Два пути
Шрифт:
Ожидала, что Рё нехорошо это воспримет, но не думала, что настолько. И уж тем более не думала, что мама вмешается. Умом я их понимала, но в сердце бурлил гнев - как они вообще посмели выгнать Томою под такой дождь, в ненавистный дом к пьянице-отцу? Ну поспал бы он тут одну ночь, всё равно Рё из своей комнаты больше и не вылезает, а завтра бы разобрались, что к чему.
Я уставилась на стену, за которой была комната Рё, и тут мне стало стыдно. Мама права, о чём я вообще думаю? У меня сестра лежит после тихой, но всё же истерики подобно моей, надо вокруг неё суетиться и кудахтать, а не сидеть и дуться, что парень
– Рё?
– я постучала и, не дождавшись ответа, тихо заглянула внутрь. Сестрёнка лежала на кровати и, похоже, не спала, уставившись в потолок.
– Рё?
– я приоткрыла дверь, но тут на лестнице зазвучали шаги и появилась мама с подносом.
– Кё, отойди.
– сказала она, после чего зашла к Рё и положила еду на столик рядом с кроватью. Та немного повернула голову, но больше никак не отреагировала.
– Я позвонила в школу, сказала, что ты попала под дождь и простудилась, так что об уроках можешь не беспокоиться.
– Рё продолжала лежать недвижимо, будто уроки сейчас её совершенно не интересовали.
– Если что-то надо будет, просто позвони в колокольчик, вон тут он, на столике будет.
– мама положила туда небольшой серебряный колокольчик с привязанной к нему ленточкой.
– Поспи, дочка, уже завтра почувствуешь себя лучше.
– она поцеловала Рё в лоб и вышла из комнаты.
– А мне колокольчика не приносили.
– заметила я.
– А тебя было бы неплохо под домашний арест посадить.
– ответила мама, скрещивая руки на груди.
– На неопределённый срок. Никакой беготни, никаких выборов, никаких свиданий со всякими.
– Мам, ты чего?
– побледнела я.
– А что ты предлагаешь, хвалить тебя? Неужто этот парень настолько замечательный, что надо было его у своей сестры отбивать, а потом, когда она лежит с помирающим видом, возмущаться, что тебе колокольчик с поклонами не носили?
Вообще-то да, настолько. Но маме это вряд ли объяснишь, особенно сейчас, поэтому просто опустила голову.
– Я как знала, что ничего хорошего из этого не выйдёт, и всё равно доверилась вам, пустила его сюда, и что в итоге? Вы умудрились поссориться, Рё теперь очень повезёт, если не потребуется помощь врача, а я наверняка ещё и злодейка, потому что причину всего этого выгнала, не так ли?
– Нет, мам.
– Ну хоть это.
– она тяжело вздохнула.
– Кё, я никогда тебя не ограничивала, потому что всегда думала, что ты сама будешь знать, когда надо остановиться и не переходить черту. И уж тем более не думала, что так поступишь с родной сестрой. За что ты с ней так жестоко? Рё тебя чем-то обидела?
– Нет, мам.
– Всё нет и нет.
– мама приложила ладонь ко лбу.
– Вроде уже вышли из подросткового возраста со всеми его глупостями, но нет, похоже, ещё и не начинали. И что теперь? Будешь считать себя несчастной, которую все гнобят за то, что она всего лишь хотела любви?
– Нет, мам.
– Возвращайся к себе в комнату, Кё.
– нахмурилась она.
– Не знаю насчёт домашнего ареста, но сегодня чтобы там и сидела. Мы ещё потом с тобой серьёзно поговорим.
Я без возражений зашла в комнату, закрыла дверь и рухнула на кровать. Томоя, что бы ты там не говорил, но я очень плохая сестра и плохой человек. Мне нечего возразить
Вот только всё равно не знаю, что делать. Тут уже и сон не поможет, и на аттракционы вытаскивать бесполезно. Идея сходить в научный клуб и узнать, нет ли у них машины по клонированию Томои, и вовсе кажется единственной рабочей. Может, Юкинэ с её призрачным мумбо-юмбо попросить? Если оно существует, конечно, до сих пор не уверена, а разбираться не было времени.
Ладно, время позднее, давай-ка в ванну - туда ведь можно?
– и спать. Может, во сне решение придёт, или Томоя до чего-нибудь додумается, или просто чудо случится.
8 мая, четверг
Увы, ни решения, ни чуда. Рё из своей комнаты так и не выходила, мама про домашний арест ничего не сказала, только папа немного подбодрил меня.
– Мне он показался хорошим парнем, так что думаю, что вы тут все просто запутались.
– тихо сказал он, выйдя в коридор, где я собиралась в школу.
– Попытаюсь убедить Айкаву, что Рё будет в порядке и беспокоиться не о чем, но ты же её знаешь, дочери это святое.
– Пап, ты уверён, что с сестрёнкой всё будет в порядке?
– столь же тихо ответила я.
– Разумеется. Особенно если ты ей поможешь.
– мы внимательно посмотрели друг на друга и еле заметно кивнули, после чего я направилась в школу. Одна - и впервые этим недовольная, тем более что пришлось нести две сумки, потому как Томоя умудрился вчера забыть свою у нас.
Правда, она даже легче моей. Нельзя так просто взять и стать успешным учеником, да, Томоя? Ну ничего, теперь уж точно заставлю учиться. Мягко, ласково и непринуждённо.
Перед школой пересечься, увы, не удалось, поймала лишь когда он уже сидел за партой.
– Утра, Томоя. Держи.
– я постаралась передать ему сумку как можно незаметнее, а то ещё возникнут вопросы, откуда она у меня перед уроками взялась.
– Спасибо. Как Рё?
– Сегодня не придёт, если что, говори, что простужена.
– тихо сказала я.
– На обеде поговорим, во дворе, я тебе бенто приготовила.
– Обязательно приду.
– мы разговаривали как шпионы, склонившись друг к другу. Но так какое-то время и придётся, пока нельзя объявлять о том, что мы встречаемся, так что быстро выскочила из класса и убежала на уроки ждать обед.
Когда мы встретились во дворе, то Томоя поблагодарил меня, схватил бенто и тут же стал есть так, что я выпучила глаза.
– Извиняй.
– сказал он через пять минут, кое-как прожевав.
– Завтрака сегодня не было, и денег нету, обещали послезавтра выплатить. Спасибо за вчерашнюю еду, кстати.
– Так что ж ты утром не сказал, притащила бы хоть что-то!
– охнула я.
– Да я это...
– он замялся.
– Не подумал.
Не привык ещё, что его девушка теперь я? Ну и я ещё не до конца осознала, что страдания закончились и Томоя теперь мой парень. Прижаться бы к нему, да люди вокруг.