Двенадцать мечт Волшебника

Белые змеи

По хрупкому льду брёл загадочный человек. За ним волочилась борода из серебра, а лицо растворялось в ночи. Куда путь держал незнакомец – неизвестно. Как он босой до нас дошёл – непонятно. Снежинки так и стремились обнять чудака. Его тёмно-синяя мантия бескрайна, словно небосвод.

Таинственный странник увидел маленького ребёнка, что у пруда, свернувшись в калач, сидел. Это был мальчик, он громко плакал и кричал изо всех сил с закрытыми глазами: “Нет! Не приближайтесь!” Но слова предназначались не для чудака. На

маленького мальчика через замёрзший пруд ползли белые огромные змеи. Они шипели, маскируясь в лёгкие завихренья снежных бурь, бросались на мальчика, угрожая острыми ледяными клыками.

Загадочный человек исчез в одном месте и появился за спиной ребёнка. Он укрыл мальчика своей мантией и грозно посмотрел в сторону белых змей. “Проказники! Как не стыдно вам нападать на беззащитного?!” – прорычал странник и сильно задул в сторону угрозы. Клыки змей тотчас взорвались и распались на мелкие снежинки, а их длинные тела закружились и трусливо умчались в неизвестном направлении. Мальчик всё продолжал умолять о пощаде и безнадежно плакать.

“Ну же, малыш, открой лицо и подними глаза. Они ушли и больше не смогут тебе угрожать”, – обнял добрый путник ребёнка. Мальчик пугливо осмотрелся по сторонам и спросил спасителя, кто он такой. “Можешь называть меня Волшебником. Покажешь, где твой дом? Я провожу тебя.”

Мальчик крепко держал ладонь Волшебника всю дорогу. Не отпустил, даже когда его подняли на руки от счастья родители, которые больше недели провели в лесу в поисках своего дитя.

Отец мальчика был башмачником, и в благодарность за спасение любимого сына он дал бородатому незнакомцу самые тёплые сапожки. Мама одарила Волшебника крепким объятием и вязаным шарфом, таким же безмерным, как и его мантия. Странник подарки принял с удовольствием, поблагодарил за щедрость и более обременять своим присутствием не стал – путь только начался, и нет времени на чаепитие.

Узоры на окнах

Путь обещал быть долгим и тяжёлым – голодному такое не осилить, поэтому Волшебник зашёл в своё любимое кафе «Молочные поля». Здесь, вместо супа, подавали самый белый пломбир на блюдечке из прозрачного льда, а на десерт салат из листьев вечно белых пальм, экзотических яблок и облачных сливок, посыпанный звёздной пылью. Были и другие лакомства, но именно такие всегда брал Волшебник.

Сегодня в кафе, доедая десерт, Волшебник вдруг понял, что ему показалось в этот раз иным. Окна были совершенно чистыми, без единого морозного узора! Он обратился к официанту, тот любезно рассказал, что художники по стеклу не появлялись более недели. Волшебник поблагодарил за ответ, оплатил еду и отправился на поиски пропавших.

Исходил всё вдоль и поперёк, но ни одной зацепки. “Тот зайка подозрительно оглядывается по сторонам, может он что-то знает”, – подумал Волшебник, аккуратно подкрался к зверьку и спросил: “Эй, дружок, ты случайно не знаешь, где морозных дел мастера?” “Я? Знаю? Знаю что?” – испугавшись запрыгал от Волшебника подальше зайчик.

Добрый взгляд Волшебника и некоторая настойчивость всё же расположили к себе зверька, и тот разговорился. Зайчик показал одну единственную улику в виде мокрой кисти, которую

нашёл за тремя холмами от кафе. Волшебник отправился в указанном направлении.

Тем местом, где зайчик нашёл кисть, была поляна, окружённая лесом, с редкими кустами, разбросанными тут и там. За одним таким кустом притаились трое маленьких гномика, они громко вели спор. Волшебник не стал вмешиваться в разговор, тихонечко встал рядом и внимательно их выслушал. Оказалось, из-за необычайно тёплой погоды для зимы узоры не задерживаются на окнах и пяти минут. Яркое Солнце быстро превращало их в тонкие ручейки талой воды. Художники устали перерисовывать и отправились писать обращение к начальству, но никто там не поддержал гномиков, да ещё и обвинили, что они не справляются со своей работой.

Волшебник завёл разговор с маленькими творцами, выразил им сочувствие и предложил помощь, от чего они, конечно, не отказались. Он притянул поближе к мастерам по узорам самое снежное и тяжёлое облако, что надёжно удерживало под собой настоящий арктический воздух, от которого и белым медведям холодно. У гномов тут же посинели губы, заметив это, Волшебник оторвал от своей бескрайней мантии для каждого по кусочку и раздал им. Укрывшись кусочком мантии, они почувствовали, словно летнее жаркое солнце застало врасплох.

На гномиков посыпались огромные снежинки. Они не таяли, даже если падали в баночки с жидкими красками. Это облако стало верным последователем для каждого творца. Теперь гномики могли рисовать, где и когда только пожелается, воплощая задумки любой сложности, отчего узоры стали живописнее и красочнее. Волшебник попросил разрисовать заранее все окна, что могут попасться в пути ему на глаза, поведал о своём дальнейшем маршруте и отправился в путь позади шустрых художников.

Зимний лес

Сапожки Волшебника оставляли глубокие следы в плотных снегах ночного безлунного леса. Казалось, он идёт по длинному туннелю, которому нет конца. За ухом ему слышалось всю дорогу, как назойливая муха хлопала крыльями, но в глухой темноте Волшебник никого не видел.

На самом деле, это была совсем не муха. За таинственным путником преданно летел необычный светлячок. Спустя несколько часов, проведённых во тьме, крылатый преследователь почуял, как родной мороз треплет за усики. Он дёрнул хвостом и вмиг зажёгся голубым цветом. За ним повторили жест все жучки зимнего леса, что скрывались в ночи. Как сильно удивился Волшебник, когда миллиарды голубых огоньков окрасили лес своим светом. Заискрился снег. Засверкали, подобно алмазам, льдинки в воздухе.

В лесу удивляло всё: серо-голубые ели, берёзы с листьями из тонкого льда и с белыми прожилками. Под ногами подснежники шушукались с нежной острой травой, похожей на усмирившиеся сосульки. Вдали цвели магнолии – их бутоны словно сложены из чистейшей бумаги.

Волшебник много слышал рассказов про это место, скрытое от всех, но никто не мог показать его на картах, описать путь или хотя бы указать направление. Зимний нетронутый лес отыскать под силу лишь тем, чьё сердце привлечёт небесных светлячков. Те, кто и в сердце своём хранит ночь, пройдёт его во тьме.