Два чуда для Папы Мороза
Шрифт:
– Не, вряд ли дед. Ни бороды, ни седины, - размышляет старший.
– И молодой. Как папа.
– О-о-о, Папа Мо'гоз? – радостно хлопает в ладоши первый, а дыхание перехватывает. Какой папа?! – Помогите нам найти нафу маму, - добивает меня.
И глаза обоих загораются надеждой.
Вздыхаю тяжело: этого мне только не хватало. Искать их горе-мамку, кем бы они ни была, в канун Нового года. Не о таком я мечтал, когда открывал частное детективное агентство.
Но и бросить малышей одних на морозе
– Поможете? А мы обещаем не баловаться, – подумав, смышленый протягивает мне ладонь, чтобы скрепить «сделку» рукопожатием.
Беру его теплую ладошку в свою. Подмигиваю второму братцу. Киваю.
Помедлив, они оба вдруг набрасываются на меня и… обнимают.
– Спасибо, Папа Мороз!
Кажется, я попал. На всю новогоднюю ночь. А ведь ее с кем встретишь, с тем и проведешь. И мне было комфортно из года в год оставаться волком-одиночкой.
Но этот детский десант перевернул все с ног на голову.
Глава 2
Никита
Аккуратно отстраняю от себя мальчиков. Их обидеть не хочу, но не привык я к нежностям подобным с детьми чужими. А своих нет, и не стремлюсь.
– Так, значит, Коля и Митя, - вспоминаю, как они обращались друг к другу во время «допроса».
– Ой! – одновременно ладошками рты прикрывают.
На мгновение кажется, будто кто-то зеркало расколол надвое.
Но иллюзия быстро рассеивается. Ведь мальчишки разные совсем. И по росту, и по возрасту. Видимо, погодки. Внешне отличаются. Один, тот, что старше, долговязый, худой, с глазами раскосыми. Младший – круглолицый и пухленький. Ничего, перерастет, или спортом займется.
Тьху ты, зачем вообще об их будущем думаю! Мне бы избавиться от мальцов как можно скорее. То есть домой вернуть, конечно же. Хотя к мамке их у меня есть вопросы! Так что быстро не получится.
– Что «ой»? – сведя брови к переносице, считываю реакцию братьев.
– Откуда вы знаете, как нас зовут? – удивленно выпаливает Коля, старшенький.
– Он – Папа Мо'гоз! – важно выставляет пальчик мелкий. – Он все знает! И маму найдет, - опять за старое.
Не выдержав, тяжело выдыхаю и падаю на стул, откидываясь на спинку. Киваю мальчикам на их места напротив.
Терпеливо жду, пока они усядутся, пошепчутся между собой – и, наконец, уставятся на меня. Но стоит мне открыть рот, как непоседы отвлекаются. Младший, Митька, тянется за мандарином. Высунув язык, он сосредоточенно давит большим пальцем в кожуру, но проткнуть ее не может. Тогда протягивает Коле.
– Отк'ой, - просит брата. И тот мигом приходит на помощь.
Чистит цитрус, разбирает его на дольки, заботливо выкладывает перед младшим братом. Ощущение, будто они часто остаются вдвоем, без родителей. Самостоятельные
Злюсь на их маму-кукушку, а самих жалею, хотя, казалось бы, мне чужды какие-либо чувства. Но эта ситуация вызывает отвращение. Как и резкий запах мандаринов, что мгновенно распространяется по кабинету, забирается в нос, щекочет. Говорят, это аромат Нового года. Вот только у меня аллергия и на него, и на сам праздник.
– Сколько лет? – выдыхаю, пытаясь побороть эмоции.
– Митьке четыре, мне шесть, - опирается о стол Коля.
– В школу ходишь? – цепляюсь за ниточку, которая тут же рвется.
– Нет, первого декабря исполнилось, - объясняет.
– Как зовут вашу маму? – перехожу к делу, чтобы приблизить момент его раскрытия.
– Яра, - отзывается Коля деловито. – Ярослава, - уточняет.
Красивое имя – отмечаю мысленно. И тут же одергиваю себя. Записываю данные в почерканном блокноте Кузнецова.
– Фамилия?
– Солнцева, - охотно «сотрудничает со следствием» старший, пока младший жует мандарин.
– Мороз и солнце, день чудесный, - усмехаюсь я себе под нос, делая новую пометку.
– Кстати, за поиск мамы мы заплатим, – обезоруживает меня Коля.
– Кх-кх… Что? – закашливаюсь я.
Он толкает младшего локтем, зыркает многозначительно, на меня кивает, бровями играет.
– А-а-а! – догадывается Митька.
Быстро запихивает в рот остатки мандарина и, пока я переживаю, чтобы он не подавился, забирается на стул и делает вдох.
– Дело было в янвале, - декламирует так громко, что я невольно морщусь. – Стояла елка на голе…
– Так, стоп, - поднимаю руки, словно капитулируя. – Это что?
– Стих, - пожимает плечами растерянный Митька.
– Это зачем? – пребываю в легком шоке.
– Дед Мороз за стих дает подарки, - поясняет Коля. – А вы, Папа Мороз, найдете маму.
И оба кивают довольно.
– Не надо ничего, я и так найду, - бурчу я, опуская взгляд в блокнот.
Мальчики, кажется, обижаются. Отвратительный из меня Дед Мороз, а Папа – тем более.
– Так не бывает, - спорит Колька, пока Митька садится за стол. – Мама говорит: «За все надо платить». А еще: «Бесплатный сыр в мышеловке». И…
– Понял, - прерываю я вечер пословиц и поговорок. – Правильно ваша мама говорит. Но мы это будем решать с ней лично, - чуть ли не рычу под конец фразы.
Даже не видел ее ни разу, а заочно ненавижу. Потому что взяла и бросила детей своих на морозе. Черте что, а не мамка.
– Не надо с мамой решать! – вскрикивает Колька испуганно.
– У мамы денег нет, - добавляет Митька.
– Она работает каждый день. Иногда и ночью. Если вызовут.
Ночью, значит? Цепляюсь за эту информацию – и скриплю зубами. Бедные пацаны.