Два вида истины
Шрифт:
Босх подумал о Хосе-младшем и его наивной храбрости.
— Нет, — сказал он. — Давай сделаем это.
— Почему, Гарри? — спросила Лурдес. — Ты делал свою часть работы годами и годами. Зачем ты это делаешь?
Босх пожал плечами. Ему не нравилось все внимание к нему.
— Я думаю о том, что парень пошел в колледж, чтобы научиться делать то, что делал его отец, — сказал он. — Потом он заканчивает колледж, вникает в бизнес и находит в нем коррупцию. Он проходит через все это и — большой сюрприз — поступает правильно, и из-за этого его убивают. Люди
Теперь их внимание было приковано к нему.
— То, что они сделали с Хосе Эскивелем, не должно пройти без последствий, — добавил Босх. — Если это лучший шанс заполучить Сантоса, то я хочу им воспользоваться.
Вальдес кивнул.
— Хорошо, Гарри, мы поняли, — сказал он. — И мы с тобой на сто процентов.
Босх кивнул в знак благодарности и посмотрел через стол на своего старого партнера Эдгара. Тот тоже кивнул. Он был в деле.
17
Холлер назначил интервью с "Законником" Сигелом на вторую половину дня. Бывший адвокат, которого многие считали мертвым, включая Лэнса Кронина и его клиента Престона Бордерса, жил в доме престарелых в районе Фэрфакса. Босх встретил Холлера на парковке в два часа дня. Это был один из редких случаев, когда Босх видел, как Холлер выходил из водительской двери своего "Линкольна", и адвокат объяснил, что в данный момент он без водителя. Они прошли внутрь. Холлер держал в руках портфель, который, как он сказал Босху, использовал для переноски видеокамеры и контрабанды сэндвича с французским соусом из ресторана "Cole's" в центре города.
— Это кошерное заведение, — объяснил Холлер. — Снаружи сюда нельзя вносить никакую еду.
— А что будет, если тебя поймают? — спросил Босх.
— Не знаю. Может, мне запретят сюда приходить на всю жизнь.
— Значит, он не против дать интервью?
— Сказал, что да. Как только он поест, он захочет поговорить.
В вестибюле они зарегистрировались как адвокат и его следователь и они идут к Дэвиду Сигелу. Затем они поднялись на лифте на третий этаж. Регистрация в качестве следователя Холлера напомнила Босху кое о ком.
— Как дела у Циско? — спросил он.
Деннис "Циско" Войцеховски был давним следователем Холлера. Двумя годами ранее он и его "Харлей" были сбиты на бульваре Вентура в результате умышленного наезда. Он перенес три операции на левом колене и вышел из нее с зависимостью от викодина, которую он осознал только через шесть месяцев, после чего начал лечиться "холодным способом".
—С ним всё хорошо, — сказал Холлер. — Очень хорошо. Он вернулся и очень занят.
— Мне нужно поговорить с ним.
— Не проблема. Могу я сказать ему, в чем дело?
— У меня есть друг, который, как я думаю, пристрастился к деревенскому героину. Я хочу спросить у него, что искать и что делать.
— Тогда он твой человек. Я позвоню ему, как только мы выйдем отсюда.
Они вышли из лифта
Вмонтированный в стену телевизор показывал репортаж CNN о расследовании Конгресса по поводу вмешательства России в президентские выборы в прошлом году. Его смотрел пожилой мужчина, сидящий на больничной койке. На вид он весил не более сорока килограммов, а его седые волосы окружали голову на подушке, словно нимб. На нем была старая рубашка для гольфа с гербом Уилширского загородного клуба. Руки были худыми, кожа морщинистой и испещренной старческими пятнами. Они выглядели безжизненными и были сложены поверх одеяла, которое было аккуратно подоткнуто под его руки и на грудь.
Холлер обошел кровать и помахал рукой, чтобы привлечь внимание прикованного к постели человека.
— Дядя Дэвид, — громко сказал Холлер. — Привет. Я сделаю потише.
Холлер взял с приставного столика пульт от телевизора и выключил звук.
— Чертовы русские, — пробормотал Сигел. — Надеюсь, я проживу достаточно долго, чтобы увидеть импичмент этого парня.
— Говоришь как истинный левак, — сказал Холлер. — Но я сомневаюсь, что это произойдет.
Он снова повернулся к человеку на кровати.
— Ну, как дела? — сказал Холлер. — Это Гарри Босх, мой сводный брат. Я уже рассказывал тебе о нем.
Сигел перевел свои водянистые глаза на Босха и изучал его.
— Ты тот самый, — сказал он. — Микки рассказал мне о тебе. Он сказал, что ты как-то раз приходил к нам в дом.
Босх понял, что сейчас он говорит о Майкле Холлере-старшем, его отце. Босх встречался с ним всего один раз, в его особняке в Беверли-Хиллз. Он был уже болен и вскоре должен был умереть. Босх только что вернулся с войны в Юго-Восточной Азии. Когда он вошел в дом, то увидел мальчика лет пяти-шести, стоявшего с домработницей. Тогда он понял, что у него есть сводный брат. Месяц спустя он стоял на склоне холма и смотрел, как их отца зарывают в землю.
— Да, — сказал Босх. — Это было очень давно.
— Ну, — сказал Сигел. — Для меня все было давно. Чем дольше живешь, тем больше не можешь поверить, как все меняется.
Он слабым жестом указал на безмолвный экран телевизора.
— Я принес тебе кое-что, что не изменилось за сто лет, — сказал Холлер. — По пути заскочил к Коулу и купил тебе французский дип [29] .
— У Коула он хорош, — сказал Сигел. — Я не ел за обедом, потому что знал, что ты придешь. Поднимите меня.
29
Сэндвич с ростбифом в багете