Два одиночества
Шрифт:
— Госпожа Эйлонская, позвольте представиться, ши Короц. Я друг ши Энтоса и у меня для вас плохие новости.
Я сглотнула, горло враз пересохло.
— Он умер? — сипло спросила на выдохе. И вздохнула с огромным облегчением, услышав ответ:
— Нет-нет, что вы, госпожа. Всё не настолько страшно.
— А насколько?
Вот не нравился мне взгляд манаукца, словно ему самому было неприятно говорить мне эту новость. А ведь я читала что раньше, когда наши предки на животных ездили, гонцов, приносящих дурные вести, убивали! Очень жаль, что
— Его арестовали и увезли на Шиянар для судебного разбирательства.
Я чуть не упала, качнувшись. В ушах даже загудело. Арестовали? За что?
— Что он сделал?
Я страшилась услышать правду, но отчаянно нуждалась в ней. Не убил же он никого? Не верила, что убил. Нет. Кража? Лучше бы кража, хотя он же богат. Тогда что?
— Ударил женщину. Он вам не сказал?
Заботливый взгляд, лживая маска беспокойства. Сколькие со мной вот так вот заискивающе ласково общались, когда я нужна им была для личных целей.
Я мотнула головой, опустив взор. Мне нужно было собраться с мыслями, успокоиться. Что за странная формулировка состава преступления? Побои, избиение, хулиганская драка? Я запуталась!
— Подождите, а за что его арестовали? — переспросила, так как нуждалась в подсказке. Ведь не могло же это быть правдой. Феликса арестовали, а я осталась одна!
— Вам стоит присесть, госпожа Эйлонская, вы побледнели. Я не знал, что ши Энтос умолчал о том, по какой причине находится на станции «Астрея».
— По какой?
От потрясения я повторяла за ним, так как сердце разрывалось от горя. Я так и знала! Знала, что так всё будет! Слишком у нас с Феликсом было всё гладко. Это закон жанра! Я автор, я знала всё наперёд. И знаки были, а предупреждающие колокольчики не прозвенели. Как я вообще могла поверить, что могу быть счастливой? Как? Откуда эта наивность? Судьба столько лет поворачивалась ко мне своей филейной частью, скалила зубы в глумливой ухмылке, любовалась, как я загибалась от очередного её удара. Как я могла поверить, что в этот раз мне повезло? Феликс, мой Ангел. Как он может быть преступником? Нет, тут какая-то ошибка!
— Я не верю, — озвучила свои мысли манаукцу, который рассматривал меня с жалостью. — Я не верю, что Феликс мог ударить женщину.
— Но ведь он вас запер в своём жилблоке…
— И что? — вскричала я, разозлившись не на шутку. — Это просто домашний арест, чтобы… — тут я еле успела прикусить язык.
А чего это я, собственно, откровенничала с непонятным таким другом, который считал, что Феликс мог ударить женщину? Ну ведь бред! Подозрение, что никакой это не друг, а лазутчик, вспыхнуло во мне предупреждающим знаком. Я сложила руки на груди и села на диван, величественно закончив предложение:
— Неважно, почему он это сделал. Вас это точно не касается. Это личное.
— Увы, это весьма важно. Так как если он вас насильно удерживает и без вашего согласия склоняет с ним жить и делить с ним кровать…
— Как вас там? — остановила я брюнета, на которого даже
— Ши Короц, — напомнил манаукец.
— Так вот, ши Короц, дела, которые нас связывают с Феликсом, и наши отношения вас не касаются. Мы любим друг друга. Поэтому я точно знаю, что Феликс не мог ударить женщину. Просто не мог! Уж поверьте мне, я его видела невероятно злым. Он меня и пальцем не тронул! Он весьма заботливый и внимательный, добрый и нежный. Да он в лепёшку расшибётся ради…
— Вас?.. — подсказал манаукец, а я подавилась воздухом и закашлялась.
Нахмурившись, внимательно всмотрелась в обманчиво дружелюбную улыбку алых губ. Знакомо так улыбался ши Короц, прямо как Феликс. Может и правда друг?
— А что если и так? — дерзко ответила и упрямо поджала губы.
— Дело в том, что я хочу ваши слова использовать в его защиту, так как обвинительная сторона узнала, что ши Энтос держит вас взаперти и хочет использовать это как доказательство его безумия.
Безумия? Я в шоке замолкла, так как не понимала, о чём вообще говорил манаукец. Какое еще безумие? Это же поклёп, самый настоящий!
— Да какая им разница — держит он меня или нет? Это для моего же блага!
— Он так и сказал. Благодарю вас, госпожа Эйлонская, — ши Короц встал с дивана и, кивнув, направился к выходу, продолжив говорить: — Я отключил запрет на ваше перемещение, а также сменил пароль на замке на ваш домашний, чтобы вы могли беспрепятственно пользоваться жилблоком ши Энтоса, пока его не выпустят.
— А когда его выпустят? — Я была рада лучику надежды, то Феликс в ближайшем времени вернётся домой.
Мужчина замер на миг, на его лицо словно тень набежала, но он постарался приободряюще улыбнуться мне и обмануть.
— Скоро, — тихий ответ ранил в самое сердце. — Я надеюсь, что скоро.
И манаукец сбежал, пока я пыталась переосмыслить его слова. Моргала, сгоняла слёзы с глаз и повторяла себе, что это неправда. Просто неправда. Мой Ангел никогда бы не ударил женщину. Нет, это ужасная ошибка. А затем я осознала, что друг Феликса знал мой домашний код от входной двери, а еще легко взломал замок Феликса и перепрограммировал его! Да кто он такой, это ши Короц?! И если он способен провернуть подобное, то почему не спасает Феликса!
Выбежав в коридор, я замерла и огляделась по сторонам. Манаукец словно растворился. Среди прохожих знакомую макушку брюнета я не заметила, сколько бы ни выглядывала, приподнимаясь на носочках. Да что же это происходит? Что?
Вернувшись в жилблок Феликса, растерянно огляделась. Что мне теперь делать? Я чувствовала, как на меня рушится мир, нет, вся Вселенная. Как меня затягивало в чёрную дыру отчаяния. Мне нужно время чтобы подумать, а прежде пореветь. Ангел! Мой Ангел! Как я теперь без тебя? Почему всё так получилось именно тогда, когда мы узнали о нашей любви! Тогда, когда строили планы на будущее? А дети? Он же обещал, что у нас будут дети! Как же больно! Ну почему я такая невезучая?