Два полюса
Шрифт:
– С-с-снижаемся, - предупредил лацерт, направляя аэроцикл носом вниз. Я и так прижималась к Шейху, как могла, пытаясь согреться, а теперь просто впечаталась в него.
Это дико страшно и возбуждающе, когда земля стремительно приближается, и только в последний миг, когда, казалось бы, затормозить невозможно, аэроцикл застывает и плавно приземляется. Я выдохнула и рассмеялась. Это было изумительно. С трудом расцепив руки, чуть ли не упала с аэроцикла на траву.
– Вот это да! – восхищенно прошептала Шейху. Он радостно улыбался, хитро прищурившись. – Здорово!
– Нес-с-сомненно.
– Да. Скорость, полет! – меня всю распирало от возбуждения.
Но вопрос, заданный таким будничным тоном, вверг меня в еще больший восторг.
– Купатьс-с-ся будешь?
Удивленно воззрилась на лацерта, не веря своему счастью. Неужели именно это он и предложил?
– А можно? – переспросила.
– Конечно, тут хищных рыб нет, и никто с-с-сюда не забредает. Можешь с-с-смело нырять.
Обернувшись к реке, я хотела тут же броситься в воду, но запнулась, оглядывая свой наряд.
– А у меня…
– Я отвернусь, - заверил лацерт, демонстративно закрывая глаза.
На душе от полета было так светло, что я не могла устоять перед предложением Шейха. Скромностью особо не страдала никогда, могу и голой устроить заплыв. Скинув тунику и легкие брюки, осталась в нижнем белье. Подошла к кромке воды и попробовала ее температуру, окунув лишь пальчик на ноге. Вода оказалась теплой. И, уже смелея, я сделала осторожные шаги в реку. Вода приятно холодила, но была терпимой для тела. Я улыбалась, вспоминая свои детские деньки в разгаре лета у дяди на даче. Я так же спокойно заходила в озеро вместе с местными ребятами. Нас было невозможно выгнать из воды до самого вечера. Стояла такая жара, что нас никто и не ругал, только по головам считали с берега, чтобы не утопли.
Отдавшись порыву, я нырнула с головой, активно работая руками и ногами. Я забыла, как приятно оказаться в водной стихии. Полгода на фронте стерли из памяти эти прекрасные моменты. Я словно попала в рай. Вынырнув, откинула волосы с лица и легла на спину. Вода легко укачивала на своих волнах. Ясное темнеющее небо готовилось ко сну. Закат окрашивал все в малиновый цвет. Маленький уголок спокойствия. Скоро зажгутся звезды. Если приглядеться, то уже можно было увидеть первые яркие точки.
Тихий всплеск напомнил, что я здесь не одна. Приподняв голову, осмотрела спокойную гладь. На берегу Шейха тоже уже не было. Усмехнувшись, стала искать, где он вынырнет. Но секунды шли, а его все не было. Я немного занервничала. Землянин бы уже появился на поверхности. А как у лацертов обстоят дела с задержкой воздуха, не знала.
Вынырнул Шейх очень далеко у другого берега. Помахал мне рукой и вновь погрузился в воду. Я с облегчением выдохнула и тоже решила поплавать, а не беспокоиться за одного самоуверенного позера. Вода с радостью приняла меня, вступая со мной в игру. Переплывать реку я не собиралась, но несколько раз, практически доплывала до середины и обратно. Шейх вышел первым, демонстрируя мне свою широкую спину, сужающуюся к низу. Идеальна. Лацерт обернулся на меня, замирая на миг. А я, улыбнувшись своим мыслям, нырнула, скрываясь от зеленых внимательных глаз. Отгоняя от себя глупые фантазии, не могла не признать, что ноги у Шейха длинные и стройные.
Вынырнув, взглянула на Шейха. Он сидел спиной ко мне возле аэроцикла. Определённо вид сзади мне нравился. Вдруг захотелось узнать, о чем он думал. Спина чуть ссутулена, мокрый ирокез не потерял упругости и стойко перенес купание, только слегка потемнел.
Выйдя на берег, передернула плечами от холодного воздуха. В воде было намного теплее. Прихватив туфли, на носочках осторожно ступая, направилась к лацерту. А он даже не обернулся, словно и не слышал меня.
Медленно пойдя к нему со спины, осторожно опустилась на колени. В голове было так радостно и легко. Я давно не чувствовала себя такой свободной. Шейх повернул голову, кидая на меня взгляд. Я прижалась к нему, обняла руками, как это делала на аэроцикле.
– Спасибо, это было восхитительно, - прошептала и положила голову ему на плечо.
Шейх еще больше обернулся, внимательно смерил меня взглядом, хмурясь.
– Ты хорошо с-с-себя чувствуешь? – поинтересовался.
Я рассмеялась.
– Давно так себя не чувствовала. Словно крылья выросли, и хочется обнять весь мир. И спасибо, Шейх. Это было изумительно - и полет, и вода. Я так давно не плавала в настоящей реке, что и забыла, как это тяжело.
– С-с-салли, ты пьяна, - стал занудствовать лацерт.
– Да ну тебя, - обиделась и решила отомстить.
Прикусила кожу ему на плече, вызвав судорожный вздох.
– С-с-салли, перес-с-стань, - предостерег Шейх.
Я лишь в ответ рассмеялась и провела языком, собирая влагу. Капельки воды еще не высохли после купания. Блестящими бисеринками россыпью искрились на коже лацерта. Вода была сладкой. Аромат моря и лимона опять будоражил.
– С-с-салли, ос-с-становис-с-сь, - сипло попросил Шейх. Но я его не слушала.
Языка было мало, а бисеринок очень много. Я стала собирать их пальцем и слизывать, слегка прикусывая кожу. Жар в теле разрастался, особенно стянуло низ живота. Нижнее белье стало холодить кожу и приятно остужало разрастающийся пожар.
– С-с-салли, - стон Шейха, словно песня, ласкал слух. Ему нравилось, чем я занималась, он тоже отзывался на ласку.
Переместилась с одного плеча на другое. Там тоже было чем поживиться. Шейх откинул голову, не мешая мне баловаться. Горячий язык прокладывал влажную дорожку на холодной коже. Лацерт тяжело дышал, когда я поцеловала его в шею.
– Ты вкусный, - прошептала на ухо и прикусила мочку.
– С-с-салли, ты не предс-с-ставляешь, какая ты вкус-с-сная, - томно ответил Шейх, зарываясь рукой в мои волосы.
Я закрыла глаза и готова была замурлыкать как кошка от ласки лацерта. Его пальцы приятно массировали, вызывая еще больше возбуждения. Мой взгляд упал на оттопыривающиеся плавки, и стало вдруг так любопытно. Нагнулась еще сильнее, желая дотянуться до них рукой.
Но большая ладонь поймала маленькую шаловливую мою.
– С-с-салли, не надо. Опять ведь ис-с-спугаешься.
Обернувшись к Шейху лицом, с сомнением спросила:
– Он не такой как у землян?
– С-с-салли, ты…- замялся на полуслове лацерт.