Два идиота
Шрифт:
– Гуляев, после этого Дашков меня в черный список занес, а если на улице видел, то стороной обходил. Никогда не думал, почему я именно с ним пошла, а не с тебе подобным?
Он приподнимает голову, но смотрит не на меня, а на мою грудь, которую я и прикрывать не собиралась.
– Игорек был единственным, кто за мной не бегал. И вот таким слюнявым взглядом не таращился.
– Да пофиг на него. Я-то все равно первый, – отмахивается, протягивает руку и начинает пальцами выводить узоры на коленке.
– Давай
– Ты такой идиот, когда ревнуешь. – Беру его руку и веду ей по телу. Когда перемещаю на живот, вижу, как начинают сверкать глаза парня.
– А я ведь хотел был хорошим и дать тебе поспать, но…
Чего? Когда это он хорошим был?
– Но раз ты сама не спишь, а я только с диеты слез, поэтому…
Доходит смысл его слов, и когда он подрывается с места, чтобы меня под себя подмять, останавливаю его.
– Хочешь сказать, что ни с кем… - договорить не успеваю, потому что уже лежу на лопатках с задранными кверху руками.
– Хочу сказать, что после того, как первый раз дотронулся до тебя, даже смотреть ни на кого не мог.
Открываю рот, но он затыкает его поцелуем, чтобы через секунду отстраниться и со всей серьезностью продолжить:
– Ты стала зависимостью, Сонь. А сейчас…
Он разводит мои колени, удобно устраиваясь между ними. Костяшкой пальца проводят по ребрам и, когда я выгибаюсь, просовывает руку под спину, чтобы тут же поднять и посадить на себя. Вот так вплотную. Глаза в глаза. Близко-близко.
– Что сейчас?
– Ты моя.
Запрокидываю голову, когда он набрасывается с поцелуями на мою шею, оставляя за собой невидимую дорожку. Пальцами сминает грудь, крепко поддерживая меня под спину, и мне кажется, что я превращаюсь в пластилин, который на батарее забыли. Одного не понимаю, как я вообще думала о том, что хочу спать?
В этот раз спать мне помешал телефон. Скажу так, когда это делал Евсей, то было как-то поприятнее. Открыла глаза и не сразу поняла, откуда звук издается. Попыталась встать, но тяжелая рука Гуляева крепко удерживала меня, а его нога, закинутая на бедро, только подтверждала догадку, что мне скорее придется вызвать бульдозер, чем попытаться самой вылезть из-под парня.
– Евсей.
Локтем толкаю его, но реакции нет.
– Гуляев!
– Проснись, сказала.
– Никольская, - бурчит он одними губами не открывая глаз.
– Я рад, что ты такая ненасытная, но дай дяде Евсею поспать. Потом… - зевает, еще сильнее прижимая к себе.
– Потом любой каприз, любая поза, люб…
Эй, уснул, что ли?
– Евсей! – еще один толчок, и знаете, что он делает?
Он переворачивается на другой бок. Он просто взял и перевернулся. Нет, конечно, я именно этого и добивалась. Но он все равно гад. Как меня доставать, так не унимался, а тут…
– Кто первый встал,
Ага, ввел и отключился.
Выхожу из комнаты и вижу говорящую картину, рассказывающую, чем занимались в этой квартире. Разбросанные вещи, которые дорожкой ведут к нашей спальне. Разбитый светильник. И сумка моя на полу валяется. Телефон звонит снова, и когда я смотрю на имя входящего, жалею, что еще вчера не выключила его.
– А ему что надо? – раздается за моей спиной голос Евсея, а затем он выхватывает трубку из рук.
– Эй, отдай.
– Не-а. Не надейся, Пантера. Сегодня нам никто не помешает. Кстати, иди собирайся. У меня на тебя большие планы, Сонечка.
Глава 33
Время - обед, Гуляев уже двадцать минут ждет меня в гостиной, а я все еще продолжаю стоять перед зеркалом, закрывшись в ванной. Сейчас я очень жалею, что не ответила на звонок Голицына. Еле заметный синяк под глазом так и требовал найти парня и оторвать ему все, что болтается. Руки в первую очередь.
– Сонь, выходи. Не забывай, что я тебя уже видел.
Ага. Видел, наверно, поэтому и сказал, чтобы я очки в сумке поискала.
– Мне и тут неплохо. А ты гони к Ромке и принеси мне его голову.
Не-а. Остаток дней своих проведу здесь. Ванна большая, места много, и даже собачку завести можно.
С трудом, но я все-таки выхожу из своего укрытия и тут же попадаю в сильные руки Евсея. Он хватает меня, прижимает к стене, давая понять, что еще одного шанса на побег у меня не будет.
А еще он уже одет. Не скажу, что джинсы с футболкой ему не идут, но вид его задницы в трусах мне нравился чуточку больше.
– За головой поедем вместе. – Запрыгиваю на него, а он в ответ пристально всматривается в лицо.
– Ты будешь Ромку держать, а я в него стаканы кидать. И кстати, надо по возможности избежать встречи с родителями. Они не поверят, что это не ты сделал.
– Я? Пантера, ты у нас Макгрегор. Напомнить, сколько раз я уходил домой покалеченным после наших посиделок?
– Много? – спрашиваю, утыкаясь носом в его шею, чтобы еще раз вдохнуть его запах, который точно навсегда останется в легких. – Я ж не со зла. Так… шалила.
– Эх, Соня, ничего ты о шалостях не знаешь. Всему учить придется.
– Возомнил из себя учителя сексологии?
– Учителя? – губами кусает меня за шею и смеется.
– Какой из меня учитель, Пантера? Обычный профессор.
Из дома мы выходили спустя час, держась за руки. Погода, зараза, подводила, и, идя по улице в солнечных очках, я выделялась немного.
– Мы всегда можем вернуться домой.
Черт, который рядом со мной шел, то и дело подбивал меня на грех.
– Ну уж нет. Это ты с диеты сорвался. А я на нее и не садилась.