Души потемки
Шрифт:
— Ты должен заронить семя жизни в избранниц.
Смех застрял у меня в горле.
— Святотатство плюс изнасилование. Будь я проклят — да меня повесят. Ты понимаешь это?
Буль прекратил игру и занял позицию у моих ног, угрожающе ощерясь.
— Спасибо, лучше я вплавь попробую.
Жесткая усмешка исказила губы Уйди-Уйди. Удивительную метаморфозу претерпело лицо женщины, вмиг утратив очарование. Глубокие морщины залегли у глаз. Лоб сморщился. Жилы на шее напряглись.
— Ты все равно покойник. У тебя нет ни малейшего
— Я попытаюсь.
— Вряд ли. Либо ты сделаешь то, что прошу, либо…
— О, это становится интересным.
— Не для тебя. Либо я объявлю, что ты хотел осквернить культ Единорога.
От такой наглости я онемел. Дрень-Брень жалобно вздохнул. Дух же с интересом наблюдал, как я выкручусь из данной ситуации.
— Это шантаж!
— Речь идет о будущем моего народа, что в сравнении с ним твоя жизнь. Жизнь чужака. Подумай.
С этими словами Уйди-Уйди величественно удалилась.
С досады я со всего маху врезал кулаком по опоре навеса. Она переломилась, и на нас повалилась кровля.
«Здесь все прогнило. Абсолютно все».
Велес
Десятивесельная лодка уперлась в глиняный берег. До сих пор все шло гладко, если не считать двух нападений речных тварей, похожих на помесь спрута с крабом, но рыбаки отнеслись к ним с завидным спокойствием. Глиняные шары с зажигательной смесью «охладили» кровожадные намерения Хвать-Хвать. Дрень-Брень заработал шишку, а Царг кусок щупальца. Погода стояла тихая, и река была спокойна. Это позволило вовремя заметить готовящееся нападение.
В полном молчании мы высадились на берег. Покидав наши пожитки, рыбаки поспешно отплыли. В устье глубокого оврага, который рассекал высокие крутые прибрежные холмы, я рухнул без сил на землю и был готов разрыдаться. Лешачок деликатно отошел в сторону, разбирая поклажу. Уйди-Уйди напоследок дала нам несколько зажигательных снарядов, буркнув, что на болоте они, возможно, чуть продлят нам жизнь. Улла с Царгом отправились на разведку.
В предрассветной мгле я вздрагивал от любого шороха. Воспоминания прошедшей ночи все еще стояли перед моим взором.
…К вечеру меня закрыли в хижине. Уйди-Уйди приводила девушек по одной. Они понятия не имели, зачем. Так повторилось семь раз. Господи, мне до конца жизни не забыть их глаз, полных ненависти, мольбы и ужаса. Если на небесах ведется счет моим грехам, то он значительно увеличился.
Вернулись дух с булем. Наскоро перекусив вяленой рыбой, наш маленький отряд выступил в поход. Первые лучи солнца застали экспедицию на холмах. Первобытная природа окружала нас со всех сторон. За всю дорогу я не заметил ни одного срубленного дерева. Подстилка из обломков опавших веток, листьев и коры шуршала под ногами.
«Интересно, ступала ли нога человека до меня в этих местах. Хотя вряд ли, здесь никто не жил, кроме нечисти. Места
Через час спусков и подъемов густой лес, наконец, начал редеть, хотя повсюду еще стояли группы деревьев. Ощущение опасности, навеянное утренней мглой, почти исчезло с первыми лучами, но чем ближе мы подходили к болоту, тем тревожней становилось на душе. Перевалив последний гребень, Царг выжидающе застыл. Я остановился.
Пологий склон холма, усеянный чахлыми кустами, упирался в болото. Сизое марево колыхалось над тенью. Местами, словно кучи грязного белья, висели клочья тумана.
— Приехали. Здрасьте, девочки!
Дрень-Брень с призраком удивленно уставились на меня.
— Это я так, — отмахнувшись, пробормотал я.
Царг напрягся, принял стойку и вдруг ринулся вниз. У дальней группы кустов, что находилась от нас слева, буль притормозил и угрожающе рявкнул. Я рванул под прикрытие одинокого деревца. Взвел арбалет.
«Далековато, не достану».
Лешачок, еще мгновение назад находившийся рядом, словно сквозь землю провалился.
«Хороша компания!»
— Улла!
Призрак висел над булем и призывно махал руками. Перебежками я подобрался поближе к загадочному месту. Теперь метров десять открытого пространства отделяло меня от кустов, где кто-то прятался.
«С такого расстояния я не промахнусь. Ну, Гюльчатай, покажи личико».
Царгу надоело ожидание, и он шмыгнул в кусты. С отчаянными криками оттуда выскочил огромный мужчина.
«Не хотел бы я встретиться с ним в темном переулке».
Настоящий гигант. Могучее тело, на котором громоздились чудовищные бугры мышц, с трудом уворачивалось от лязгающих зубов Царга. На незнакомце были лишь подштанники до колен. Тело покрывала густая поросль курчавых волос. Забавно подбрасывая ноги, он отчаянно матерился.
— Царг, ко мне!
Держа взведенный арбалет, я медленно вышел из кустов.
— Убери зверюгу.
Под спутанной бородой ухмылялся широкий рот. Нос был сломан, щеки покрыты шрамами, впрочем, как и тело. Взглянув в темные озорные глаза, я понял, что передо мной разыгрывали спектакль.
Скорее почувствовав, чем увидев или услышав, я быстро подал команду:
— Царг, плац.
Буль вжался в землю. Две стрелы с секундным интервалом пронзили воздух, где только что прыгал пес.
— Останови их! — ярость клокотала в моем голосе. — Пусть выйдут на поляну. Иначе…
— Иначе, что? Ты убьешь меня? — кривая усмешка исказила губы бородача.
Я не знал, сколько вокруг противников.
— А ты не робкого десятка. Впрочем, трус сюда не добрался бы.
Боясь даже вздохнуть, не спуская глаз с гиганта, я лихорадочно искал выход.
— Кошка! Искать!
Царг взвился в воздух. Приземлившись, он молнией метнулся в кусты.
«Отлично. Молодец. А вот я дурак. Стрелки наверняка уже у меня за спиной, уж больно уверенно себя чувствует этот бугай».