Дворяне и ведьмы
Шрифт:
Толпа охнула, и даже безразличный ко всему Тоноак не смог скрыть своего удивления.
– Государь желает вас всех видеть на своей свадьбе!
– Громогласно заявил глашатай.
– Столы накрыты, и пусть все выпьют за здоровье жениха и невесты!
Ирина встала в дверях, и никакая сила не могла её вытолкнуть оттуда. Замер и Хол. Люди в зале и вовсе потеряли дар речи. "А ведь Ирина говорила, что царь любил свою жену", - усмехнулся воитель про себя.
Стоявший у дверей толстый (даже через одежду были видны его объёмные телеса) стражник не преминул моментом и потянулся к Холу. Выяснилось, что он старший брат, которому поручили незаметно
– И запомни - на этот раз никаких колебаний.
– Добавил старший брат.
Хол одними глазами показал Тоноаку на выход. Раб всё понял правильно и подхватив служанку за руку повёл её прочь из дворца.
– В прошлый раз что было?
– Проводил Хол их взглядом.
– В тот раз с нами не было ведьмы.
– Коротко ответили ему.
Теперь настал черёд Хола вставать, как вкопанному. "Ведьмы?", - хотел бы он спросить, но жирный брат уже успел скрыться в толпе - безусловно, в поисках других стражников, которые ничем не заняты. "Царь женится на ведьме", - скользнула в уме догадка. Чтобы подтвердить её, он бросился расспрашивать стражей у дверей. Удивлены они были не меньше его самого и ответить не могли.
Так действовала Ёная. Это в её стиле являться из ниоткуда и творить глупости. Однако, Хол не понимал одного - есть тысячи свидетельств, что колдунью сожгли, а огонь, уничтоживший пол-Красова, безусловно сожрал настоящую всамделишную ведьму, столь он был силён и разумен.
Хол тряс тёмных братьев и пытался добиться ответа, но не получал его. "Кто тогда? Кто из ведьм ещё жив?" Ужасно ему хотелось расспросить свою Ёнаю, но, к сожалению, он не мог. Уж она бы ответила, кто из них ещё остался, а кого забрала с собой смерть. Лесная ведьма, безусловно, была ещё жива - но к чему царю жениться на уродливой старушке, владевшей только Гиблолёсом, да и то не всем?
Ещё должны были быть две. Ёная как-то обмолвилась, что давным-давно она оставила дома в Царстве Ночи своих сестёр. Хол не знал их имён. Однако, было известно, что с его ведьмой они были очень похожи и близки. "Могла ли одна из них устроить пожар?" Ему бы и хотелось верить, что на костре сгорела не Ёная, но в таком случае она оказывалась сегодняшней невестой. Что же хуже для него, Хол пока не решил.
– Если тебя это успокоит, хозяин, то могу подтвердить, что ведьма, на которой женится царь - Ёная.
– Вновь явился джинн. Как же мерзко он хохотал.
– Но спокойнее не станет, не так ли?
Джинну нельзя было верить. Он бы сказал что угодно, если это могло привести Хола к погибели.
Зал, как только дым выветрился, преобразился. Занавеси были задёрнуты на всех окнах, загорелись жаровни, служки внесли столы и лавки и после того, как стражи разогнали гостей по углам, подготовили всё к пиру. Последними из тёмного прохода явились бочонки с вином, а с ними вошёл и царь, такой же угрюмый, как и прежде.
"Отрава". Хол слышал, как шептали это слово среди Красичей. "Бедняжки. Как жаль, что им придётся её отведать", - болтали между собой стражники. Невдомёк им было, что обычаи требовали и от тёмных братьев, и даже от жрецов хлебнуть вина из общего котла. Потому Хол знал, что если Бладимер и желал отравить свою родню, то ему бы пришлось убить и всех присутствующих в этом зале, и отведать яду самому. За себя воитель не переживал - столько зелий он выпил в своей жизни, что ни одна зараза не сможет его побороть.
– Явится ли верховный жрец?
–
– ...когда он в последний раз выходил из храма?...
– Не мудрено. Ещё чего развалится.
– Иронично замечали в ответ.
– Подлецу больше ста лет!
– Болезней боится.
И верно. Холстейн доподлинно знал, что единственный раз за последнее десятилетие, когда верховный жрец появлялся на людях, старик Бладимер был замотан в белые простыни с ног до головы. Удивительно, как некоторые порой хотят жить. "А ведь я помню его ребёнком", - вдруг подумал Хол.
– Неправда.
– Заявил джинн.
– Ты не мог.
– Но ведь видел.
– Шепнул чёрту он.
Хол приметил оружие у Красичей. Некоторые, вроде грузного малого, похожего чем-то на медведя (и, вероятно, носившего похожее прозвище), и вовсе были в полном обмундировании. Они ужасно волновались о своём будущем. "И правильно делают". Джинн взирал на них почти вожделенно - уж он бы не преминул "помочь" им выжить в грядущем побоище.
– Откуда тебе знать, что произойдёт?
Но Хол коротко шикнул на джинна и мысленно указал на распахнувшиеся двери. Слуги, согнувшись в три погибели несли роскошный трон верховного жреца. Сам он, сокрытый за белоснежными простынями, восседал на алых подушках. В молчании, люди взглядами проводили редкого гостя. На самом верху лестницы за котлом почти у самой стены его поставили на землю и к удивлению всех откинули занавески.
Старик, безусловно, заботился о своём здоровье. Выглядел он гораздо младше, чем ему было лет на самом деле. Борода его была завёрнута вокруг могучего тела. Столь давно старший Бладимер стал жрецом, что она достигла невероятной длины.
Тем временем стражников приходило всё больше и больше. "Будьте на чеку, братья", - научал уже знакомый толстяк, - "среди гостей полно воинов. Скрутите их сразу же, как отдадут приказ!" Холу даже хотелось знать, что случится дальше. Столько охраны, подле царя, среди гостей, в дверях, снаружи дворца обещали великую бойню. И что с того, что свадьба? Если это действительно Ёная идёт под венец, то она могла и попросить в качестве подарка немножко крови.
Когда зал был готов, и все заняли свои места, после того, как среди гостей навели порядок, тогда все замерли в ожидании. Бладимер, казалось, ждал больше всех. Холстейн нашёл себе место у стены ровно посередине. Прошёл бы дальше, но не смог - его, как и многих других ушлых стражников лишили прохода кто-то из старших братьев в масках. Глянули сквозь прорези и убедительно замотали головой.
– И ты здесь.
– Шепнули сзади.
– А ты резвый. Жаль, что братство липовое, и нас с тобой не пускают дальше. Хотя, казалось бы, незачем подозревать своих в измене. Перед царём стелются даже самые лучшие из стражников, и это огромная проблема.
Это был тот самый не брат, что перебросился парой слов с ним у ворот. "А я откуда знаю?", - отвечал джинн на вопрос Хола самому себе. Ни малейшего понятия он не имел и о том, с чего бы вдруг тайному не-стражнику быть таким дружелюбным.
– За царём.
– Зато сам тёмный брат прямо ответил на вопрос.
– Был бы рад, если наши с тобой цели совпадали.
Джинн потирал потными ладошками и мерзко хихикал. Вместе с ним и вся его свора чертей. "Кыш!", - гнал он их. "Да кто ты такой, чтоб нам указывать? Приходим и уходим тогда, когда хотим", - веселились они. "Будет очень жаль, если на пиру мы не поживимся царской кровью!", - подстёгивал их главный чёрт.