Двойной шантаж
Шрифт:
— Да, это, несомненно, виконт собственной персоной! — подтвердил он.
Итан почувствовал, что к его щекам прилила кровь. Так вот он каков, враг номер один, посланный уничтожить «Сынов свободы»! «Только через мой труп!» — подумал Итан и недобро улыбнулся.
— Что с тобой, Хардинг? — с недоумением покосился на него Травертайн. — Ты бросаешь на беднягу Лоудена такие взгляды, будто готов его убить!
Тотчас опомнившись, Итан притворился возмущенным:
— Ты только погляди на него, Арни! В жизни не видел более безвкусного жилета! А еще говорят,
— Уж не завидуешь ли ты? — усмехнулся Травертайн. — Советую узнать имя его портного!
— Вот еще! — фыркнул Итан. — Мой шьет в сто раз лучше!
В этот момент он увидел вернувшуюся в залу Кэти, которую тотчас обступили и вовлекли в беседу пары, стоявшие у дверей. Говоря что-то виконту, она поймала на себе взгляд Итана и демонстративно повернулась к нему спиной. Он очень удивился такому ее маневру, но вдруг заметил, что она отвела за спину руку и судорожно машет ею, подзывая его.
Извинившись, он покинул Травертайна и, подойдя к Кэти, проговорил с фатоватой улыбкой:
— Ну, наконец-то, дорогая! Я уже заждался, где ты так долго пропадала?
Не дожидаясь ответа, он повернулся к ее собеседнику и вопросительно посмотрел на него, так что Холбрук поспешил их представить друг другу.
— Ваш покорный слуга, милорд! — церемонно поклонился Итан виконту, тот сделал то же самое. Отдав дань вежливости, Итан протянул руку Кэти.
Бросив на него благодарный взгляд, она тихонько сжала ему пальцы и выразительно показала глазами на дверь.
Итан решил ей подыграть. Он поднес ее руку к губам, поцеловал и озабоченно проговорил:
— Ты что-то бледна, милая, наверное, устала? Позволь мне проводить тебя домой!
— Нет-нет, мистер Хардинг, — запротестовал виконт, — еще слишком рано, пожалуйста, не покидайте нас!
— Увы, милорд, как ни жаль покидать столь блестящее общество, но я вынужден это сделать, — любезно улыбнувшись, покачал головой Итан. — На утро у меня назначена одна важная встреча, мне бы не хотелось на нее опаздывать!
Лоуден снова попытался было возразить, но Итан был тверд, и вскоре они с Кэти уже сидели в экипаже, который вез их к ее дому. Теперь, когда рядом не было посторонних, Итан мог удовлетворить свое любопытство.
— Ну как, тебе удалось из него что-нибудь выудить? — спросил он, уверенный, что Кэти тоже думает о Лоудене.
Она уставилась на него непонимающим взглядом, но потом сообразила, что речь идет о ее разговоре с виконтом в бальной зале, и пробормотала, отрицательно качая головой:
— Нет, ничего… А впрочем… Нет, скорее не удалось… Я имею в виду, что и не собиралась ничего из него выуживать, просто… гм.. попыталась выяснить, что он за человек.
— И что же он за человек?
— Честно говоря, я так и не смогла составить впечатления о нем… — слабым голосом проговорила Кэти. Она откинулась на спинку сиденья и прижала к вискам пальцы, как будто у нее разболелась голова.
— Понимаешь, мне показалось, что он ждал удобного случая для знакомства, потому-то и завел
— Что же он может подозревать, если приехал в Бостон только несколько часов назад?
— Не имею не малейшего представления! Но, надеюсь, и наша краткая отлучка, и недолгое отсутствие в зале Шевена с любовницей останутся для него тайной!
Кэти молчала, и Итан с удивлением заглянул ей в лицо. Она спала! Слабое, колеблющееся пламя дорожной лампы освещало закрытые глаза с длинными шелковистыми ресницами, приоткрытые во сне пухлые губы.
Итан был потрясен: как она могла заснуть после сегодняшних важных событий? Ведь его беседа с Шевеном прошла без сучка без задоринки, это грандиозный успех! К тому же на балу он наконец-то встретился лицом к лицу с Лоуденом, злейшим врагом «Сынов свободы»! При мысли об этом отвратительном даже с виду человеке у Итана снова забурлила в жилах кровь. Нет, он так возбужден и взволнован, что, конечно, не смог бы заснуть, как Кэти.
Но, с другой стороны, с какой стати ей радоваться его успеху и ненавидеть Аоудена, если она далека от борьбы за свободу колоний? Кэти борется лишь за свою собственную свободу, а на колонии ей наплевать.
Итан тяжело вздохнул — как только она освободиться от рабства, то наверняка сразу захочет покинуть эти места, и он не знал, как заставить ее остаться.
17
В следующие два дня Кэти всю силу своего изобретательного ума бросила на то, чтобы придумать складную историю для Лоудена, и в назначенное время прибыла в пивную «Олень и конь», готовая, как ей казалось, отбить атаку виконта на всех направлениях. Тем не менее ее ладони под тонкими перчатками вспотели от волнения, и Кэти подумала, что вознесет благодарственную молитву, когда встреча с Лоуденом закончится.
Пивная «Олень и конь» оказалась точной копией «Белого лебедя» с тем только отличием, что в здешнем зале от красных английских мундиров рябило в глазах. Увидев соотечественников, которые в огромных количествах поглощали эль и мясные пироги, Кэти благоразумно решила воспользоваться черным ходом. Войдя в заднюю дверь, она наткнулась на миссис Гиббоне с кислым, как всегда, раскрасневшимся от жара очага лицом. Не здороваясь, почтенная женщина ткнула большим пальцем в сторону лестницы и проворчала:
— Он тебя уже ждет, красотка. Иди в ту же комнату, что и в первый раз.
Кэти кивнула и поспешила через кладовую к лестнице. Лоуден действительно уже ждал, потому что в ответ на ее нерешительный стук тотчас последовало приглашение войти.
Когда она переступила порог, виконт, который, как и в первую их встречу, сидел за длинным столом, поднялся и вперил в молодую женщину холодный взгляд хищника, завидевшего долгожданную добычу.
— Добрый вечер, милорд, — поздоровалась Кэти, глядя на виконта с выражением победоносной уверенности в своих силах, хотя от его пронзительного взгляда у нее душа ушла в пятки.