Два одиночества
Шрифт:
Он был переполнен счастьем, и друг это сразу заметил. Всё же любовь творит чудеса, дарит надежду, и хочется верить, что впереди ждёт только светлое будущее.
— Я постараюсь помочь, ши Энтос. Многие на станции характеризуют вас как положительного и очень ответственного манаукца. Я опросил многих ваших клиентов из тех, кто решился рассказать о вас. Ваш клуб и то, чем вы здесь занимаетесь, помогут мне создать вам положительный образ законопослушного гражданина для моих начальников. Кстати, вы не задумывались нанять адвоката? Мне кажется, самое время.
— Я благодарю за подсказку и обязательно воспользуюсь вашим советом.
Проговорив ещё немного, Феликс
— Не стоит усугублять, — ровным голосом пригрозила одна из альбиносок. Вторая обошла мужчин, заслонив собой вход в клуб, и продемонстрировала кобуру под пиджаком делового костюма.
— У нас разрешение самой шияматы и приказ доставить ши Энтоса на Шиянар.
Женщина говорила с Лареем, который включил свой коммуникатор.
— Мне никакого приказа не поступало. Я его куратор, ши Короц.
Манауканка улыбнулась ему и перекинула файл с приказом, заверенным шияматой.
— Я старший специальный агент безопасности Шиянара, шия Перия. Я заберу его для судебного разбирательства по делу об избиении шии Делор.
Энтос понимал, что влип. Ши Короц не поможет. Нужно было предупредить Виолу!
— Только без глупостей, — заговорила вторая, молниеносно перехватив руку Феликса и болезненно сдёрнув с неё коммуникатор, чтобы тот не сумел позвать на помощь своих покровителей. Мужчина попытался перехватить свой девайс, но замер, увидев выхваченное оружие, направленное ему в грудь.
Феликс обернулся к Ларею, который не двигался с места, но уже и никому не звонил, правильно расценив ситуацию. Службы Манаука и Шиянара никогда между собой не ладили, но сейчас мужчины были в безвыходном положении. Они ничего не могли предпринять против женщин. Даже затронуть! Иначе они дали бы шанс обвинить их в рукоприкладстве и безумии, позволив тем самым применить против них оружие.
— Ларей, Виола у меня в жилблоке. Выпусти её, — впервые он обратился к другу по имени, отчаянно встревожившись за любимую.
— Что?! Выпусти?! — оскорблённо взвилась старшая женщина. — Ты совсем больной на голову? Как ты посмел запереть женщину? Ты удерживаешь её силой?
— Шия, вы не так всё поняли, — попытался успокоить офицера Феликс. Он продолжал смотреть на чуть побледневшего друга, для которого эта новость тоже стала неприятной неожиданностью. — Ларей, это для её же блага. Ты же её знаешь! Поэтому прошу, объясни ей всё и присмотри. Мне больше некого просить, друг.
— Да-да, непременно, ши Энтос, — закивал Ларей. Ши Короц всё еще пребывал в лёгком шоке от того, что Феликс запер у себя в жилблоке землянку.
— Но только утром, — спохватился Феликс, вспомнив обнажённую любимую на смятых простынях. — Она сейчас, наверное, спит.
— Офицер, вы должны представить рапорт начальству о том, что подозреваемый насильно удерживает женщину. Это недопустимо.
— Да, я обязательно составлю рапорт, — не стал спорить Ларей с альбиносами, поскольку сам ещё не знал как реагировать. Начальству точно требовалось доложить и срочно.
— Пригляди за ней, друг, — на прощание бросил Феликс, увидев в глазах Ларея осуждение.
Но больше альбиносу не на кого было положиться, а Виола могла себе такое напридумывать и сделать опять неправильные выводы. Остановить её будет уже некому. Вся надежда на Ларея и его совесть.
Виола
Я много раз читала о том, что после шикарного секса прибавлялись силы, и
Включив музыкальный канал, я решила принять ванну с чувством, с толком, с расстановкой, а то с Феликсом ни маску не нанести, ни понежиться в воде. А я должна теперь следить за своей внешностью. Ведь у меня есть мой Ангел, для которого я хотела быть самой красивой и желанной.
Входной звонок застал меня в тот момент, когда я рылась в шкафу в поисках нормального махрового полотенца, так как от частого пользования сушилкой кожа портилась. Бросив взгляд на экран коммуникатора, я сильно удивилась. Феликс обещал вернуться часам к десяти, а сейчас только восемь утра. Я думала, что успею принять ванную.
Подошла к двери и вдруг испугалась. Феликс бы не звонил. Что сказать, если это к нему? Странная робость, овладев мной, разозлила. Чего, собственно, я боялась? Мы же с Феликсом любили друг друга, поэтому решительно нажала кнопку ответа. Невеста я ему или кто?
— Да? — спросила у незнакомого манаукца. Молодой, брюнет, не сказать что красивый, я бы даже сказала, типичный, ничем не примечательный.
— Госпожа Эйлонская, я друг ши Энтоса, можно я войду?
— Нет, нельзя.
Вот не люблю, когда так начинали разговор. Я друг, можно войду. Откуда мне знать — друг или нет, на лбу такое не писали. Да и разговаривать с незнакомцем через запертую дверь было спокойнее.
— Я знаю, что ши Энтос вас запер. Он попросил вас освободить. Госпожа Эйлонская, ши Энтос насильно удерживает вас?
— Не поняла, — растерялась я, пропустив мимо ушей вопрос манаукца. — Феликс прислал вас открыть дверь? А где он сам, позвольте узнать?
Мужчина посмотрел по сторонам. За его спиной ходили люди, спешащие на работу. Манаукец стал нажимать кнопки на замке, и вскоре дверь плавно отъехала в сторону с неприятным предательским звуком. Вот кто её просил впускать незнакомца в жилблок? Теперь стояла перед другом Феликса и чувствовала себя жутко неуютно. Он, как и Феликс, предпочитал деловой стиль в одежде, а я в серебристом домашнем наряде, так как кроме него здесь у меня пока ничего не было. Но Феликс говорил, что мы обязательно займёмся покупками. Вот только что-то подсказывало мне, что не бывать этому. Я испуганно смотрела на мужчину и боялась. И дело было не в самом манаукце, он опасений не вызывал, а вот причина, по которой он прибыл и сам открыл дверь, код которой был сменён не так давно, по заверениям Феликса, настораживала.