Два короля
Шрифт:
— Вполне, — холодно отозвалась Элья, решив про себя, что больше слова не скажет этому грубияну. Она даже отвернулась, тем более что невоспитанный тип уселся в центре, рядом с рулевым колесом, на специальное откидывающееся сиденье, заслонив тем самым от её взора Грапара.
Баркас фыркнул и медленно двинулся вперёд, оставляя за собой два следа — на воде и в воздухе.
Над рекой возвышались стены высоченных сосен с редкими прожилками берёз, осин и лип. Корни выбирались из песчаной толщи отвесных берегов, и казалось, что земля скалится на воду неровными серыми зубами. Некоторые деревья лежали в воде, и их ветви, торчавшие
Вскрикнув, Элья вскочила на ноги.
— Дракон, — невозмутимо прокомментировал водитель, повысив голос ровно настолько, чтобы его было слышно за урчанием баркаса. — Валяется здесь уже много веков. Прикасаться не рекомендую — говорят, его погубило проклятие, а в этих местах магия имеет привычку задерживаться очень надолго.
— Что случилось? — Лэрге, подскочивший от Эльиного крика, теперь сидел, жмурясь с непривычки от яркого света. Гор коротко глянул в его сторону и отвернулся.
— Лэрге, простите, это я, — покаялась Элья. — Смотрите, это же совершенно невообразимо!
— Хм, действительно. — Граф поднялся на ноги. — Я читал, что второй скелет одного из двух драконов, водившихся на этой земле во времена Семи Братьев, находится в Белоборе, но не очень этому верил… Начитавшись разных псевдонаучных трудов, можно подумать, что разгадки всех современных загадок стоит искать в Белоборе.
Лэрге прошёлся по палубе, с интересом разглядывая высоченную стену изогнутых сероватых костей, мимо которых как раз проплывал баркас. Элья, хоть и отчаянно боялась, тоже смотрела — и как-то тревожно ёкнуло сердце от такой наглядной демонстрации силы смерти, одолевшей это огромное волшебное животное, которое, по идее, вообще-то должно было жить вечно…
— Вам обоим лучше сесть, — сказал Гор.
Элья послушно опустилась на скамейку. Лэрге же не спешил следовать совету. Даже не подал виду, что слышал — просто продолжал стоять, пялясь в одну точку. Может, тоже размышлял о жизни и смерти?..
— В самом деле, сиятельство, — раздался голос Мадбира, — лучше сядь… В этих местах Шема любит выделывать выкрутасы.
— Сиятельство? — переспросил водитель.
Лэрге, наконец, повернулся и с коротким поклоном представился:
— Граф Лэрге Саввей.
— Граф? — Парень хмыкнул.
— Вас что-то развеселило? — В голосе Лэрге вдруг зазвучала неприкрытая враждебность.
— Просто мне раньше не доводилось возить графов. Сядьте, пожалуйста, ваше сиятельство. Будьте любезны.
Тон у этого типа был самый что ни на есть издевательский. Но ставить ему в упрёк было нечего. Лэрге ограничился свирепым взглядом (Элья и не знала, что он так умеет) и сел-таки на пол, рядом со скамейкой, на которой расположились девушки.
Как и предсказывал Мадбир, река и в самом деле вскоре стала проявлять свой характер. Здесь начались небольшие пороги, баркас то и дело подпрыгивал, а иногда неудержимо скользил куда-то вниз, будто скатывался с ледяной горы. Потом речка как будто перестала капризничать; течение
Гор нахмурился и потянул за какой-то рычаг. Они стали идти ещё медленнее, дым из трубы начал потихоньку бледнеть, рассеиваться…
— Мы останавливаемся? — резко спросил Грапар.
— Здесь этого не должно быть…
— Кажется, старик Стайли в этот раз обманул нас, — заметил Мароль. — Толковый и опытный водитель, тоже мне… Надо будет с ним поговорить по-свойски…
— Если мы отсюда живыми выберемся, — буркнула Жерра.
— А может, это его план был? — пожал плечами Мароль. — Нас угробить…
— Парень, ты знаешь, что с этим делать? — повысил голос Грапар.
Разговорчики тут же смолкли; у Эльи засосало под ложечкой — ей хорошо был знаком этот тон. Грапар разозлился не на шутку.
— Нужно выбраться на берег, — сказал Гор. — Быстрее.
И сам подал пример, вскочив с места и бросив в воду якорь.
— На какой берег? — Грапар поднялся, преграждая Гору дорогу. Рядом с ним, словно по команде, поднялся Равес, и взгляд, который он обратил на водителя баркаса, нельзя было назвать дружелюбным. — Мы заплатили деньги, чтобы нас в кратчайший срок доставили на побережье. Как всё это понимать?
— Делайте, что я говорю. Придётся немного переждать. Это мискены, они нападают в воде. Но долго сидеть в засаде не будут — если в течение примерно четверти часа не получат наживы, уйдут восвояси. Для верности предлагаю выждать полчаса.
— Мискены нападают ночью, — нахмурился Мароль.
— Поэтому я и сказал, что такого быть не должно. Но оно есть, поэтому давайте поторапливаться.
Вода в реке начала как-то странно булькать, и это выгнало пассажиров баркаса на берег гораздо быстрее, чем предостережения Гора.
— Отойдём подальше, вон за те деревья, но так, чтобы видеть баркас.
Отошли. Издалека картина казалась умиротворяющей: лодка, покачивающаяся на речных волнах, позолоченная солнцем зелень молоденьких берёз, растущих на берегу… Тишь да благодать. Однако, если приглядеться, видно, что зелень принадлежит не только берёзам, но и тому, что клубится за ними.
Элья почему-то поверила Гору — слишком убедительно он рассуждал о мискенах — и потому почти не боялась. Пожалуй, он и правда знал, что делает. Она подумала о том, что когда-нибудь они с Грапаром будут вспоминать путешествие по белоборской части Шемы как увлекательное приключение, одно из тех, что будоражат кровь и оставляют приятное послевкусие, но не более того…
И тут вдруг словно бы от куста отделилась часть и превратилась в небольшую фигурку, такую же зелёную, как и сам куст. Это было даже не страшно — явление мискены вызвало только недоумение. Стоит перед тобой маленькая зелёная женщина с длинными ступнями и спутанными волосами цвета ила… улыбается даже… в первое мгновенье и не понимаешь, как на это реагировать.
Будь у Эльи ещё хотя бы одна секунда в запасе, она бы, наверное, всё-таки испугалась. Но её не было, этой секунды: коротко, сквозь зубы, выругался Гор, а потом что-то внезапно сверкнуло, и почти у самых Эльиных ног загорелась трава. Когда девушка опомнилась, то увидела, что Мадбир и Грапар ставят на ноги почему-то упавшего Гора, заведя ему руки за спину. Лицо у водителя всё было в крови.