заметила его сразу.
– Привет... – проговорил Макс будничным тоном.
– Че тебе
– Я – поговорить только, - поднял миллионер вверх руки с цветами и пакетом. – И с подарками к тебе. Посмотришь?
– Купить меня вздумал?! – бесилась Анфиса.
– Купить?! – выразил искреннее изумление Макс. – Вовсе нет! Разве я не могу сделать подарок матери моего ребенка?
– Можешь, - улыбнулась бывшая и протянула руки.
Макс торжественно вручил ей купленное. Брюнетка открыла флакончик с духами, понюхала, а потом бросила его в собеседника со словами:
– Нет! Мне не нужны духи! Я терпеть не могу этот запах!
Макс с трудом поймал флакон.
– Погоди... Я что-то не понял... – недоуменно посмотрел он на Анфису. – У тебя изменились предпочтения?
– Нет! Да! Не знаю! Я не могу терпеть запахи! Меня сразу от них тошнит...
При этих словах Анфиса выскочила из комнаты.
Миллионер в растерянном состоянии остался стоять. Понюхал жидкость. Духи вроде те же, что и раньше. Что произошло? Когда бывшая жена вернулась, он уже нашел ответ на этот вопрос.
– Я понял...
– Что ты понял?! – ожесточенно произнесла Анфиса.
Она выглядела бледной.
– Ты не переносишь запахи из-за ребенка...
– Наверное... – вдруг заплакала брюнетка.
– Да что с тобой такое? – Макс постарался быть ласковым, присел рядом с ней на кровать и обнял ее.
Она начала плакать громче, сильнее, почти навзрыд, обвив руки вокруг его шеи.
– Успокойся, моя хорошая, успокойся... – он гладил ее по спине, искренне не понимая, что происходит.
Анфиса начала говорить сбивчиво, в промежутках между слезами.
– Ты... ты бросил меня... уехал... бросил! Меня одну... и нашего малыша... Гулял где-то с другими бабами... А меня забыл!
– Дорогая, не сходи с ума! Какие бабы? Мне нужен был отдых. Я был абсолютно один. К тому же мы развелись...
– Ну и что! Ты все равно меня бросил! Я ненавижу тебя! Ненавижу! Мне так было плохо! А тебе... тебе было наплевать... Ты ни разу не позвонил...
– Дорогая, я ни с кем не разговаривал, даже с партнерами. Говорю же, мне требовался отдых и восстановление.
– Отдых! А мне тоже нужен отдых! Мне вообще нельзя нервничать!
– Вот именно! – поддержал Макс. – Поэтому давай успокаивайся и будем говорить без слезок, ладно?
– Хорошо, - Анфиса убрала руки и вытерла оставшиеся капли на лице.
– Мне нужен был отдых, поэтому я решил разойтись. К тому же я хотел ребенка, ты же знаешь...
– Не дави на больное место, Макс! – грозно сказала брюнетка.
– Хорошо-хорошо. Давай не будем о прошлом? Я признаю, был не прав. Пока отдыхал, осознал свое поведение. Хотел тебе позвонить, но ты меня опередила и огорошила. А потом не брала трубки...
– Я не хотела с тобой разговаривать, - надула губы Анфиса так, словно она – маленькая, капризная девочка.