Двериндариум. Забытое
Шрифт:
– Мы поможем, – сказала Янта, Мелания кивнула.
– Вот и замечательно.
От меня по-прежнему отворачивались, и я ощутила, как съеденная каша комом встает в желудке. Поэтому торопливо встала.
– За кухнями полно пустых комнат, в которых можно жить. Там есть все необходимое – одежда и одеяла… Главное – держитесь подальше от главного зала Вестхольда, а на ночь запирайте двери. Китти вам все расскажет. И… мне пора идти.
Кухню я покидала в молчании. А когда за мной закрылась дверь, внутри тут же раздался щебет девичьих голосов и даже смех. Я прикусила
Я украдкой смахнула с ресниц влагу, повыше задрала нос и потопала к лекарскому крылу. Бесцветный следовал за мной бесшумно, но не отставал ни на шаг. Подходя к двери, я посмотрела на Киара.
– Если я начну делать глупости, разрешаю все-таки стукнуть меня по голове.
– Глупости?
Белые брови северянина удивленно взлетели вверх, но нас уже встречала леди Куартис. После короткого обмена приветствиями врачевательница сообщила, что Мор и Фыр все еще без сознания, но оба живы. А потом кивнула в сторону внутренней двери.
– Она очнулась, вы можете поговорить. Недолго!
Киар окинул помещение оценивающим взглядом и первым прошел в тайную комнату. И остановился, глядя на Ливентию.
Девушка сидела возле окна, кутаясь в сиреневую шаль. Ее волосы густыми черными волнами спадали до самой поясницы. Светло-розовое платье подчеркивало золотистый цвет ее кожи, нежный румянец и густую темноту глаз. Если кому и пошел на пользу Мертвомир, то это Ливентии. По ткани платья и шали порхали драгоценные бабочки и стрекозы – кажется, южанка нацепила всю свою коллекцию. Возможно, блеск самоцветов ее успокаивал.
Когда мы вошли, она изящно повернула голову.
– Не могу поверить в то, что мне рассказала леди Куартис, – без приветствия произнесла красавица. Ее губы капризно изогнулись. – Я просто не могу в это поверить! Разве это возможно?
– К сожалению, – осторожно сказала я, гадая, как много успела поведать Ливентии врачевательница. И знает ли девушка о своем Даре?
Южанка накрутила на палец прядь волос, рассматривая нас из-под ресниц.
– Лорд Аскелан! Я так рада видеть тебя в добром здравии. Присядь в это кресло.
Киар молча сел напротив Ливентии, в его алых глазах на миг вспыхнуло недоумение. Но девушка уже повернулась ко мне. На ее губах появилась нежная улыбка.
– Не могу сказать того же о тебе. Хм, как там тебя зовут? Вивьен? Гадкое имя.
Выходит, леди Куартис рассказала достаточно. Я открыла рот, но Ливентия меня опередила:
– Молчи! Не смей говорить со мной! Не смей открывать рот! Врунья! Обманула меня, прикинувшись наследницей старшего рода, втерлась в доверие! Ты погубила всех! Погубила Кристиана! А ведь я… молчи! Если бы не ты! Ненавижу тебя!
Я бесполезно пыталась что-то сказать, язык прилип к небу.
– Я велела тебе молчать!
– Мне тоже велишь, Ливентия? – спросил Киар. Голоса он не
Очень медленно, словно преодолевая груз неимоверной тяжести, лорд встал с кресла. Его глаза потемнели почти до черноты, на бледном лице выступила испарина. Но он встал, несмотря на Призыв!
Глаза Ливентии, да и мои тоже, удивленно округлились.
Сбросив силу чужого Дара, Киар неторопливо приблизился и склонился над девушкой. Та испуганно вжалась в спинку кресла.
– Ты приказала мне, не так ли? Использовала Дар против лорда Колючего Архипелага. Против рубиновой крови. Королевской крови. Ты только что нарушила закон, Ливентия. И я вправе тебя наказать, ты ведь знаешь это?
– Я случайно! – пискнула девушка. – Я просто пока не научилась пользоваться Даром!
– Ты врешь, – почти ласково произнёс Киар. – И если закончила свое представление, то предлагаю начать заново. А если ты еще раз применишь ко мне Дар, я за себя не ручаюсь.
Ливентия надула губы и насупилась. Я молча вытащила из кармана запирающий браслет, и Киар защелкнул его на запястье южанки.
– Что ж, я рад, что ты получила столь сильный Дар, Ливентия, – произнес он, словно ничего не случилось. – Призыв, надо же. По одной из теорий о Дарах, легионеры получают от Мертвомира то, чего больше всего жаждет их душа. Вероятно, в твоем случае так и есть. Но для нас твой Дар – большая удача.
– Я не собираюсь участвовать в сражениях! Война для мужчин, оставьте меня в покое! – возмутилась Ливентия, с отвращением глядя на широкий кожаный браслет. Подумав, она прицепила к нему пару драгоценных стрекоз.
– Будешь прятаться здесь до самой старости? – покачал головой лорд. – О тебе все равно узнают.
– Я буду находиться здесь, пока Двериндариум не освободят. Уверена, все это… недоразумение… скоро закончится! – заявила Ливентия.
Я открыла рот. Закрыла и показала на него пальцем. Красавица южанка со злостью щелкнула замком браслета:
– Ой, да говори уже!
Я выдохнула, оказывается, ощущать себя немой – ужасно неприятно!
– Все только начинается, Ливентия. Скоро в Двериндариум прибудет глава Ордена Крови. Тот, кто отдал приказ сжечь дворец в столице. Тот, кто виновен в смерти твоего отца. И поверь, он найдет тебя. Он найдет нас всех. Нам надо придумать, как его победить. Иначе… иначе всему наступит конец. Кто владеет Двериндариумом, тот владеет Империей. Мы все это знаем.
Губы Ливентии задрожали, словно она едва сдерживала слезы. На миг я ощутила к ней жалость. Эту девушку учили выбирать наряды, картины и цветы для гостиной, музицировать и улыбаться. Она не желала воевать.
Впрочем, кто из нас об этом мечтал?
– Чего вы от меня хотите?
– Помощи. Любой, которая потребуется, чтобы защитить людей. Мы должны знать, что в нужный момент ты не спрячешься, а станешь сражаться.
Южанка поправила бабочку на шали. И произнесла недовольно:
– Хорошо. Я сделаю, что смогу. Но не ждите от меня слишком многого! А теперь уходите, я больше не хочу разговаривать!